Все записи
12:21  /  7.11.19

1407просмотров

Перечитывая Достоевского, или «Первые ученики» на поприще телепропаганды

+T -
Поделиться:

На прямой вопрос Евгения Шварца: зачем лучшие граждане города становятся «первыми учениками», отвечают своей работой Петр Толстой, Владимир Соловьев, Дмитрий Киселев, Ольга Скабеева, Артем Шейнин и другие специалисты пропаганды нашего телеэкрана

Кастинг позади

 В последнее время стало привычно раздавать обобщающие оценки «первым ученикам» в деле пропаганды: «мудозвоны» (как вечерние, так и дневные), «шмурдяки», «порноноркины» и прочее обидное в том же духе. Это не совсем правильно. Они тоже человеки и потому заслуживают индивидуального подхода к себе.

 Начнем с Петра Толстого. Он из падших ангелов молодой российской журналистики. Падшие ангелы, по моим наблюдениям, – самые последовательные бесы.

 Петр Толстой, вице-спикер Госдумы и по совместительству телеведущий, начал свою карьеру   корреспондентом в газете «Монд», продолжил ее в информационном агентстве «Франс Пресс». Легко догадаться, что молодой Петр Олегович Толстой был в то время убежденным западником-либералом, уважающим стандарты профессиональной журналистики. Потом он перешел в «ВиД», затем на ТВ-6. Не берусь отследить все этапы его трансформации в журналиста, играющего в одни ворота, но сегодня он совсем другой человек. А профессия его – не новости – пропаганда. Шоу, на котором он освоился как пропагандист называлось «Политика» на Первом канале.  

 Именно «Политика» играла заметную роль в разжигании войны в Украине. По ходу выпусков и Толстой, и его постоянные гости старались, как могли, подбрасывть дровишки в едва разгоревшийся костер вражды. Уже в 13-ом году эфир огласили воинственные фанфары. Ниже наиболее часто звучавшие в то время лозунги и слоганы: 

 «Мы готовы наступать! Война неизбежна! И мы к ней готовимся. Только война! Не будем козлами! Нужны жертвы! Все народы ждут нас. Вежливых зеленых человечков остановить будет невозможно. Юго-восток поднимется по примеру Крыма. Русский мир безграничен!».

 Лозунг телеведущего Петра Толстого: «Санкции нам не страшны». 

 Тогда же были на этих шоу опробованы основные приемы полемики. Один из них: глушить оппонентов нестройным хором казенных патриотов. Другой способ: перекричать того, кто что-то не так и не то говорит. Можно назойливо повторять одно и то же словосочетание. Оппозиционер говорит о многочисленных нарушениях по ходу избирательной кампании. Толстой ему возражает: «У вас два процента, у вас два процента, у вас два процента…». И так до тех пор, пока собеседник в изумлении не замолкает. Если и это не останавливает инакодумающего, то у него отнимается микрофон. В иных случаях его выгоняют из студии. Иногда дело доходит до рукоприкладства. Последнее особо ценится, поскольку оно резко повышает желанный трафик передачи.

 Скандализация разговорного шоу на политические темы – это еще одна форма цензурирования неудобной точки зрения, неприемлемого умозаключения. Азартный базар в эфире – это еще один способ подавления свободы устного слова и личного мнения. В советское время эта задача решалась технически, с помощью так называемых глушилок.

 Нынче у нас живые глушилки. Их называют экспертами.

 Избравшись в Думу, Петр Толстой через некоторое время вернулся в эфир с прежней программой «Толстой. Воскресенье». Программа назидательно-квелая. К тому же не забылось антисемитской высказывание, сделанное Толстым в ранге вице-спикера Госдумы.

 «Хочу от себя лично добавить, что наблюдая за протестами вокруг передачи Исаакия, не могу не заметить удивительный парадокс: люди, являющиеся внуками и правнуками тех, кто рушил наши храмы, выскочив там… из-за черты оседлости с наганом в семнадцатом году, сегодня их внуки и правнуки, работая в разных других очень уважаемых местах — на радиостанциях, в законодательных собраниях, — продолжают дело своих дедушек и прадедушек».

 Такая у него теперь репутационная визитная карточка.

 К слову, у каждого из первых учеников есть своя визитная карточка.

 Их визитные карточки

 Артем Шейнин может показывать видео, где он входит в студию с ведром коричневой субстанции. Надпись можно понимать расширительно. В смысле, иносказательно. 

 Андрей Норкин порадовался накладке в эфире, связанной с демонстрацией в городе Новомичуринске вместо его пропагандистской программы порновидео. Некоторые телезрители не заметили разницы. Те, кто заметили, склонны ее считать оговоркой по Фрейду. 

 Ольга Скабеева статуарна, как памятник. Голос зычный, напористый, любит по слогам выражаться. Не знаю, могла бы она фронтом командовать, хотя… зачем зарекаться.

 У кого не одна визитка, а несколько, так это у Владимира Соловьева. Самая первая, та, которую при каждом удобном случае он спешит предъявить: «Я – еврей». Честно говоря, в это трудно поверить. Но предположим, что это правда. Затем: озеро Комо с двумя виллами на берегу, косметическое средство «Соловьиный помет», «Вечерний мудозвон» легкой руки Бориса Гребенщикова…

 Несколько подзабылось, как он однажды выразил пожелание возглавить информационный СМЕРШ на безгонорарной основе. Сегодня стало особенно понятно, насколько он был бы органичен в этой роли. Ему, правда, серьезную конкуренцию мог бы составить Дмитрий Киселев. 

 У него тоже несколько памятных визиток. 

 Из старых: возможное превращение Штатов в ядерный пепел, призыв сжигать  сердца геев, с последовавшей ссылкой на опыт Америки. 

 Из новенького: заявление «Я так за то, чтобы вещи называть своими именами. Хватит мямлить. Пора говорить, как есть». 

 Посмотрев видео с британским лидером, он сказал, как есть: «Госпожа Тереза Мей выступила со своей самой агрессивной речью, щедро приправив ее белизной своей усталой плоти».  

 Оглянувшись на свою Родину и ее лидера, молвил: «Россия – чемпион мира по Свободе слова, потому что у нас можно сказать я люблю Путина, но не люблю геев, а в США это будет самоубийственная комбинация".

 И, наконец, самое яркое и яростное его умозаключение о том, как Запад докатился до идеи канибализма. Поводом послужила какая-то мутная информация в таблоидном издании о шведском маркетологе, озабоченным потеплением климата. И вот из нее далеко-далеко идущий вывод

«Понятие греха в либерализме ликвидировано. Пороки объявлены добродетелью, и вот, пожалуйте, уже и кушать подано. Вам кусочек носа, ухо — похрустеть хрящиком, может, запеченную женскую грудь или прямо с гриля ребрышки человечьи поглодать? Вполне в кухонном тренде. Лакомясь всем этим, вы к тому же благородно решаете проблему продовольственной устойчивости человечества и оберегаете планету от глобального потепления. Будьте сознательными, ешьте друг друга».  

 Отстрелявшись и отбомбившись по Украине, по Западу и по остальным заграницам, наши первые ученики, наконец, обратили пристальное внимание на отечественных либералов.

 Собрать всех умных бы… 

 Первым это сделал Владимир Соловьев в «Воскресном вечере». Его взгляд упал на журнал «Дилетант», к изданию которого причастна радиостанция «Эхо Москвы», и ему сразу захотелось материться. Но он сдержался. В остальном сдерживаться не посчитал нужным. «Эхо» -- «гнездо диверсантов». И налицо, мол, все признаки идеологической войны.  

 Признаки телеведущий увидал в опубликованных документах, касающихся пакта «Риббентроп – Молотов». Того самого пакта, которого советская власть стеснялась. Которым нынешняя власть стала страшно гордиться.  

 Она гордится мифом об историческом событии и страшно злобится на правду о нем. Градус этой лютой злобности в студии у Соловьева был показателен.

 Дмитрий Киселев в своей студии был эпичен и рассудителен. Он зрел в корень и узрел его в Высшей Школе Экономики. Именно эта Школа является «конвейером», который поставляет протестантов. И вообще, по мысли Киселева что-то слишком стало много в нашем государстве гуманитариев. Можно сказать, случилось их  перепроизводство.

 Вот нам и эхо известного слогана: «Уж коли зло пресечь, собрать все книги бы да сжечь».  

 Нынче уже потребовалось бы: собрать всех умных.

 *** 

 В порядке послесловия соображение Достоевского о первых учениках.

 «Есть три рода подлецов на свете: подлецы наивные, то есть убежденные, что их подлость есть высочайшее благородство, подлецы стыдящиеся, то есть стыдящиеся собственной подлости, но при непременном намерении все-таки ее докончить, и, наконец, просто подлецы, чистокровные подлецы».

  Кто к какому роду подлецов относится из помянутых здесь первых учеников, судить читателю.