Все записи
14:17  /  21.01.19

505просмотров

О «Психоделике Путин». Post Scriptum.

+T -
Поделиться:

Эдуард Гурвич ответил на мой текст отдельной статьей «Про харизму Путина, про мифы и идеологию, ну, и про нас с вами» (21.01.2019).

Ниже следует наш обмен мнениями. 

Аркадий Недель. Уважаемый Эдуард, спасибо за реакцию на мой текст. Вы правы, термин "психоделический" принято воспринимать в культуре (и субкультурах, как хиппи, рок и т.п.) как меняющий сознание, изменяющий привычную реальность. Однако в своем тексте, имея в виду и такое понимание психоделического опыта, меня более интересовал эффект воздействия психоделика на сознание человека (по известным опытам с различными психоделиками). Я не обсуждал личные качества российского президента, как и его политические заслуги или просчеты, – это другая тема, к которой можно когда-нибудь вернуться. Меня интересовал Путин как феномен массового (и индивидуального) сознания, если хотите, его антропологический аспект. И текст лучше прочитывать в этом ключе. Что касается «когерентной идеологии», то названный Вами патриотизм никак не может быть такой идеологией уже по той причине, что патриотизм – это эмоция в большей степени, чем идея. Патриотизм занимает огромное место в политике США,  Великобритании или Австралии. Ничего плохого в этом нет, если он не носит уродливые формы, как, скажем, в послевоенном СССР, но этому есть свои объяснения. Идеология – это система идей и кодов, которая направлена на реализацию какого-то масштабного проекта, похожего на религиозный, но чья реализация должна произойти в посюстороннем мире, а не в трансцендентном, как, скажем, в христианской религии. Ничего подобного в нынешней России нет, как, впрочем, и у ее европейских соседей.  

Эдуард Гурвич. На самом деле меня, как и Вас, занимает в это истории именно эффект воздействия психоделика на сознание человека, на публику. Но я плохо представляю себе, как тут можно обойтись без обсуждения личных качеств выступающего в роли предводителя нации, с одной стороны, и способности  обывателя  принимать за чистую монету, иначе говоря, правильно воспринимать то, что ему внушает этот избранный предводитель... Идея же сильной России выглядит сегодня в устах президента вполне себе масштабным проектом, за который обыватель  готов потерпеть, затянуть пояс,  если не саму жизнь отдать (что само по себе феноменально для многострадального народа). 

Аркадий Недель. Личные качества конкретного человека не столь важны в данном случае, как то воображаемое (психоделическое), которое мы воспринимаем. Личные качества важны для его друзей и знакомых. Психоделик – это то, что раскрывает не его, а наши качества, наше сознание, которое его (вос)принимает. Поэтому тут больше дело в нас самих, чем в нем. Одной идеи «сильной России» недостаточно для идеологии. Это, повторю, эмоция, у некоторых энтузиазм, но не идеология per se. Идеология должна быть продуктивна, она описывает план, новую модель, пути ее осуществления. Сталинский СССР имел идеологию (сейчас не важно, насколько она была порочной), идеология была в послевоенных США, сейчас же ничего подобного нет. 

Эдуард Гурвич. С Вашим замечанием, что «личные качества конкретного человека не столь важны в данном случае», я бы согласился, если бы Вы взялись прояснить, почему, на Ваш взгляд, харизма политического лидера именно в России совсем не влияет на его популярность. А дело обстоит именно так. Российская властная элита чрезвычайно бедна и практически не выдвигала и не выдвигает на Олимп харизматичных лидеров, умелых полемистов, образованных, с юмором. На моей памяти здесь перед моими глазами прошли такие яркие фигуры как Маргарет Тэтчер, Тони Блэр, Дэвид Камерон, да и Тереза Мэй... Их рядом нельзя поставить с нашими лидерами. Никого... Значит ли это, что Россия в ярких  и образованных лидерах не нуждается? И дело не в том, что политическое поле выжжено. Дело в особенностях восприятия такого лидера? Что же касается недостатков патриотической идеи в  рамках «Сильная Россия», то для того, чтоб её перевести в разряд идеологи, как мне кажется, есть всё - и продуктивность, и план, и модель её осуществления ( молодёжные движения, возрождение  политотделов в армии, патриотическое воспитание в школе, военные кафедры в институтах и прочее, что как будто бы исчезло недавно). Замечу, что и я не веду тут речи   о порочности, долгосрочности и даже жизненности этого плана. Но он есть. 

Аркадий Недель. Из перечисленных Вами британских лидеров я соглашусь только с фигурой Тэтчер. Она действительно была яркой и умной женщиной, пришедшей, надо признать, из ниоткуда, что для Англии не так уж очевидно. Мейджор – посредственность, которую она катапультировала во власть. Блэр – забавный малый, но это лидер эпохи постмодерна, когда от политики ничего не требовалось, кроме развлечения масс. О Мей не могу ничего сказать кроме того, что она рядовой лидер со своими плюсами и минусами. Если Вы все же хотите описывать Путина в терминах Макса Вебера, то у него есть харизма, он умен и прекрасно умеет вести словесные дебаты (посмотрите, например, его беседы с журналисткой Келли Мегин, да и другими тоже). Ситуация с Путиным вообще загадочна. Он не «отец», каким был Сталин, он не «дедушка», каковым был Брежнев, не взбалмошный царевич, каковым был Хрущев... Политическая антропология Путина – это новый для России этап, потому что он не соответствует ни одному из перечисленных архетипов. Поэтому пока я определяю эту ситуацию как психоделическую.

Не могу согласиться с Вашей идеей о том, что в России нет и не было харизматичных лидеров. На самом деле, дело обстоит несколько сложнее. Со времен Ленина, которому уж никак нельзя отказать в харизме, идеологическая составляющая власти была настолько сильна, что во многом она затушевывала личные качества лидеров. Точнее сказать, каждый российский лидер стремился сыграть свою роль в идеологическом спектакле, но так, чтобы его лица было не видно. Если угодно, это была своеобразная комедия дель арте, в которой характер каждого персонажа расписан и не требует проявленности его личных качеств. В США, например, эта комедия строится по иным принципам. Там важнее личные качества героя из Белого дома, но он также должен действовать по определенному сценарию. Президент США, в идеале, – это  «крепкий орешек», хороший семьянин, меткий стрелок, человек-удача. Лучше всего эту роль в послевоенный период сыграл Рональд Рейган. История с «изменником» Клинтоном подтверждает лишь то, что в Америке страна и семья, на уровне политической антропологии, взаимозаменяемые понятия. Изменил жене – изменишь стране. Нелюбовь к Трампу во многом объясняется тем, что этот человек не соответствует американской комедии дель арте, он не вписывается ни в одну политическую маску (но об этом я писал в отдельном тексте). Харизма, если Вам нравится это слово, в тех же США и России устроена иначе, но это не означает ее о

Эдуард Гурвич.  Дополняя под занавес наш диалог, хотел бы поделиться ещё одним соображением, касающимся Вашего утверждения, дорогой Аркадий, что нынче Россией правит не Диктатор. Не настаивая на термине ещё и по причине, что термин Диктатор близок к понятию "тирания", я рискну всё-таки привести суждение Иосифа Бродского, которое попалось мне минувшей ночью в его МСС. Выбравшись на Запад, он осмыслял свой опыт  жизни в СССР.  Переложу его рассуждения, убрав лишь термин Тиран. Серое, ничем не замечательное лицо единовластного Правителя, которое выглядит как все, подчёркивает его  скрытность. Визуальная похожесть на всех даёт такому лицу дополнительную глубину. Вот почему автократы со склонностью к диктатуре застенчивы и  ужасно скучны в быту. Тут вылезает правило: хочешь быть единовластным Правителем  – стань скучным... Добавлю от себя – и набожным. Возможно, тут ответ на замечание  Анны Квиринг в соседнем посте: "И даже о своих современниках мы не можем сказать, по какой причине их волнуют религиозные вопросы ". В случае с нашим психоделиком  неограниченная власть вполне прикрывается его подчёркнутой публичной воцерковленностью

Аркадий Недель.  Дорогой Эдуард! Спасибо за Ваш пост-скриптумный (или все же нет?) комментарий. Я в целом готов с Вами согласиться, что автократизм скучен (но не тирания <sic!>), если под скукой понимать предсказуемость событий и реакций на них. Автократизм скучен, потому что в нем уже нет интриги, это как унылое кино или затянувшийся брак без приключений и эмоциональной новизны. Бродский, вероятно, имел в виду брежневскую скуку, которую он, к слову, удачно использовал себе во благо. Поздний брежневизм сильно походил на отношения внутри большой семьи, где медленно назревавший конфликт был главным образом связан со сменой поколений. Брежневу нечего было предложить новой поросли, кроме мантр о движении к коммунизму, в который уже никто не верил. Случился, правда, БАМ, который, надо сказать, оттянул "падение империи" на десяток лет, но эта была смерть в кредит.

Россия не переносит скуки, она так устроена, не политически, а антропологически. Дания или Норвегия, возможно, даже Германия может, как писал поэт, "спешить спокойно", т.е. жить, скучая - скучать живя. Россия - нет.

Что касается сегодняшней ситуации, то это пока не авторитаризм, о котором писал Бродский и который, кажется, имеете в виду Вы. В России сейчас не скучно, сколько это продлится - сказать сложно. Ситуация новая: политика заменяется на психоделический трип. И опять же, тут дело не только в Путине как таковом. Разворот более фундаментальный, чем отношение к одному человеку, пусть и очень политически выраженному.