Все записи
13:45  /  16.04.20

Искусная музыка искусственного интеллекта

+T -
Поделиться:

Сегодня уже не вызывает удивления факт создания огромного количества машин и алгоритмов, генерирующих новые звучания, создающих новые формы репрезентации артистов и даже саму музыку. Я не буду говорить о технологиях, которые призваны стать мощными инструментами для производства музыки в руках музыканта. Здесь я вижу объективную пользу. Меня больше заинтересовали (читайте: «возмутили») технологии производства и презентации музыки, в которых человеку сначала отводилась роль второго плана, а сейчас, кажется, необходимость в нем и вовсе отпадает. В индустрии с сильнейшей конкуренцией на сцену выходят новые игроки, с которыми даже невозможно встретиться лицом к лицу. Первые технологические эксперименты, в том числе и в мире музыки, берут начало еще в 60-х годах XX столетия. Безусловно, за прошедшее время была создана масса музыкальных инноваций, и претендовать на полный охват материала по объективным причинам невозможно. Тем не менее. 

В конце 2000-х в Японии появился новый формат музыкальных звезд, существующих без реального воплощения – вокалоиды. Компания Yamaha Corporation создала программу синтеза пения, где вокал в композиции генерируется на основе заданной мелодии, текста и исходных образцов голоса. В 2004 году они выпустили целые голосовые банки. Когда такому банку создавали анимированного персонажа, появлялся вокалоид.В 2007 году компания Crypton вывела на музыкальный рынок Японии одного из самых успешных вокалоидов в истории: Hatsune Miku.  За несколько недель клип виртуальной певицы собрал огромное количество просмотров, а в уже 2010 году она гастролировала по всему миру с сольными концертами. Сейчас Hatsune Miku считается важным элементом японской поп-культуры. В этом случае за виртуальным артистом не стоит конкретного человека, он – результат взаимодействия машины и целой команды людей, которые пишут музыку, тексты, делают аранжировки, анимацию, аккомпанируют Hatsune Miku на концертах. Но в восприятии аудитории это абсолютно самобытный персонаж.

В 2012 зрители музыкального фестиваля Coachella стали свидетелями шокирующего события: на сцену вышел рэпер Tupac, тот самый Тупак, который погиб от огнестрельных ранений за 16 лет до этого концерта. Второе пришествие рэпера стало возможным благодаря технологии 3D-голограммы. Создатели назвали эту гиперреалистичную анимацию цифровой версией человека. Благодаря этой технологии в 2016 году Уитни Хьюстон выступила на шоу The Voice (правда, только на репетиции, после чего от идеи отказались), Элвис Пресли и Фрэнк Синатра снялись в фильме «По лезвию бритвы 2049», а Майкл Джексон спел на Billboard Music Awards в 2014 году. Но в случае с этой технологией появляется спорный этический вопрос, тонкая этическая грань, которая скрыта именно в переходе в новое измерение. В голограмме воссоздают человека: по факту его не воскрешают. Однако аудитория воспринимает его как подлинник. Собственно, так ей и продают это явление.

При производстве голограммы создается трехмерная анимированная модель человека. Ее приводят в действие с помощью актера или модели, который может точно повторить движения персонажа. Если рассматривать всю эту историю в жанре фикшна, возможно, этический вопрос не будет стоять остро. Но смогут ли производители продать такое шоу, если позиционирование явления поменяется с «реальный поп-король» на «реалистичный». И главный вопрос – можно ли воссоздавать человека, если мы не можем попросить у него разрешения на это? Бесспорно, сама технология поражает. Но пока для себя я не смогла сформулировать: она вызывает восторг или ужас.Апогеем этого технологического безобразия стал искусственный интеллект и его музыкальное творчество. В сентябре 2019 года вышел необычный электронный альбом – сборник песен 5 виртуальных музыкантов «Auxuman Vol.1».

Основатель одноименного технологического стартапа, ответственного за такой релиз, объяснил, что музыка и тексты композиций были сгенерированы алгоритмами искусственного интеллекта. Все это сделано для того, чтобы максимизировать творческий потенциал людей и ускорить процесс создания произведений. В планах компании выпускать новые альбомы каждый месяц. Я проверила канал Auxuman на YouTube, на данный момент за прошедшие семь месяцев они выпустили два релиза. Но все же такое заявление, пусть пока не подкрепленное результатами, заставляет задуматься. Станут ли виртуальные музыканты угрозой для музыкантов реальных? Готов ли кто-то выпускать музыку такими темпами, чтобы конкурировать на одном уровне с искусственным интеллектом? Нужно ли слушателю так много музыки? Мне кажется, уже сейчас в индустрии спрос уступает количеству предложений. Велик риск того, что одноразового музыкального материала станет гораздо больше. Поэтому возникает вопрос о значимости и оправданности таких инициатив. 

Аналогичный технологический проект создала российская компания Яндекс. Альбом «Нечеловеческая музыка» был выпущен в сотрудничестве известных музыкантов и… нейросети. Нейросеть – это сложный математический алгоритм, который поддается обучению. Обученная на классических произведениях Баха, Рахманинова и Шнитке, она сгенерировала 25 мелодических линий, которые уже дорабатывались музыкантами.Авторы проекта говорят, что целью ставили не заменить композитора умным алгоритмом, а помочь ему создать произведение интереснее, чем он бы создал сам. Все как один твердят про помощь композитору. Но так ли она вообще нужна творцу, если только она не финансовая?! Что касается самой музыки нейросетей – я бы не спешила называть это музыкой, скорее, музыкальным продуктом. Пока все в стадии зарождения: едва различимые, не всегда связные слова в тексте песен, примитивное неживое звучание вокала, гармоническая структура местами простая, а местами с внезапными неоправданными поворотами. Однако нам стоит помнить, что у искусственного интеллекта большой потенциал.

Эта технология очень быстро развивается. Возможно, уже через пару месяцев мы услышим что-то вразумительное и даже интересное, сгенерированное машиной. Искусственный интеллект создает что-то на основе заданных человеком параметров. Машина может искусно смешивать внесенную в нее информацию, выдавая все новые и новые комбинации, но число этих комбинаций все равно конечно. Выйти за пределы полученных данных машина не сможет. В ее стратегии отсутствует элемент спонтанности. А как мы знаем, прогрессивное и новое возникает, когда создатели нарушают правила, будь то преднамеренно или нет. Машина же не допустит ошибки (если машина научится нарушать правила, возникнет опасность не только для композиторов). Поэтому сейчас нам вряд ли стоит переживать, что в креативных индустриях машина заменит человека. Но вот создать конкуренцию творцам определенно сможет. Хотя такое соперничество может даже пойти индустрии на пользу. Оно должно сподвигнуть музыкантов создавать нечто большее, чем одноразовые треки, с которыми машина справится лучше нас. 

Основное отличие творчества человека и компьютера – это переживание эмоций автором, а впоследствии и слушателем. Машина не умеет чувствовать, сопереживать. Музыканты могут вкладывать свои эмоции, свое отношение и опыт, отдавать душу музыке, ее наличие – наше бесспорное преимущество перед машиной. Так может вернуться давно смывшееся, но столь необходимое разделение на музыку как продукт и музыку как искусство. Творчество машин даст нам возможность сконцентрироваться на креативной составляющей и уйти от рутинного производства треков быстрого потребления, прикладных и фоновых композиций. При таком развитии событий искусственный интеллект в первую очередь ударит по композиторам так называемой легкой музыки. Если это легко, машина справится с этим быстрее, лучше и главное – бесплатно. Машине не нужно платить гонорар за каждый новый попсовый трек. В музыкальной индустрии дивного нового мира совершенно точно будут складываться новые правила игры. Пока лишь сложно представить, какие: реальные или реалистичные.

Ксения Кохан