Все записи
23:50  /  17.05.20

826просмотров

Обними меня

+T -
Поделиться:

 

«Человечество почувствовало настоятельную необходимость закрыть двери, – пишет в комментарии для нашего журнала замечательный писатель Евгений Водолазкин. – Это не значит, что двери теперь наглухо заколотят – нет, просто они будут открываться и закрываться. Главное же – останется память о том, что двери существуют... В такой атмосфере трудно сохранять дистиллированную рассудительность и беспристрастно прогнозировать грядущие изменения, тем более что никто в точности не берётся этого делать. Бойкие комментаторы и «публичные интеллектуалы» сразу окучили верхний слой напрашивающихся предсказаний, впрочем, уже в момент их оглашения становилось понятно, что это не более чем верхушка айсберга. А может, и вообще сбивающая с толку псевдоочевидность.

 

Венская система, Вестфальская, Версальская, Ялтинско-Потсдамская система международных отношений, Мюнхенская, наконец.. А как насчет того, что система международных отношений сейчас определяется:

 

  1. Осознанием границ. Никто не застрахован от пневмонии, на улицу можно выйти только по пропуску, в любой момент тебя могут сократить, потому что компания больше не может выполнять свои обязательства. Можно сказать, что на смену надменности пришло внезапное и неприятное осознание собственной предельности, конечности и ограниченности. Осознание того, что у моей свободы существуют вполне очевидные и даже осязаемые границы, определяемые внешней силой. Более того, в эпоху безграничной и беспрепятственной "экспансии вируса, который ползет, распространяется, движется, мы были вынуждены замереть, и это не конец света, это конец целого мира". И, замерев, мы стали осматриваться, чтобы понять, каков он, мир на самом деле. 
  2. Вынужденной сосредоточенностью и необходимостью проанализировать цену и ценность жизни. Оказалось, что она не сводится к стоимости автомобиля, сгусткам кинетической энергии, производимым на совещаниях, и даже к занимаемой должности. Не стану повторять Сергея Гуриева «при вульгарном экономическом анализе предполагается, что ценность жизни равна величине "человеческого капитала" - того, сколько данный человек производит добавленной стоимости за всю свою жизнь». Никакого конца истории, никакой победы демократии над историей, никакой победы ТНК над границами государства. История показала, что Земля не превратится в огромный торговый центр, хотя бы только потому, что оставшаяся без работы половина населения планеты не способна на мастеркард. Фондовые рынки рушатся, цена на нефть сравнялась с отметкой «ноль», квартальные планы полетели к чертям, отпуск отменен, и даже купить кольца к свадьбе стало большой проблемой. Компании пересмотрели траты и цепочки поставок, правительства призывают компании организовывать производства на своей территории. Человечество вынужденно опустилось в кресло в своей комнате и взглянуло в окно, и в первый раз увидело чистое весеннее небо. Пустую улицу. Осознало необходимость соблюдать дистанцию и чужие границы. Оказалось, что границы существуют не только между государствами, но и внутри государства. Оказалось, что большая часть ежедневных действий просто не нужна. Оказалось, что я не тот, кем хотел всегда казаться, потому что, сидя дома в растянутой олимпийке и трениках, я являюсь не носителем бренда Гуччи, а суммой своих поступков. И, сидя в кресле, трудно не признать очевидное: похоже, я больше не принадлежу цивилизации блефа, и мне приходится быть тем, кем я на самом деле являюсь. Человек оказался вынужден проводить с собой больше времени, чем он может вынести. 
  3. И, наконец, антропологическим шоком. Потребность, даже неизбежность, трезвого рассудительного взгляда в окно обнажило глобальный блеф и симулякров, и зародило предчувствие идеального шторма: экономического, финансового и социального кризиса, экологического кризиса и кризиса духовного, ставшего вполне осязаемым. Стало совершенно очевидным, что вместо того, чтобы готовиться к будущему и становиться лучшей версией себя, нужно просто совершать правильные действия в правильной последовательности, действую по заветам Марка Аврелия: "делай, что должно, и будь, что будет». 

 

Восстановление экономики носит пока неустойчивый характер, если о нем вообще можно говорить (будучи алармисткой, я пока вижу только падение, принимая во. внимание главный негативный фактор - резкое сокращение внешнего спроса на китайскую продукцию). Согласно докладу ВШЭ, падение внешнеторгового оборота Китая составило 6,4% за первый квартал 2020 г., положительное сальдо торгового баланса Китая уменьшилось на 80,6%. При этом, в среднем, объем внешнеторговых операций так или иначе пострадавших от COVID-19 стран упал в среднем на 30%. Объёмы мировой торговли, по оценкам WTO, упадут примерно на 30%. Возможна ли компенсация этого возвращением производств домой и строительством собственных национальных мощностей, для которых требуется инфраструктура, связь, технологии?  The Economist заключает, что глобализация меертва и добил ее коронавирус - инвестиционный климат близок к неблагополучному (в народе именуемому полной паникой), движение капитала сдерживает сложность (на грани невозможности) экзитов - неужели страны и правда посмотрят в сторону развития собственной промышленности? Мой муж сомневается в этом, потому что глобализация неостановима хотя бы вследствие информационной глобализации. Но никто же не отменял информационный COVID-19 - представим на секунду, что страны вынуждены закрыть доступ к глобальной сети? Хотя, я готова с ним согласиться хотя бы просто потому что не понимаю, что может прийти на смену глобализации? 

Трамп призвал надеяться на себя. Я бы попросила хотя бы просто посмотреть на себя. Перед тем, как начать что-либо делать, неплохо было бы сначала осознать, кто я такой, каков я и каковы мои друзья на самом деле, что я сделал и для чего - стать снова человеком. Именно сейчас, когда мы, наконец, поняли, что границы другого человека существуют и даже имеют конкретные характеристики (1,5 метра), когда компании запрещают пожимать руку и обниматься и производят массовые сокращения для сохранения маржинальности (а сокращения всегда проще делать, когда ты не смотришь человеку в глаза), именно сейчас ценность человека определяется его человечностью

Я стою на террасе и рассеянно перевожу взгляд с людей в масках и перчатках, выходящих из магазинов, с этого сюрреалистичного мира, - на своего мужа, который внимательно смотрит на меня, вижу его уверенность, доброту и сердечность, он улыбается мне. И я знаю, что именно он может в данный момент починить этот мир, и тихо прошу: «обними меня».