Один молодой человек, патриот Израиля, обрезанный в подростковом возрасте хоть и в больнице, но зато по религиозным показаниям, выходец из Москвы, блестящий выпускник престижного Техниона, влюбился в израильскую девушку из слегка религиозной семьи. Что значит слегка? Хлеб на Песах не едят, сала чураются, в Йом-Киппур  держат пост. Пожалуй, все.

Решили молодые, как это принято у кошерных евреев, зарегистрироваться в раввинате, а не лететь как какие-нибудь гои на Кипр.

Смотрит проницательный ребе на  белобрысого, голубоглазого парня и одолевают его сомнения. Нюхом чует русский дух. 

Родителей вызвал на аудиенцию и говорит им уверенным тоном:

"Вы - евреи, мы это знаем, но сын ваш Реувен - русский. Усыновили вы его в младенческом возрасте и скрыли от него правду".

Ребе, походу был из наших, знал, бродяга, что хороший понт золотого стоит. 

Родители в плач: "Не губи, раввинушка! Что будет с ребёнком, ежели узнает, что приёмный, взятый с детдома по бездетности нашей?"

Раввин руками разводит, пальцы разминает. Несчастные жестов намекающих не понимают. Интеллигенция, бля. 

Разозлился духовный авторитет, вызвал молодых и все им рассказал, но не выгнал их добрый человек, а предложил новоявленному гою пройти гиюр.

А парень упёрся, кричит: "Ошибка тут! Я - еврей! У меня даже знак еврейский в трусах присутствует".

А ему как в песне поётся: "Не шибко тут!" и указали на дверь. 

Прибегает мальчик домой: "Мамочка, папочка, неужели я не ваш сыночек, не ваша кровиночка?"

Родители ничего не говорят, ревут в голос. 

"Ну хотя бы я еврей?"

Стоны ещё громче.

Невеста стоит рядом, всех обнимает и тоже рыдает, ещё бы, так офоршмачиться. 

"Любовь сильнее предрассудков! Согласна замуж за гера! Я подожду годик", - сказала самоотверженная девушка.

"Нет!" - вскричал любимый. "Я всю жизнь жил как еврей! Мне гиюр не нужен! 

Невеста, которая уже давно присмотрела белое  платье и  свадебный зал, решительно  сказала: "Уважаю твою принципиальность! Попробую убедить родителей!" 

Мамаша и папаша невесты не настолько уважали принципиальность  жениха и поставили дочке ультиматум: "Рубик принимает гиюр или свадьбе не быть! Гера мы ещё готовы принять в семью, гоя - никогда!" 

Зря они это сказали гордой израильской девушке, служившей в армии инструктором по стрельбе.

Окна сотряслись от её крика, а с потолка посыпалась штукатурка от стука хлопающей двери... 

"Милый, - жарко шептала снизу голая  девушка: - Я люблю тебя и мне плевать, мне плевать, плевать что ты, ты гой, а... а... извини, извини, о... извини, милый, милый, не... не... не еврей".

"Я тоже, тоже... тоже люблю...тебя... тебя, и записался на курс гиюра... уже... уже... уже...", - тяжело дышал Реувен. 

"Ах, ох, ммм..да...", - простонала счастливая представительница титульной нации.