23:36  /  15.11.18

PRO старость

Есть дедушки и бабушки, которые доживают, а есть те, которые живут. Есть дедушки и бабушки, которым дети помогают получать…

Есть дедушки и бабушки, которые доживают, а есть те, которые живут. Есть дедушки и бабушки, которым дети помогают получать радость от жизни до последнего вздоха, а есть те, которых сбагривают в хосписы при первой же возможности. Есть страны, в которых, государство заботится о том, чтобы бабушки и дедушки гуляли, улыбаясь и держась за ручки, ходили в театры, путешествовали, а есть страны, в которых бабушки и дедушки вечно ходят по поликлиникам, экономят на нищенской пенсии, а в свободное время смотрят телевизор, критикуя всех и вся и думают навязанные им мысли. Если абстрагироваться от печальных реалий социального аспекта, ибо я, все-таки, психолог, а не политик, хотелось бы донести несколько мыслей, которые, возможно, помогут кому-то научиться относиться к старшему поколению более осознанно. Во-первых, как говорится,- все мы там будем, так что бережное и уважительное отношение к пожилым людям повышает шансы на то, что с нами, если доживем, будут обращаться также. Реальное и глубокое уважение к старости не может быть воспитано, ибо чужие установки всегда слабее своих собственных, идущих от сердца. Поэтому, только приняв процесс собственного старения, можно испытать уважение и любовь к пожилым людям (а не вину и долг или ответственность). Действительно, страх старости, из-за своей непереносимости, порой выражается в постоянных компенсациях, призванных продлить молодость. Эти компенсации порой принимают довольно гипертрофированные формы: постоянные пластические операции, ЗОЖ, йога, спорт, лекарства и т.д.. Причем, если в основе вышеперечисленных действий лежит любовь к себе, забота о собственном теле и духе, то такие действия, конечно же идут на пользу человеку. Если же эмоциональная подоплека тех же действий – страх старости, недовольство собой, зависимость от чужого мнения, тогда те же действия усиливают состояние тревоги и депрессии. Удивительно, но одно и то же действие, но с разным намерением и мотивацией, может и вылечить и покалечить душу. Понимаю, что это - банальная истина, но на практике не перестаю удивляться данному парадоксу. Во-вторых, своим родителям помочь эмоционально сложнее всего. Ощущение бессилия и беспомощности, которое часто возникает при сопротивлении родителей осчастливить их, зачастую заставляет нас опускать руки. Действительно, родители, которые для нас были большую часть жизни самыми сильными и лучшими, становятся в некоторых вопросах неразумными детишками, которым хочешь помочь, объяснить достоинства айфона, доставки продуктов на дом и помощь домработницы, например, а они отмахиваются от всего этого, как от угрозы привычному укладу жизни, не в состоянии признать собственную беспомощность перед прогрессом, возрастом, детьми, наконец. Так как нам признать беспомощность собственных родителей еще сложнее, - скатываемся в состояние обиженного ребенка, которому не позволили сделать что-то хорошее. Поэтому, мы где-то уступаем, не проявляем должную настойчивость и терпение, застывая в печали и бессилии. Выход? Стойкость, терпение, разные тактики, но не уступать и не сдаваться. Работает, проверено. В-третьих, работа с психологом в преклонном возрасте, происходит кардинально по-другому, чем для зрелых людей. Это – своего рода баланс между экзистенциональной терапией, коучингом и работой с состоянием (эриксоновский гипноз, эмоционально-образная терапия). Никаких посягательств на структуру личности, никаких провокаций и работы с защитами, а бережная работа со страхом смерти, принятием конечности жизни, подведением итогов и созданием состояния легкости и счастья, которые можно и нужно учиться проживать в каждый момент времени. Последняя мысль противоречивая и сложная. Принять – не значит смириться, это значит перестать цепляться за будущее, ожидая, что в один прекрасный день все будет. Все уже есть. Интроспекция, созерцание, воспоминания, благодарность и концентрация на каждой проживаемой минуте. В-четвертых, старость – не символ мудрости, пожилые люди не должны, по факту возраста, быть для нас учителями, а вот ожидания эти непременно ведут нас к разочарованию и обесцениванию. Даже у самых праведных из нас пожилые люди часто вызывают жалость или вину, что гораздо слабее и, порой, разрушительней, любви. Вина, в принципе,- деструктивное чувство, а в жалости, как ни крути, помимо сопереживания, есть презрение, пускай, зачастую и неосознанное. Поэтому, если мы научимся любить пожилых людей искренне, особенно сложных и недоброжелательных, видя в них не ведьм и кащеев, а маленьких детишек, нуждающихся в заботе и внимании, тогда что-то в нашем обществе поменяется. Причем, если еще любовь эта будет побуждать нас на какие-то поступки, которые мы будем совершать с удовольствием, без тени сарказма, иронии или долженствования, тогда и появится надежда на то, что и нам стареть будет круто и почетно.