Все записи
19:15  /  1.01.19

654просмотра

Лагуна

+T -
Поделиться:

1.

……………….

 

2.

Чайка примостилась в центре Сан Марко напротив моего столика, и не двигалась может минуту.  Не дыша и даже не мигая, я поняла: «она тоже здесь одна» - и, словно услышав мои мысли, чайка расхохоталась мне в лицо. Они кричат, рыдают, клекочут, они жалуются, а эта посмеялась. Неловко встав, я повернула в сторону, где, по моим представлениям, располагался Восток, и шла довольно долго, размышляя о том, что «опыт - вообще всегда означает дурной опыт», пока холод не заставил меня зайти в один из магазинчиков муранского стекла. Впрочем, в магазине было, кажется, даже холоднее.

 

3.

Зимой этот город не несет никакой информации – можешь долго брести, ни разу не наткнувшись ни на выступающую зелень, ни на запах жареных каштанов, ни, тем более, кофе. Однородная серость обступает со всех сторон (особенно сверху), и граница между небом и водой определяется только всплесками каналов, и то редкими. Единственный хорошо работающий здесь орган чувств – ухо, которое по воскресеньям смущает дребезг колоколов на многочисленных церквях. Сначала такое их количество в пересчете на квадратные метры города способно озадачить, однако позднее все отчетливее понимаешь, что в пространстве, которое вот-вот перестанет существовать (суше-ствовать), ты должен иметь ежеминутную возможность и место для молитвы.

 

4.

Каждая улица Венеции сообщает тебе, что здесь ты многое можешь выдержать. Если не выдержать, то утопить в местном баре или канале. Если не утопить, то понять. В крайнем случае – забыть. В любой момент времени ты волен совершить прыжок с пьедестала эволюции назад в воду, в какую – выбирать тебе. Свойство воды, зимней в том числе, заключается в ее способности отразить, не преображая, и скрыть, не оставив шрама. И в том, и в другом, я проигрываю ей безнадежно. И если «по положению пешки догадываешься о короле», то нетрудно угадать, какого рода сентименты могут толкать человека под новый год в сторону тонущего города.

 

5.

Новый год здесь наступает только в витринах многочисленных магазинов, святой же дух ни сходит ни на Сан Марко, ни кафе «У Флориана», ни на Площадь Академии. Я проверяла. Хотя, вполне возможно, что моя предвзятость в данном вопросе обусловлена привычкой к пышному салюту. Может быть, - тем, что приезд сюда сподвигнут не желанием встретить (или встретиться), а попыткой убежать, причем явно не в лучшей ее реализации. В общем, если причинность наличествования здесь в новогодние праздники требует обязательной улыбки, выраженной если не формой губ, то хотя бы образом мыслей, то я этому требованию не удовлетворяю. Нужно иметь много мужества и самообладания, чтобы перестать смотреть в бесконечные зеркала и наконец разглядеть в этом городе – этот город. Но, то ли в силу возраста, то ли по причине малодушия, я к этому оказываюсь не способна. И если Бродскому на каждом изгибе мерещился лев, то я различаю только наглухо закрытые двери, равномерно разбросанные по всему городу.

 

6.

Опыт вообще, и опыт путешествий, в частности, не может считаться опытом в полном смысле – он никогда не является повторением предыдущего и всегда завязан на то, что ты привносишь с собой. В моем случае это книги, усталость мокрого глаза и неприязнь к себе. Апропо, путешествие, как и писательство, не может иметь конечной четко измеримой цели. Первое смотрит в сторону Моста вздохов с усталостью пятилетнего ребенка, утомленного серым мрамором и заросшим мхом гранитом, переводящим взгляд то на зеленоватый наклон фонаря, то на плещущиеся незанятые гондолы, смирившиеся со своей привязью. Второе является продолжением первого в попытке сформулировать взаимозависимость новогодней гирлянды и гнилой сваи, которую ты почувствовал при первом взгляде. Вернее, не почувствовал, а заподозрил.

 

7.

Хотя с годами удается примириться с некоторыми чертами характера, общее отражение все равно вызывает усмешку, особенно, когда это отражение смотрит на тебя из-за каждого угла. Может быть вообще целью любого человеческого существа является принятие себя? Если же нет, то будет обидно в конце пути постичь разочарование. В этом плане, большая надежда на будущее (насколько вообще уместно на него надеяться?) состоит в том, что оно будет состоять из многочисленных путешествий, которые, в свою очередь, будут заполнены стихами, если повезет, неплохими. Потому как выясняется, что твой собственный символизм стремится обрести форму, пусть даже весьма похожую на зеркало. В конце концов, от него всегда можно отвернуться.

 

8.

Представить трезвое тридцать первое декабря было невозможно, вернее - невыносимо. Еще точнее: глупо. В энотеке я долго топталась, привыкая к малым пространствам и в связи с этим к необходимой близости чужих людей. У одних народов это списывают на женский алкоголизм, у других – на талант. Мой талант ограничился двумя бутылками красного сухого вина, весьма дорогого. Остается совершенно непонятным одно: как поразительная легкость выбора алкоголя уживается с полной неспособностью решить что-либо еще в жизни. «Из всех возможных решений выбирай самое доброе», советовали Стругацкие. Я бы переиначила: «из всех возможных решений выбирай уже какое-нибудь», и масштаб его определить можно только по силе всплеска.

 

 

(В подражание И. Бродскому)