Все записи
20:52  /  23.09.19

1028просмотров

Алхимия. От индийской тантры до «вывихнутого плеча»

+T -
Поделиться:

Алхимические опыты в разных культурах мира проводились с очень давних пор. Часто поиски «философского камня» (lapis philosophorum)  – таинственного пятого элемента, с помощью которого можно превращать металлы в золото, – оказывались одновременно и поисками эликсира жизни, средства от старения организма. Человеку свойственно сражаться со смертью, и даже не столько ради личного бессмертия, сколько из желания увидеть свою победу над самым неизбежным фактом жизни. В индийском алхимическом трактате «Расарнава» рассказывается о некоторых йогических техниках, в частности дехаведдха, наделяющих человека способностью летать. Во многих тантрических сочинениях, таких, например, как «Йогинихридая», наряду со всякого рода описаниями магических и сексуальных ритуалов, подлинной структуры мира и проч., говорится о том, как обрести власть над телом и овладеть техниками транссубстанциализации.

В трактате «Расасиддханта» дается инструктаж по освобождению жизненного духа, дживы, который скорее является заложником телесной оболочки. В «Расарнаве» и других секретных тантрах описываются техники визуализации скрытых сил организма, вернее – скрытых за биологическими (материальными) механизмами. Открытие этих сил, что обозначается санскритским словом расаяна, встречающееся также в трактатах по аюрведе, дает человеку не только способность менять жизнь внутри себя, но и изменять реальность вокруг. Не случайно шумеро-аккадская традиция (древняя Месопотамия), оказавшая заметное влияние на индоевропейские, в частности хеттские, представления о человеке и космосе, установила прочную связь между микро- и макромиром. Человек не заброшен в мир оторванным листком, а является проекцией космического порядка, где все отображено одно в другом и взаимозависимо.

Image associée

Древнее символическое изображение связи макро- и микромира

Отсюда одна из самых фундаментальных практик человеческого существования – жертвоприношение. Известный гимн Ригведы (Х. 90) рассказывает о жертвоприношении богами Пуруши, первочеловека, из частей тела которого появился мир. В старом Китае в Храме земли, где выращивали зерна для жертвоприношений, император и его приближенные молились об урожае. Император становился за плуг, покрашенный в желтый цвет, за ним шли принцы и сановники, которые держались за плуг красного цвета. Император делал три борозды, затем бороздили принцы и сановники, а в конце ритуала все совершали коленопреклонение, после чего земледельцы заканчивали вспашку. В древнем Вавилоне в храмах богини Инанны и Нинисины, богиня медицины, здоровья, существовало что-то вроде капеллы, которая называлась «нигар» (от шумерского слова nigin.gar) и которая древними шумерами ассоциировалась с женским лоно. Вероятно, в этом месте могли храниться мертворожденные дети и выкидыши, эмбрионы (kūbu), которым было суждено отправиться в подземный мир. Богу рождения Папнигингару (pap-nigìn.gar.ra), тоже имевшему свой алтарь, шумеры приносили жертвы ради благополучного рождения ребенка, как и много позже, в эпоху императорского Рима, принесением жертв богине Юноне, чей лик часто изображался на монетах, женщины просили о помощи в момент родов.

Résultat de recherche d'images pour "sacrifice of purusha"

Жертвоприношение Пуруши (карта соответствия его частей тела природным объектам и явлениям)

В мировых культурах жертвоприношение – кратчайший путь, «шорткат» между божественным и человеческим, космическим и земным миром, это еще и своего рода «тантрическая» визуализация бессмертного порядка, когда силы, обладающие властью над миром, присутствуют вместе с нами, когда вечное вдруг оказывается во временном. Так, средневековое искусство изображало младенца Иисуса, гомункула, с идеальным телом потому, что сын Божий не живет в человеческом времени. Родившись, он уже обладает тантрическим телом, а его кормление грудью, столь знакомый сюжет в Средневековье, показывает не столько младенца, нуждающегося в материнском молоке, сколько саму сакральную связь телесного и трансцендентного. В эпоху Ренессанса, когда, не без влияния еврейской Каббалы, изучением которой занимались лучшие мыслители и писатели эпохи, как Фичино и Шекспир, алхимические поиски магистериума – препарата для облагораживания металлов – станут более «материальными», младенец Иисус отчасти обретет человеческие черты, не утратив при этом связи с трансцендентным.

Смерть, как и страх, являются иллюзией сознания, не достигшего высших форм. Общество – тоже во многом форма сознания, но оно нуждается в постоянной доработке и подпитке со стороны его членов. Мы живем в эпоху, когда стремление к трансцендентному в значительной степени ослабло по сравнению с прошлыми веками. Если раньше тантрические практики и алхимия изучались для достижения индивидуального здоровья и бессмертия, то сегодня такая задача не стоит. Сегодня мы живем для получения удовольствия, и если мы готовы идти на какие-то жертвы, то в первую очередь ради удовольствия здесь и сейчас. В этом в принципе нет ничего предосудительного, и упрекать современного человека за его «утилитарные цели» столь же бессмысленно, как упрекать грека эпохи Платона за плотскую любовь к юношам.

Вопрос в другом: каковы формы современной алхимии? Они радикально отличаются от старых. Сегодня поиски магистериума переместились в общественную сферу. Нынешние тантрические практики, по крайней мере для подавляющего большинства, имеют место в res publica, что показали события «Московских дел» с освобождением Ивана Голунова и Павла Устинова. Часть нашего общества, не обращаясь к богам, не принося им жертвы и даже, в отличие от французского эзотерика Николя Фламеля, не имея на руках философского камня, вышла на улицу. Кто-то записал флэшмобы, высказался в медийном пространстве, и мы получили желаемый результат. В отличие преобразования недрагоценных металлов в золото, когда требовалось знание температур, при которых металлы могут отделяться друг от друга и таким образом запустить процесс индивидуации, алхимия гражданского общества строится на том постулате, что никакого «золота», то есть идеальной общественной модели не существует и, видимо, не может существовать. Иначе это будет построение очередной утопии с очередными миллионными жертвами.

«Гражданский» философский камень – это в сущности довольно простой принцип: пока власть и государство будут восприниматься обществом как гарант индивидуальной свободы и безопасности, власть и государство таковыми не будут. Никакое государство не может и не должно заменить собой алхимическую практику гражданского общества. Если такое происходит, это путь к фашизму. Строго говоря, и это уже было хорошо известно в той же средневековой Европе: государство, король, в первую очередь занимается внешней политикой. Его основная цель – установление отношений с соседними государствами с максимальной выгодой для себя и не слишком сильными потерями для других. Внутри же государство – это по сути полая структура, которая всякий раз заполняется общественным продуктом.

Мнение о том, что в современной России нет гражданского общества ошибочно. Другое дело, что это еще во многом полуфабрикат, консолидация металлов по случаю, и необходимо время для превращения того, что есть в настоящий продукт. «Московские дела» это показали. Если в дальнейшем возникнут похожие «дела», то общество среагирует тем же образом. Полиция, Росгвардия, суд... ничего не смогут сделать с этой гражданской алхимией уже потому, что они сами от нее зависят. За очередным «вывихнутым плечом» последует обнуление очередной властной институции, и это не политика и не борьба за власть, а общество как оно есть.