Все записи
15:41  /  21.03.19

4992просмотра

«Роман Графомана». Внутренняя сторона времени

+T -
Поделиться:

Мой приезд в Москву в середине февраля совпал с выходом книги Эдуарда Гурвича «Роман Графомана». Мы смогли познакомиться с автором виртуально – спасибо Снобу! На его площадке у нас завязался диалог, где проявились, как на пленке, наши общие темы и разногласия. Когда книга появилась на моем столе, случилось то, чего я от себя не ожидал: пятьсот страниц текста я прочел практически не прерываясь. Вот некоторые мои впечатления от прочитанного и вопросы автору:

Эдуард, сколько времени Вы ждали выхода книги и чем для Вас было это ожидание?

 – Ждать немыслимо трудно. В начале нынешней весны я увидел свою книгу изданной. Это радость для любого сочинителя. Для меня особенно.  И как итог размышлений о моей тридцатилетней эмиграции, мечтаний об Аргентине, куда я слетал и многое прочее. И что все удалось уложить не в биографию, а в настоящий роман, где есть герой с его alter ego. И, наконец, что Онкологический центр Лондонского университета (University College Hospital Macmillan Cancer Centre) сохранил меня не только физически, но и интеллектуально. Последнее уникально. Ведь три года назад доктора там начинали борьбу на последней стадии метастазов с химиотерапией, сепсисом... Я умирал. Но выжил и за это время написал лучшую мою книгу. Ну, как тут мне, агностику, не помолиться? Божий дар, который я точно не заслужил.

Ваша книга действительно блестящая. Для меня это – удивительное путешествие в раннюю юность, в эпоху больших смут и надежд, романтики, невинности и много остального. Ваш роман, опять же для меня, – это архитектурное произведение, внутри которого я путешествую как по своей памяти, словно ничего никуда не девалось. Вот оно, здесь и сейчас. Вы мне доставили прямо-таки телесное наслаждение от встречи с самим собой – тем юным, невинным, неопытным мальчиком, который в ту пору, горбачевской Перестройки, слишком верил или доверял этому миру. Словом, могу Вас только поздравить с завершением этого шедевра в своем роде.

 – Спасибо, Аркадий. Сразу замечу для моих критиков, которые станут меня, как автора «Романа Графомана», уличать и упрекать во всевозможных грехах. Но это не я, а мой главный персонаж, Марк Берковский, пишет книгу. Он вместе со своим alter ego, Максом Колтуном, ведет меня, реального автора, за собой. И тут они делают со мной, что хотят.  Читатель, конечно, может вслед за Марком приехать в лондонские предместья  – Фолкстон, Фарнборо, Хейстингс, последовать за ним в самом Лондоне на Кингс-Кросс, Канал, Камден... Он может полететь за ним в Буэнос-Айрес, в Биробиджан, в Литву с прекрасным Вильнюсом, в Белоруссию, Польшу... И, да, увидеть – в романе что-то из фантазий Марка существует в реальности. Виды, города, улицы, здания, деревья, парки, море, люди... Но, повторю, это не мои, а его, Марка Берковского, фантазии писателя, его мысли, его чувства, его истории. Это жизнь графомана Марка Берковского в той Стране, в Советском Союзе и в эмиграции. Это не я, а Марк Берковский цепляет своими реминисценциями и аллюзиями великого Джойса, Фицджеральда, Генри Миллера, Борхеса, наших классиков  – Толстого, Достоевского, Чехова, советских и постсоветских мастеров.  Это не автор, а именно Марк и его alter ego, Макс Колтун, восхищаются и глумятся, иронизируют и импровизируют.

Ваши герои, как мне представляется, говорят и о реальных людях. Скажем, в романе есть имена ныне здравствующих людей – английского писателя, английской актрисы. Персонажи героя говорят и о наших соотечественниках, живых и ушедших. Этих людей не сложно идентифицировать.

– Это дело читателя, Аркадий. Тут мне лучше самоустраниться.  В «Романе Графомана», скажем, у Марка есть жена, типичная ЖОПИС (так называли в советское время жен писателей). Но это литературная субстанция. Такая же, как его Муза... В реальности есть только моя Оксана, которой посвящена книга. Вот она может рассказать о многом. Она видела, как я писал этот роман. Она может показать дерево, на котором сидела ворона и каркала: «Кар-р-р-р, кар-р-р – писатель, писатель...  вышел на прогулку».  Мистификаций тут множество. И они преследуют читателя до самого конца романа. Скажем, когда Графоман умер, он улегся в могилу на Хайгейтском кладбище. И посмертно присвоил себе стихи, которые можно прочитать на реальном могильном камне. Конечно, если читатель найдет этот камень и эту могилу. И не потому, что кладбище в Хайгейте обширное, с отдельными входами на старую и новую территории, а потому что туда с такими поисками лучше вообще не соваться. Там, на Хайгейтском кладбище, много легенд, чертовщины, дьявольщины...

Вымысел и реальность являются едва ли не центральной в самой книги. Художественная проза предполагает камуфляж реальной жизни, увод героев из нее, провокацию подозрений. Меня, например, в имени главного героя Марка Берковского преследовал образ Наума Берковского, известного в свое время ленинградского литературоведа. Но это лично мои ассоциации.

 – Забавно, но я ничего не слышал о Науме Берковском. Более того, я даже не смогу, наверное, припомнить, как появилась у этого Марка его фамилия Берковский. Ах, да, Буковски, Чарльз Буковски! Точно, именно этот известный американский хулиган торчал в голове сочинителя «Романа Графомана». Но, как я думаю, всякий читатель имеет право на свои фантазии, свои догадки, свои «географии». И чем он дальше от настоящей биографии автора, тем больше поле его собственных путешествий. Вот отзыв очень близкого мне человека: «Прочитала твой роман. Ты там весь, как на ладони». Ну, по правде говоря, этому отзыву доверять не следует, поскольку читательница «травмирована» детальным знанием реальной биографии реального автора «Романа Графомана», а не его героя. Что в этом случае, думаю, только мешает абстрагироваться. Но спорить я не стал, а от души поблагодарил. Ведь искренность, с которой пишет свою последнюю книжку из двух десятков Марк Берковский, – это тоже форма сокрытия его, Графомана, желания хоть как-то соответствовать художественной задаче, которую он поставил.

Наверное, Эдуард, Вы уже видели или слышали поощрительные отзывы о названии Вашей книги?

– Да, на Снобе Сергей Мурашов первым проницательно заметил, да так и написал в своем комментарии: «... это же прекрасное название – «Роман Графомана». Верно, тут в самом названии книги есть определенный кураж, который и двинул меня к осуществлению замысла. Когда мой редактор из Калифорнии, Марина Смородинская, сказала ровно то, что Сергей, я поверил, что найду правильную интонацию. Половина дела сочинителя  – правильно отыскать интонацию. Именно название, думаю, и помогло мне в этом поиске.

Думаю, у книги еще будут серьезные критики, которые скажут больше, чем это могу сделать я после быстрого первого чтения. А как Вам удалось издать такую книгу в Москве, живя в Лондоне?

 – О, это счастливая история. С издателем Валерием Штейнбахом меня связывают две предыдущие книги. Его издательство под замечательным названием «Человек» в основном специализируется на спортивной литературе. Но жизнь раздвигает эти рамки. И вот однажды перед ним оказалась рукопись романа. За десять рабочих дней он подготовил ее к печати, включая корректуру и превосходную верстку. Параллельно работал художник. Меня впечатлила задняя обложка – цветная фотография на чёрном фоне и текст с вывороткой. Ярко-красная лицевая обложка придала книге, как убедил меня издатель, «привлекательный товарный вид». Наверное, он употребил все свое влияние. И невероятно то, что из типографии книга пришла к нему тоже спустя десять рабочих дней. Издатель проявил чудеса расторопности: пять авторских экземпляров было у меня в Лондоне через день!

Честно говоря, Эдуард, меня тоже впечатлила именно задняя обложка. И не в последнюю очередь благодаря синопсису, где упомянут роман Владимира Сорокина «Голубое сало» как своеобразный аналог «Романа Графомана». В конце 1990-х – начале 2000-х я опубликовал серию статей о советской литературе, включая одну из первых концептуальных работ о прозе Вл. Сорокина, которая даже вошла в шорт-лист премии Андрея Белого за 1999 год.

– Да, Аркадий, именно поэтому мне ценно тут всякое слово, сказанное Вами как литературным критиком. К тому же Вы сами – автор многих книг, в числе которых «Оскар Рабин. Нарисованная жизнь» (2012). Ее я надеюсь получить при Вашем содействии. Мне это интересно уже потому, что в студенческие годы бывал в доме четы Кропивницких, родителей жены художника.

Комментировать Всего 79 комментариев

Спасибо, дорогой Аркадий, за такое внимание к моему "Роману Графомана". Мне особенно лестно  слышать слова одобрения от Вас, автора критических статей о литературе. В частности, Вы писали о Владимире Сорокине. Роман его назван аналогом моей книжки  в синопсисе, который можно прочитать тут, на обложке. Фото на обложку сделала моя дочь Сандра. Она провела со мной двухчасовую фотосессию. Из десятков снимков выбрала эту. Несколько лет назад она закончила университет в Базе. Уехала на год в Австралию.  Там увлеклась фотографированием. Художественное фото - теперь её профессия. Спасибо Вам ещё раз.

Эту реплику поддерживают: Сергей Мурашов

Странно, что этот Ваш пост, дорогой Аркадий, о моём "Романе Графомана" - не только не попал на  титул, но оказался под замком. Его я случайно нашёл, когда нажал на красное "Вся лента"... Надеюсь, всё разрешится к утру.

Так приятно, дорогой Аркадий, что Ваш отзыв  о "Романе Графомана" доткатился до Америки:)...И без всякой моей ссылки. Третий день размышляю - послать ли на этот Ваш пост такую ссылку Алексею Бурову ( мы с ним последнее время много и по-доброму общаемся)...Но  боюсь его поставить в неловкую ситуацию. Мой роман  не входит в круг его научных интересов. Алексей серьёзный учёный-физик с поворотом  к философии  и огромными знаниями. Моя же объёмная книжка ему ни к чему, а вот Ваш отзыв, Аркадий,  это я хочу ему показать. Да. пожалуй, сейчас сделаю ссылку:). И спрошу про журнал  "Дружба народов" - там в каком-то номере есть его публикация....Тут мой сын на день залетел в Москву. В воскресеье будет у меня. Я написал ему и попросил найти книгу Вашу "Моисей. Человек, который видел Бога".Если у Вас есть информация  где - буду очень рад. Я ему напишу. Книжка вышла пару лет назад. Может и не быть. Но ничем Вас отвлекать не хочу...

Дорогой Эдуард, очень рад за Вас! Могу лишь кротко позавидовать вашим читателям и читательницам, по отношению к которым чувствую себя нелепым постником и пустынником, вроде о. Ферапонта. :^). Моя последняя публикация в ДН здесь, там же указания на предыдущие.

Эту реплику поддерживают: Эдуард Гурвич

Спасибо, дорогой Алексей, за добрые слова. Отправил ссылку на номера журнала "Дружба народов" в Москву. Посмотрим, найдут ли. Киоски газетные ( в прошлом они назывались  "Союзпечать"), истребили в столице...

А зачем искать журналы, Эдуард? Все же общедоступно в сети. 

Знаете, я так и не приучил себя к чтению книг в интернете, Алексей. Вроде и практично, и можно даже отпечатать. Но вот нравятся мне в книжке, в журнале закладки,  я люблю по ходу чтения отчеркнуть что-то... Может вдруг пригодиться... Так всю жизнь я читал.. Я ж  выбираю, что читать. Вот беседы с литератором Прашкевичем Ваши о красоте, о пошлости, о правде... это всё хорошо иметь, протянуть руку, открыть, даже уже когда прилёг на подушку... Странность моя, не более... А сейчас, чтобы добавить сюда выдержку, которую Вы привели из Паскаля о вечности(  ну, вспомнил к месту), мне надо идти в  интернет и искать:). Схожу, конечно и добавлю сейчас  ниже  как P/S

 "«Когда я размышляю о мимолетности моего су­ществования, погруженного в вечность, которая была до меня и пребудет после, о ничтожности пространства, не только занимаемого, но и видимого мною, растворенного в безмерной бесконечности пространств, мне неведомых и не ведающих обо мне, я трепещу от страха и недо­уменно вопрошаю себя: почему я здесь, а не там, — потому что нет причины мне быть здесь, а не там, нет причины быть сейчас, а не потом или прежде. Кто определил мою судьбу? Чей приказ, чей промысел предназначил мне это время и место? Меня ужасает вечное безмолвие этих бесконеч­ных пространств!»

Подхрюкну, Сергей, с этим простым человеческим спасибо Аркадию:). Он ведь сам пишет. И найти время для прочтения, и захотеть задать вопросы, и осмыслить мои ответы так, чтобы всё это выставить под  заголовком "Р.Г..Внутренняя сторона времени" - это надо быть  щедрым. А заголовок с явно философским подтекстом. Хорошо ведь, правда - внутренняя сторона времени! Ловко он выворачивает к размышлениям и попыткам понять - что это такое... Извините, опять  тащу к теме заголовка.:).

Эту реплику поддерживают: Сергей Мурашов, Елена Проколова

После отзыва Аркадия я бы сама с удовольствием прочитала Вашу книгу.

Меня больше всего за живое задели слова: "Я умирал. Но выжил, и за это время написал свою лучшую книгу".

Сижу теперь и думаю - может ли творчество стать дорогой к жизни?

Эту реплику поддерживают: Сергей Мурашов

Конечно: человеку очень важно ощущать свою нужность, а творчество - как раз об этом.

Эту реплику поддерживают: Эдуард Гурвич

Елена, спасибо, конечно, в первую очередь, Аркадию, который так хорошо вывел  в нашей беседе с ним Вас к этому Вашему вопросу. Не знаю ответа. Но, если честно, я ехал сегодня утром в поезде и подумал о другом: а вот если бы меня спросили те же три-четыре года назад: вот тебе прежняя здоровая жизнь, но  такой книжки ты не напишешь, что  бы ты выбрал. Не задумываясь говорю: выбрал бы именно вот  то, что случилось. Ничего  интереснее, чем сочинительство в моей жизни я не знал и не знаю. Писать хорошо - это невероятно трудно. Невероятно. Ведь нет никакой гарантии, что получится....

Эту реплику поддерживают: Сергей Мурашов, Анна Квиринг

ООо! Как я хорошо понимаю, о чем Вы! Знаете, я прочитала это сообщение и чуть не заплакала! 

То есть написание этой книжки и Ваш трагический опыт находятся в прямой взаимосвязи? Это очень важно и даже прекрасно.

Прекрасно - видеть прекрасное в страшном. Еще прекраснее - иметь смелость об этом рассказать, чтобы увидели и остальные. 

Просто (а это уже из личного трагического опыта) принять тяжелую болезнь, кому или травму ой как не просто.

Скажите, а как Вы пишите? Просто садитесь и пишите? Вы не конструируете слова в красивые предложения? Оно же же приходит само, правильно?

"Скажите, а как Вы пишите? Просто садитесь и пишите? Вы не конструируете слова в красивые предложения? Оно же же приходит само, правильно?".

Вот  опять вопрос, Елена, на который я не знаю ответа. Оглядываясь, скажу одно - это ужас, это отчаяние, это поиски днём и ночью, это такие сомнения, о которых Вам скажет всякий серьёзный сочинитель. Всё расхожее, всё легко сложившееся, всё, как правило, мусор. Ни одному быстро сложившемуся красивому предложению я не верю. Если слово прям вот так село на перо  и вывалилось на бумагу, значит чушь. Значит надо искать что-то другое. И вот когда ты  уже окончательно утвердился, что ничего не можешь, вот тогда бац... и  что-то начинает складываться Словом, ничего не понятно, правда? Добавлю ещё - если рядом с вами правильный человек, такое можно выдержать. Мне безумно повезло с той, которой я посвятил книжку...

Эту реплику поддерживают: Сергей Мурашов, Елена Проколова

"может ли творчество стать дорогой к жизни?

 "может ли творчество стать дорогой к жизни?" - Вот этот Ваш вопрос, дорогая Елена, я слегка переиначу: "а может ли жизнь во всей её сложности, трагичности, непредсказуемости  стать дорогой к Творчеству? Ведь никто не застрахован от несчастных случаев, от тюрьмы, от болезни и прочее? Верно? Человек попал в переделку и...  ещё сидит в ней, или только-только выбравшись из неё, полагает, что должен, хочет, имеет право написать роман, поэму, песню, оформить это в книгу и издать... Так вот,  я думаю,  случившееся  с человеком  редко когда может стать дорогой к Творчеству. А если он думает иначе - пускай почитает, что на этот счёт говорит мой герой Марк Берковский и его alter ego. В "Романе Графомана" много и об этом. Затронул я эту тему исключительно потому, что хочу возразить Аркадию ( у нас нередко возникают разные взгляды и он не удивится), призвавшему  говорить  о мужестве автора "Романа Графомана", как бы выставив на второй план разговор о самом романе... Категорически возражаю.... Вспоминаю, как в конце 80-х  в Лондоне появилась в эмиграции бывшая узница советской тюрьмы. Диссидентка. Со стихами. Плохими стихами. Но как-то так получилось, что все мы говорили именно о её судьбе и как бы извиняли плохие стихи. Ошибка. Огромная ошибка... Вообще, Елена, думаю, это одна из важных тем в этом посте Аркадия -  о  связях Жизни и Творчества. И Вы верно чувствуете важность обсуждения именно этой темы.

Эту реплику поддерживают: Anna Bistroff, Елена Проколова

Это мое сообщение совсем не по теме поста.

У меня есть знакомый с тяжелой стадией ДЦП. Он не ходит, не может двигать руками, не может говорить. Он заключен в своем теле. 

Подвижен у него только большой палец левой ноги. И им на компьютере он пишет стихи. Живет он только за счет этого. Я считаю, что творчество дает ему жизнь.

Почему не по теме? Как раз по теме, Елена. Надо же нам  всё-таки разобраться, что даёт жизнь - желание сочинять, способность думать, осознание цели жизни и попытки самовыражения с помощью прозы, стиха, кисти, музыкального инструмента, воля не замыкаться на том, что с тобой случилось... ? Но что из этого можно назвать творчеством? Вопрос в случае, который Вы, Елена, описываете, был бы жестокий. Если автор стихов не терзается  этим, ему надо говорить - да, твои стихи акт творчества.Я уверен, вашего знакомого надо поддерживать, надо восхищаться его попытками писать стихи. И даже опубликовать их для него. С героем "Романа  Графомана"  Марком Берковским всё иначе.  Да, он  думал, что творил, верил в это и потому опубликовал 20 книг. Но акт творчества начался с момента, когда он  с помощью его друга Макса Колтуна понял - первая книга ужасна, и всё остальные тоже, и всего остального надо стыдиться, а не  публиковать...  Сочинение, я думаю, может давать жизнь. Издание сочинений может радовать автора, даже давать ему жизнь, продлевать её. Но  эти сочинения не становятся актом творчества.  Это другое.

Что-то Вы совсем уж бедного Берковского замордовали, Эдуард. И даже шанса ему не оставили...

А поповоду реминисценций в произведении хотела бы посоветоваться - напишу тогда на почту.

Да нет, Анна, я его не замордовал, а наоборот, возвышаю: написать двадцать книг, рассказать о некоторых из них в главах и дать осознать, что все плохие и  сделать содержанием "Романа Графомана" - это значит памятник поставить Берковскому:). Кто из пишущих  и издающихся способен на такое? В понедельник на презентации в Лондонском Сити я завёл речь об этом. В присутствии трёх английских писателей, актрисы и прочей серьёзной английской публики. Но они требуют перевода романа. Я даже не обещал...:))

Эту реплику поддерживают: Анна Квиринг

написать двадцать книг, рассказать о некоторых из них в главах и дать осознать, что все плохие и сделать содержанием "Романа Графомана" - это значит памятник поставить Берковскому:).

Хороший пассаж, Эдвард. Пафосный. Один вопрос: дать осознать кому? Себе самому? Читательской аудитории? Вашему alter ego? И зачем? Зачем этот памятник покойному Берковскому? Как ему, хотя бы посмертно (может, дальше будет, я всего на 2/3 прочла), обрести смысл своей писательской жизни? Стоя у края своей могилы иметь дерзость и мужество признать себя плохим писателем (а так хотелось, так хотелось стать прекрасным!) и сойти вниз?.. 

я всего на 2/3 прочла),

Я и мечтать не смел, дорогая Анна, что "Роман Графомана" найдёт такого дотошного читателя в Вашем лице, что бросится защищать от автора Марка Берковского:). Умница! Всё верно. Только дочитав до конца, наверое, будет ясно, что на самом деле Марк  пишет гениально именно эту свою последнюю книгу. Он разделался в ней с собой и тем самым посмертно встал в ряд классиков:).

написать двадцать книг, рассказать о некоторых из них в главах и дать осознать, что все плохие

О воронах, графоманах и критиках

"- Вот птица, - сказал господин Бриль, - которая поможет мне исполнить мой долг. Вы знаете эту птицу, господин Миньо, она считается философом среди пернатых. Ворона счастлива, потому что покорна своей доле. Нет птицы более веселой и сытой, чем ворона с ее насмешливым взглядом и походкой вприпрыжку. Поля дают ей все, что она пожелает. Никогда она не горюет о том, что оперение у нее не так красиво, как у иволги. Вы слышали, господин Миньо, каким голосом одарила ее природа? И вы думаете, соловей счастливее?

Давид встал. Ворона хрипло каркнула за окном.

- Благодарю вас, господин Бриль, - медленно произнес он. - Значит, среди всего этого вороньего карканья не прозвучало ни единой соловьиной ноты?"

Эту реплику поддерживают: Anna Bistroff, Эдуард Гурвич

Не удержалась - прочла весь рассказ О.Генри, Анечка.... прям захватило. Ещё подумаю над этим, спасибо за наводку!

Эту реплику поддерживают: Анна Квиринг

Да, и тут поищите реминисценцию, Анна:):  О.Генри стянул  сюжет у Стивенсона, кажется...

стянул сюжет у Стивенсона

Ну не то чтобы стянул...))

"...вся вещь, говоря прямо, списана с «Двери сира Де Малетруа» Роберта Луиса Стивенсона. Но это талантливый плагиат, поскольку сюжет Стивенсона в «Дорогах судьбы» усложняется втрое. Когда стивенсоновская тема, использованная О. Генри для вариаций, впервые была напечатана, она называлась «Мышеловка сира Де Малетруа». В замечательном письме о собственном романе, который так и не был написан, а также в нескольких рассказах О. Генри сравнивает человеческое существование с мышеловкой."

Эту реплику поддерживают: Эдуард Гурвич

...на самом деле Марк пишет гениально именно эту свою последнюю книгу. Он разделался в ней с собой и тем самым посмертно встал в ряд классиков:).

- Прочитав это, я подумала, что если задача автора - "разделаться с собой", то лучше всего это удалось, пожалуй, Гоголю: он "разделался" не только "с собой", но и со своей книгой, вторым томом "Мёртвых душ"... и мы теперь не можем узнать, что же там было; а может быть, это был бы прорыв, новое направление русской литературы? - но не случилось... и русская литература до сих пор выходит из "гоголевской шинели", и никак не может выйти, так в ней и ходит, хоть и пообносилась...

Потом я вспомнила другого автора-персонажа, который тоже сжег рукопись, - героя рассказа О.Генри "Дороги судьбы". И подумала, что уже во времена О.Генри нельзя было быть "просто-так-романтиком": ложку романтического [верескового] мёда нужно непременно разбавить бочкой дёгтя: показать, что судьба неотвратима, поэт и романтик (или, шире, поэзия и романтизм) обречены на гибель, пусть и романтическую и театральную; но, в отличие от театра, в современной литературе убиенный поэт не сможет встать и раскланяться под аплодисменты после окончания представления. Так и Романтика-Графомана нужно непременно уравновесить Скептиком-Критиком...

Заблудившись в аллюзиях, сперва решила оставить от всего этого только "притчу о насмешливой Вороне" - цитату из рассказа)). Она хороша и сама по себе, без моих трактовок)). А теперь подумала: может быть, и трактовки тоже заслуживают внимания...

Эту реплику поддерживают: Эдуард Гурвич

может быть, и трактовки тоже заслуживают внимания...

Именно так.  Трактовки в первую очередь   и  заслуживают внимания.  Уморить себя голодом - понятно. Пустить себе пулю в лоб - тоже. Но перед тем сжечь рукопись - это не по-графомански:).  Так что можно сказать, Марк Берковский оказался изощрённей своих великих литературных предшественников. Описав собственную смерть, он   вознесся к небушку без попыток уничтожить  "Роман Графомана"... Впрочем, если по правде, я всё же предпочту  трактовкам... притчу о насмешливой Вороне;)) Она восхитительна. Не могу теперь пройти мимо дуба того во дворе, чтоб не поискать глазами собеседницу Марка Берковского.

Ну, и под конец завистливое замечание. Удаётся же Вам, дорогая Анна,блуждая в аллюзиях, выбираться на такие сюжеты. Ведь по профессии Вы. кажется, не литературовед, не критик, и даже не писатель:) Однако...

Эту реплику поддерживают: Анна Квиринг

В один миг  Вы меня этой цитатой про  ворону оторвали от подушки:). Никак не мог понять поначалу, откуда. Мало того, что невежда,мало чего читал, так ещё ни черта не помню. Но  как же хорошо про ворону. Вот чайки меня  раздражают. А вороны  именно что  веселят и вызывают любопытство. А уж про "насмешливый взгляд", дорогая Анна, в эпизоде с Марком Берковским - просто в точку. Спасибо. Забавно!

Эту реплику поддерживают: Анна Квиринг

Никак не мог понять поначалу, откуда

Вот что значит прятать ссылки за текстом, а не писать прямо(( мне красота, а людям мучение.

Прозорливо, однако:). Тут на этот самый мой бук-лонч:) в минувший понедельник пожаловала  Sara Wheeler, (по ссылке же   единственная из британских писателей, побывавшая в Арктике и Антарктике). В июле у неё выходит новая книга, в которой она рассказывает, как я её просвещал перед поездкой в Россию. Так она  на презентации выступила  с  уморительным  рассказом, что я, якобы, советовал ей, абсолютно не еврейке -  не называться Сарой при знакомстве, снять кольца на всякий случай, быть осмотрительной, осторожной... О себе говорил, что прожил в России полвека, что был женат пять или шесть раз, не помню... Она принимала тогда всё всерьёз. И только теперь спросила: "Так Вы что, всё врали?" И я сказал - да:).

Эту реплику поддерживают: Анна Квиринг

Забавно, что только сейчас прочитал до конца, дорогая Анна, вот этот Ваш вчерашний  комментарий: "Радоваться за автора (он успел, и у него получилось!), и за его читателей: ручаюсь, обо многих вещах вы там прочете впервые - вот чтоб так открыто и честно.". За такое надо прежде всего сказать спасибо и по крайней мере не думать, что он ... преждевременный:). В самом деле, спасибо, Анна. Я сегодня только отхожу от прошедшей презентации. Ну и заново проглядывая  ленту, увидел, что Вы намерены были написать в почту мне по поводу реминисценций. Я ничего не пропустил? Во всяком случае, жду. Спасибо ещё раз, что продолжаете двигаться к концу романа:) Боюсь спугнуть...:)

Ответила личным письмом.

Надежда, глубокой ночью  я увидел Вашу поддержку поста, который по ошибке загнали под замок. И благодаря Вам нашёл его, нажав красную кнопку. Спасибо. Не спится нам в нашем возрасте:). но мы не сдаёмся. Надеюсь, книжка найдёт Вас:).

Эту реплику поддерживают: Надежда Рогожина

 Дорогой Эдуард, сердечно поздравляю с выходом книги, да еще такой замечательной, если судить по отзыву Аркадия!

Эту реплику поддерживают: Сергей Мурашов, Елена Проколова

Дорогой Михаил, спасибо. Аркадий безмерно внимателен ко мне. И, конечно, такой широкий!. Что  есть ценнее времени  у нас, пишущих? А он и прочитал, и отозвался. Да как! Да при том, что мы с ним держимся разных взглядов на что-то. Удивительно. Ещё раз спасибо.

Эту реплику поддерживают: Михаил Эпштейн

Дорогой Михаил! Спасибо, что отреагировали на этот пост про книгу Эдуарда. Книга и впрямь хороша. Но важно еще то мужество, как мы сейчас знаем, с которым она писалась. Только по-настоящему сильный человек способен на такое, и я искренне поздравляю автора с этой победой! Надеюсь, ко мне присоединятся остальные.

Дорогой Аркадий, признаюсь, ты опередил меня своим постом). Ну да ладно, у тебя есть оправдание: ты уже всю книгу прочитал, а я только половину. 

О том, что книга пишется, я узнала  года четыре назад. А про то, что мой  друг очень тяжело болен - два с половиной (теперь уже можно сказать, раз он сам не скрывает). И началась эта борьба! С болезнью и за книгу. Как же я ее ждала!

Это не совсем обычная эссеистика, не совсем обычные мемуары, и уж точно не "графоманский" роман. Есть такое понятие: в книгу нужно вчитаться... ну, чтоб затянуло. Этой нужной отдаться. Чтобы понять... понять и поверить. 

Нас с Эдвардом многое связывает - на грани мистики. Волею судеб мы родились в одном маленьком  городке на Украине (это ж надо!). Эд принадлежит к поколению моих родителей: теперь, после его книги, я лучше их понимаю... особенно, отца. А в начале 70-х мы переехали в Москву. 

Дальше: моя старшая дочь живет в Новолесном переулке в Москве, и я много раз ходила мимо двенадцатиэтажки на Лесной, кооперативного дома, в котором когда-то жил Эдуард. Продав свою квартиру на Соколе, даже хотела снять там - поближе к дочери, но... маловато королевство оказалось!  

Сначала мы с Эдом несколько лет общались на Снобе - обменивались мнениями в дискуссиях, переписывались... а в одном из моих приездов в Лондон познакомились в реале. И сразу, вот сразу почувствовали друг в друге друзей! Так бывает)...

Хочу обратиться к его оппонентам и противникам: да, Эд человек резковатый, прямой и даже безжалостный (а то и бестактный - буду безжалостна и я!). Но не щадит ни себя, ни других. И знаете что? Пусть он, зачастую, перегибает палку, но в двух третях случаев  бывает прав - это я про тексты. В этом мы с ним разнимся: я ужасно люблю хвалить, а мимо того, что мне не нравится, просто прохожу мимо. А Эд не может удержаться от критики, порой - язвительной. ИМХО, его жизненный и литературный  опыт в какой-то степени оправдывает его.

Возвращаясь к книге. Понравилась сразу. Чем? Слогом. Как сказала моя старшая дочь, отучившись на литфаке МГУ, "с хорошим слогом можно даже ж/д расписание читать". Эд В ответном письме озадачился, я же его успокоила: на самом деле, это - громадный комплимент.

Книжка очень личная... временами автор снимает с себя почти всё. Но каким-то странным образом очень многие даже личные ситуации из нее можно экстраполировать на свои собственные - и найти ответы!

Да, она не для всех... хотя совсем недавно кто-то из прижизненных классиков сказал: "А культура вообще не массовое явление". Я не готова сейчас давать полноценную рецензию (говорю же, пока  только на середине), но уже чувствую: закрыв последнюю страницу, я буду грустить. Грустить от мысли, как многого в жизни уже не будет. И радоваться! Радоваться за автора (он успел, и у него получилось!), и за его читателей: ручаюсь, обо многих вещах вы там прочете впервые - вот чтоб так открыто и честно.   

Эту реплику поддерживают: Эдуард Гурвич, Сергей Мурашов, Анна Квиринг

"закрыв последнюю страницу, я буду грустить."

Именно это происходит со мной, автором "Романа Графомана", когда я добираюсь... до  самой последней строки  13-й главы. Так и не отошёл от сочинения. Сжился с персонажами, похоже, навсегда:). Спасибо Вам, дорогая Анна,  за добрые слова.Ну, и отдельно про мою безжалостность. Знаете, литература - это серьёзное дело. И когда ею  начинают заниматься инженеры, трубоукладчики, библиотекари, когда вдруг начинают писать бизнесмены, юристы, психотерапевты, когда  хватаются  за перо, а не за стамеску, рубанок, пилку ( что ещё там в таком  роде есть)  попавшие в жизненную переделку, я ничего не имею против... Но когда вся эта публика выходит со своими творениями  в свет, когда издаёт, печатает это своё добро - да, я становлюсь безжалостным. Ну, читайте книги, ходите в церковь, молитесь, думайте о добре и зле... общайтесь,  пишите, чёрт побери. Но зачем публиковать вздор, банальности,то, что у всех и без того на языке?...

Это у меня началось со времён Революции:)), когда в литературу, журналистику попёрли десятки тысяч рабоче-крестьянских корреспондентов, призванных Лениным:). Давно живу. Беда:)). Отвечу перед Всевышним за свою нетерпимость. И все обиженные мною графоманы будут счастливы.:) Спасибо ещё раз. И простите меня.

"Нас с Эдвардом многое связывает ... мы родились в одном маленьком городке на Украине (это ж надо!

Точно всё. Только маленькая поправка, если можно. Я родился в Москве. А вот моя мать, как и Вы, дорогая Анна   - в Умани...  Но слава Богу, не в Астане))... Каково им теперь астанцам:)? Где родился норсултанец ? - В Нор-Султане? А впрочем, как сказано бесценной нашей Анной Квиринг в её личке: - Где, где? -  В Караганде:))).

Эту реплику поддерживают: Анна Квиринг

Дорогой Эдуард, не "астанцам", а "астанинцам" :) Ну, им не привыкать: были и акмолинцами, и целиноградцами, теперь вот будут нурсултанцами. А кому сейчас легко? Вот санктпетербургцам (или санктпетербуржцам?) разве легче? А ньюйоркцам? :)

Эту реплику поддерживают: Эдуард Гурвич

легче всего крымцам:). Но это не по нашей с Вами части, дорогая Анна. Тут веское слово скажет  Сергей Мурашов со своей картой:).

Крымцы тоже на самом деле крымчане.

Помню, когда появились всякие конкурсы типа "мисс Чего-то", была такая шуточка: в городе Кривой Рог конкурс "Мисс Криворожица" решили не проводить.

Ну, можно было  изменить название града... Назвать, скажем, Кривоград по аналогу  - Сталинград -  Волгоград... ( про  Петроград сегодня лучше не говорить, ибо найдутся запутинцы  с  милой идеей Вовоград). А ведь целых 17 лет Пермь, кажется, называлась Молотов . Молотовцы - понятно, молотовец - тоже, а как женский род - молотовка, молотовки:))?

Только маленькая поправка

Ооо, точно! Мы с Вами уже столько раз обсуждали всё это, что я маленько подзапуталась.  А так... продолжаю читать и нахожу пассажи, как будто адресованные лично мне(!). Это  меня(!) Вы в личной переписке этому учили, меня(!)  ругали. Или я льщу себе?

Во всяком случае, Ваши уроки писательского мастерства пошли впрок, за что я безмерно благодарна)  Всё, пошла читать "Роман..." дальше)...  

"нахожу пассажи, как будто адресованные лично мне(!)."

- аллюзии, реминисценции, не более!:) И их сеет это пишущее животное Марк Берковский со своим дружком, тоже порядочной скотиной, Максом. Пожалуйста, ничего не принимайте за правду, дорогая Анна.  Они всё врут, запутывают. Сначала брякнули что-то  помимо воли автора, а потом из рукописи пробрались, думаю, в личную переписку. И настоящий автор "Романа Графомана" тут такая же ихняя жертва, как читатели, почитатели, враги и недоброжелатели:)). Читайте и веселитесь.......

Я в каком-то смысле антипод Аркадия: я далека от того социального слоя, который описан в «Романе Графомана». Как говорит какой-то эпизодический персонаж книги: "Я в провинции таких даже не припомню. Они, наверно, ближе к столицам обитали." Роман для меня - знакомство с этой средой, обычаями, нравами, с жизнью на фоне событий в стране и мире. То есть, в прямом значении "исторический".

История отражена в "тройном зеркале-трельяже". Одна "створка" - Марк, он же "Графоман", создатель "Романа" - а значит, романтик :). Он перебирает воспоминания, как камешки: драгоценность? стекляшка? включить в мозаику или отбросить? Другая "створка" - Макс, его вечный оппонент, скептик и по отношению к будущей "мозаике", и "по жизни". А третья "створка"? - центральная - это собственно Автор, жестко фиксирующий закрытую обложку: «Светлое прошлое - самообман. Его нет.» - а какое есть? тёмное? черно-белое? серое с множеством оттенков?

Створки перекрываются, отражения дробятся, смешиваются, складываются в причудливых формах... Какое-то прошлое есть, и мы сможем его увидеть в этих отражениях, может быть, лучше, чем в свете какого-нибудь современного "прожектора перестройки", задающего единственно-верный look, инстаграмный "образ", достойный внедрения в учебники.

Эту реплику поддерживают: Эдуард Гурвич, Сергей Мурашов

"Кар-р-р-р, кар-р-р... писатель или погулять вышел?"

- правильные вороны знают толк в писателях! :)

Эту реплику поддерживают: Эдуард Гурвич

Вслед за вороной...;)

Вслед за вороной, дорогая Анна, в  минувший понедельник на презентацию моей книги, которую устроили мои друзья в Лондонском Сити, "прилетели" мои дочь и сын...Если будет видео от сына, поставлю...

Комментарий моего сына.

Только что мой сын сообщил, что закончил читать "Роман Графомана". Его отзыв  почти без правки я выставляю здесь как комментарий читателя  генерации тридцатилетних. Что, наверное, любопытно будет и автору поста Аркадию Неделю, и нам, его собеседникам... Опущу комплименты сына, которыми  очень дорожу. Сразу к делу:

"Закрыв последнюю страницу романа, я тут же кинулся читать дискуссию в Снобе вокруг публикации А. Неделя. Сразу понял - мы с Аркадием в принципе не сможем прочитать роман «одними» или "похожими" глазами. Понятно, ты - мой отец. И я вижу тебя в этом романе в первую очередь, а уже потом само содержание романа. С другой стороны, как и для Анны Квиринг, для меня этот роман как раз исторический - ведь я не жил в ту эпоху. Да,  я знаю столько подробностей твоей жизни, я общался со многими людьми из твоего круга, и у меня  сложилось своё ощущение того мира. Но интересно как раз то, что я нашёл места, которые поразительно остаются вне времени - почти слово в слово я слышал реплики Марка Берковского и других героев  в романе из того времени, но уже от своих знакомых! Потому и хохотал, когда читал, поражаясь живучести фраз, характеров, взглядов, некоторых типов людей вне зависимости от страны и времени... И всё-таки, как будут воспринимать "Роман Графомана" мои ровестники, меньше чем я, знакомые с рассказами родителей о времени, о героях, представленных в романе? Думаю,  первое, обо что многие будут спотыкаться - это мат. Мне  лично понятно, по какой причине он попадает на страницы романа: отчасти как элемент злой иронии над графоманами, выставляющими свою "нетленку"  всерьез, отчасти как протест против власти в  те времена. Без этого мата роман потерял бы много. И всё-таки, думаю, маловероятно, что сейчас такое будет без оговорок понято и принято моими современниками, читателями моей генерации. Во-первых протест-  не в моде. Ну, а во -вторых, как всегда  - из-за ханжества. Потому, наверное, я и сам об этот мат  каждый раз спотыкался, пока читал роман... Но это мелочи.  По серьёзному же скажу главное  - ты дал мне много поводов для размышлений этим своим  "Романом Графомана"! Так я и написал в своём фейсбуке, где выставил ссылку на эту твою беседу с Аркадием Неделем и вашу дискуссию в Снобе. Спасибо вам."

Дорогой Эдуард! Выдалась минута, поэтому хочу очень кратко ответить на реакцию Вашего сына, которого заочно уважаю и благодарю за этот его отзыв.

Никто из нас не может прочитать этот роман, как и любой другой, "одинаковыми" или "похожими" глазами, что хорошо. Восприятие у каждого свое. Но с чем бы я поспорил: "Графоман" - не историческое произведение, как и его автор, слава Богу, оно принадлежит сегодняшнему дню. Это роман о чувствах, переживаниях, дружбе, любви людей, которые застали одну из самых, наверное, интересных эпох - эпоху конца СССР. Это роман не об их истории, поскольку в нем много историй в смысле stories, а об уникальном человеческом сообществе и моменте времени - моменте превращения утопии снова в реальность.

Нет ничего более сложного для писателя, чем писать о своих современниках. Эдуард сделал это с элегантностью первоклассного джазового музыканта, сказал о многих и, кажется, никого особенно не обидел. Впрочем, как можно обижаться на литературное произведение?

Эту реплику поддерживают: Надежда Рогожина, Сергей Мурашов, Анна Квиринг

Впрочем, как можно обижаться на литературное произведение?

"Впрочем, как можно обижаться на литературное произведение?" - вопрос  вопросов:).Читатель должен прежде всего любить литературу, чтобы сразу не кидаться в идентификации, и того хуже, в само... Это, как Вы заметили в тексте поста, Аркадий, не так уж трудно. Сложнее ухватить замысел, ощутить внутреннюю сторону времени, Ну, а обиды - это ведь и мера чувства юмора. Можешь посмеяться над собой - значит с тобой всё в порядке, нет - ну, сутяжничай..)) Последнее однако случалось  и с великими: Диккенсом - он  воевал с журналистами, Фицджеральдом - он выяснял отношения с "Хэмом"...Впрочем это уже напрямую из "Романа Графомана". Спасибо Вам, дорогой Аркадий, за внимание и к комментарию моего сына, который буквально заметил: "ответ Аркадия действительно очень добрый и умный!!!"

Весенние каникулы у внуков закончились, они уехали, и я,наконец, смогла начать читать книгу. Я соглашусь с сыном Эдуарда. это, в первую очередь. исторический роман, хотя  я помню многие события, упомянутые в книге. Это многослойное произведение, и я ещё напишу комментарий после окончания чтения. Начало не разочаровало.

Эту реплику поддерживают: Эдуард Гурвич

Увидеть среди читателей "Романа Графомана" Вас, уважаемая Надежда, человека ближе к моей генерации, заставляет меня без промедления, не завтракая:), объясниться по поводу ненормативной лексики в романе. Сразу скажу, это не я, а мой герой Марк Берковский злоупотребляет, скажем так. Поначалу он вообще"раздухарился".  И даже втянул в это дело своего заклятого друга Макса Колтуна.Так что мне, автору,  по мере сил и не без помощи редактора:),пришлось осаживать  их.  Во всяком случае, опыт Вл. Сорокина меня настораживал и я пробовал его учесть. Тем не менее...этой лексикой мои герои не пренебрегают...

Примечательно, что претензия прозвучала из уст моего сына. И я, почти  не смущаясь, объясню свою позицию. Да, мат был формой протеста. Это понятно. Официоз надоел. И хотелось хотя бы таким образом отойти от протокола:). Одновременно, непотребная лексика нёсла ещё и доверительные функции: вот, если босс тебя огулял матом, стало быть, он  считает тебя за своего. Но дело-то в том, что мат в литературе в советские времена исключался. Даже с тремя точками  на месте букв такое вымарывалось. Когда же вышли послабления - тут графоманы ожили: чем забористей, тем свободнее, тем ближе к  высотам искусства. Так это на первых порах воспринималось... Помню эйфорию - о, надо же, цензура разрешила! Весело как! А потом быстро всё это превратилось в пошлость. Так что не судите строго. Марк Берковский проживает эту свою "матовую" жизнь во всей полноте в "Романе Графомана". Мат тут несёт вполне определённую литературную функцию.

Эту реплику поддерживают: Надежда Рогожина

Эдуард, я взрослый человек, этот регистр русского языка мне знаком, в нашем дворе такая публика жила, что меня трудно чем -нибудь удивить. Сама я никогда не ругаюсь, даже эвфемизм "блин" никогда не употребляла. Боже, неужели я это написала?! :))

Эту реплику поддерживают: Эдуард Гурвич

Ну, в этой библиотеке в Лондоне, Надежда, Вы, конечно, бывали...

Британская библиотека  выдала мне читательский билет 30 лет назад, когда я только-только приехал из СССР. Первое время это был единственный документ, который помогал мне в те времена адаптироваться в Лондоне. И я, конечно, дарю библиотеке мои книги.  В минувший вторник библиотека с благодарностью приняла мой "Роман Графомана". Русский каталогизатор попросила автограф для читателей Британской библиотеки.

Эту реплику поддерживают: Надежда Рогожина, Анна Квиринг

Да бывать в Британской библиотеке для меня немыслимое удовольствие. Я же  застал время, когда она располагалась в одном здании с Британским музеем. Знаменитый круглый зал. Там, кстати, писал свой "Капитал" Маркс, сиживал и наш Ильич... Ну, и я тоже:). С Холборна  библиотека переехала в новое здание около Кингс-Кросс. Удивительное сооружение! Так ловко архитекторы вписали его рядом с историческими зданиями. Говорят, ЮНЕСКО взяло комплекс под свою охрану. Невозможно представить себе, что записаться в эту библиотеку не  составляет особого труда. Всё бесплатно, всё доступно, уютно, стабильно, чисто. За одну Британскую библиотеку с её фондами можно влюбиться в Лондон навсегда. Ну, возможно,  это всё Вы и прочитали на моей морде, дорогой Аркадий, когда увидели фотографию:).Спасибо.

Эту реплику поддерживают: Анна Квиринг

Там, кстати, писал свой "Капитал" Маркс, сиживал и наш Ильич...

- вот откуда всё зло, оказывается))

Хотя, правда, неизвестно, что написали бы эти авторы в менее комфортных условиях...

Думаю, они писали бы также, потому что  думали всегда и везде одинаково.Тот же Ильич, уже сидя в Кремле,  в 1922 -м году писал буквально: "Чем больше удастся нам по этому поводу расстрелять, тем лучше". Повод же - "провести изъятие церковных ценностей". Немыслимый цинизм изложен просто: "если необходимо для осуществления известной политической цели пойти на ряд жестокостей, то надо осуществлять их  самым энергичным образом и в самый краткий срок, ибо длительное применение жестокостей народные массы не вынесут... Сейчас победа над реакционным духовенством обеспечена нам полностью... Мы, именно в данный момент, именно в связи с голодом, проведём с максимальной быстротой и  с беспощадностью подавление реакционного духовенства.." Какой слог, какая динамика, сколько страсти и веры в правое дело... А ведь род спицифической графомании, не более...:)

Эдуард, я  шоке, я уже заканчивала перепечатывать свой комментарий. решила сначала написать текст от руки, как вдруг компьютер начал перезагружаться. Текст пропал. Я понимаю, что дорого яичко к Христову дню, но...

Последняя строчка, которую я не успела напечатать .

"В целом,как говаривала одна из моих школьных учительниц, Ставлю тебе оценку цифру 5."

Надежда, сегодня День Благодарения! Огромное спасибо Вам за то, что Вы попробовали написать комментарий. Основные мысли Вы сохранили в памяти. И спокойно, в какой-то момент они улягутся, надеюсь, в Ваш комментарий.

Не огорчайтесь. С компьютерами такое и у меня случается. Нашему поколению  очень трудно овладеть всеми этими. Но я пробую страховаться...

Очень жду отзыв - ведь учительница  поставила  оценку цифру 5 - за комментарий Вам:)?

Нет, я просто воспользовалась её репликой в Ваш адрес.

Сегодня Благовещение.

О, опять спасибо Вам. И за деликатную поправку Благовещение.

Я попыталась начать перепечатывать кусками, но опять текст исчез.Компьютер глючит. Извините, я очень расстоена. I am not technically-minded very much.

Ещё раз, дорогая Надежда, пожалуйста, переключитесь и не расстраивайтесь. Я вполне серьёзно. Я настаиваю, на этот момент, пожалуйста, ничего не пишите тут из того, что у Вас есть на бумаге. Или, как совет, пишите в имэйле, затемните ( копи) и потом перенесите  сюда в комментарий ( пэйст)... Но я тоже технически абсолютно беспомощный. Сейчас просто отдохните и попейте чаю. Давайте до упору жить весело:). Спасибо Вам огромное ещё раз.

Эту реплику поддерживают: Надежда Рогожина

Автор проделал колоссальную работу, перелопатив массу информации и проявив недюжинную эрудицию. О некоторых вещах я никогда не слышала, так что книга очень полезна в познавательном плане.

В самом деле, для меня этот отзыв Ваш - благая весть! Вы сумели так прочитать мой  "Роман Графомана", уважаемая Надежда, что я и не надеялся:). Простите за невольную  тавтологию, которую я использую тут сознательно. Вполне очевидно, что мне повезло. Вы увидели то, что скрыто. Вчера я написал сыну по вотсапу, что к  моей библиотеке, которую я ему отправил три года назад из Лондона в Гёттинген, приготовившись попрощаться, ему надо будет забрать то, что осталось, с чем я не хочу расставаться до последнего дня. А ведь моя библиотека - ключ к понимаю, что проделывает с читателем этот сукин сын Марк Берковский:). Спасибо Вам ещё раз. Берегите себя, или побеспокойтесь о себе (так говорят англичане:)?.

Эту реплику поддерживают: Надежда Рогожина

Дорогой Эдуард!

А будет ли Ваша книжка доступна в электронном виде? На каком из ресурсов? (Если нет - я, конечно, и печатную версию добуду и прочту, но вдруг?)

Дорогой Дмитрий! Заполучить такого читателя, как  Вы, было бы для меня несомненной удачей. "Роман Графомана" содержит почти 500 страниц. И я  не уверен, что всё будет в этом самом электронном виде:). Как только Вы будете в Москве, я дам Вам в личной почте телефон издателя. И попрошу его продать Вам экземпляр. Это будет дешевле, чем в "лабиринте" и "озоне"... Там это можно купить, кажется.

Спасибо, конечно. Но в Москве я бываю редко. Найду в Петербурге.

Эту реплику поддерживают: Эдуард Гурвич

Дайте знать, пожалуйста, если будут проблемы. Спасибо Вам. Надеюсь, что не разочарую "Романом Графомана". Если случится такое, обязуюсь вернуть  расходы за книгу. Они, кажется, немалые:).

В романе  показан жизненный путь главного героя Марка Берковского и его alter ego Макса. Конечно же, автор пишет о себе, благо жизненный опыт, знание многих реалий и в "той стране", и в Англии позволяют. Такое путешествие      во времени и пространстве. Travel story. Тем, кто жил в то время в СССР, будут понятны описания событий, мест, лиц, некоторые из них узнаваемы, а некоторые дадут возможность поразмышлять, "поломать голову", так сказать, что делает книгу более привлекательной для людей, озабоченных профилактикой болезни Альцгеймера(!). Использование обсценной лексики не мешает.Автор - взрослый человек, выросший в такой среде, где мат был в ходу, вполне естественно, что герой обращается к нему, описывая свои впечатления, особенно рассказывая о своих взаимоотношениях с женщинами. " Женская половина" романа довольно плотно заселена, и я не уверена, что запомнила всех подружек. Хорошо, что в конце жизни герой встретил, наконец, достойную женщину, которая стала его настоящей музой и поддержала его в трудных жизненных обстоятельствах.Думаю, что могу порекомендовать эту книгу своим друзьям и знакомым.              

Отчасти это постмодернистский роман "американского" толка, но и очень русский во многих своих аспектах.

Эту реплику поддерживают: Надежда Рогожина

Осталось разобраться нам с Надеждой в концепции  постмодернистского романа "американского" толка, а мне дополнительно  осмыслить в нём "русский крен". Я нашей ночью из Шанхая  получил  от сына сообщение, что где-то на ю-тьбе он выставил видео-фильм о бук-лонч "Романа Графомана". Там есть на английском языке какие-то прочувственные слова в мой адрес английского писателя:)) Готовлю для публикации на Снобе  отдельный пост с текстом об этой презентации. Ну, а так-то, спасибо большое, дорогой Аркадий, за внимание к моей книжке. Переключайтесь сюда, поищем правду жизни во всей её прелести и мерзости тут:))).

Эту реплику поддерживают: Аркадий Недель

Пока не могу, дорогой Эдуард, поклонники не отпускают))

А что такое американский постмодернистский роман, посмотрите мой пост про Трампа.

Эту реплику поддерживают: Эдуард Гурвич

Вчера я прочитал лишь несколько  Ваших строк о "Романе Графомана", уважаемая Надежда. Но каких! Вы,как я понял, плохо спали, и всё-таки, преодолев технические трудности, к сегодняшнему утру в  новом комментарии выставили  полный текст Вашего отзыва. Да, Вы правы,Марк Берковский, главный персонаж, пишет роман о своей жизни Графомана. Но он столько наврал, так нафантазировал, так всё перемешал, что было бы большой натяжкой, а проще сказать, неправдой, утверждать, что  истинный автор романа пишет о себе. Это касается, прежде всего, его "творческого пути". Ведь настоящий автор не написал  столько книг, сколько графоман Марк Берковский - к счастью:); у него не было столько  возлюбленных, сколько у Марка Берковского - к сожалению:); он ещё живой, ну, и так далее... Впрочем, дело читателя со своим жизненным опытом, в своём возрасте. со своими взглядами, своим  восприятием художественной прозы, принимать всякий литературный факт  так, как он этого хочет... Что отчасти и произошло в данном случае.  Спасибо Вам за добрые слова, Надежда. Для меня это важно. Авторы почти всегда врут, что критика их не интересует и не трогает:).

Эту реплику поддерживают: Надежда Рогожина