Все записи
17:22  /  22.02.19

461просмотр

Из комиков в камикадзе

+T -
Поделиться:

Василий Степанов о «Юмористе» Михаила Идова

В прокат выходит режиссерский дебют писателя и сценариста Михаила Идова — история об эстрадном сатирике, гастролирующем по СССР с одобренными партией шутками. Идов привычно обращается к теме советского прошлого и пишет уютный портрет эпохи — подобно своему герою, не желая ни в чем оказаться чрезмерным или острым

Осень 1984 года. Застой отдает уже не затхлостью, а гнилью. Советские войска несут потери в Афганистане, советские спортсмены пропустили олимпиаду в Лос-Анджелесе, на околоземной орбите висит советская станция «Салют-7», с трибуны мавзолея советскому народу обреченно машет Константин Черненко, а в балтийской Юрмале со сцены летнего театра читает свой монолог про обезьянку на курорте уставший юморист Борис Аркадьев, когда-то подававший надежды как писатель и даже опубликовавший роман под названием «Проклятие». Память о большой литературе все еще саднит: после концерта вдруг подойдет какая-нибудь дама (Юлия Ауг), протянет комику томик, попросит автограф, чтобы начирикал автор что-нибудь остроумное. И Аркадьев (кажется, мифический плод двух вполне реальных Аркадиев — Инина и Арканова), конечно, начирикает — тут шутка, не перескажешь,— ведь он же юморист и нужно как-то отстаивать выбранный путь: катабасис из писателей в сатирики.

Если в Юрмале Аркадьев франт и столичный гость и на него бросаются девушки из художественных вузов (Полина Ауг), то дома, в уютной московской квартире, его ждет обычная советская семья: жена (Алиса Хазанова), сын-оболтус, лапочка-дочка и символ нереального успеха — видеомагнитофон с видеокассетой с концертом Эдди Мёрфи. Подумать только, в страшно далекой капиталистической Америке этот угнетенный чернокожий комик позволяет себе дерзости, недоступные артисту советской эстрады. Выйдет в красном кожаном костюме — и давай отжигать. А у Аркадьева вся свобода действий — шаг вправо, шаг влево. Тексты залитованные: даже курортную обезьянку Артура Ильича порекомендовали сделать Артуром Иванычем. Да, впрочем, кому нужны другие тексты? Кому читает Аркадьев? Железнодорожникам, генералитету на даче, космонавтам, и всё под неусыпным присмотром КГБ. В общем, «на шее галстук затянулся петлей», как поет рэпер Facе в своем рекламном треке к этому фильму. Из вольностей — только импортный вельветовый пиджак кирпичного цвета.Этот пиджачок осеняет пространство «Юмориста», как гоголевская шинель одноименную повесть. Советское ретро — спорная территория, зона травмы, тревожный сон. Но Михаил Идов, соавтор сценариев «Лета» Кирилла Серебренникова и «Оптимистов» Алексея Попогребского, кажется, никогда не притворялся автором, который готов к острому разговору. Поэтому и памяти о постандроповском Союзе в «Юмористе» придан меланхоличный лоск западного сериального ретро. Это очень аккуратное, хорошо детализированное симпатичное кино, которое не желает хоть в чем-то показаться чрезмерным и ненароком перейти невидимую черту, отделяющую условность, допустимую на современном государственном телеканале, от, скажем, условности «Груза-200» Алексея Балабанова. (Действие балабановского фильма, кстати, тоже разворачивалось в 1984 году — но, кажется, это какая-то совсем другая страна, которой уже не до шуток.)

Полную версию читайте в материале Ъ.