Все записи
21:55  /  6.01.21

695просмотров

Мой друг Дэвид, ветреная Дульсинея, тест ДНК и Октоберфест

+T -
Поделиться:

Отрывок из книги "В джунглях большого дэйтинга". В первой части - встречи и расставания с людьми, которых приносило мутными водами Тиндера. Вторая часть - про самого главного мужчину в моей жизни, Антуана.

Волею случая однажды мы оказались на соседних сиденьях самолета, и эта встреча изменила наши жизни. Мы жили в разных странах, у нас были отношения на расстоянии, и это было непросто, но какой же счастливой была каждая встреча и те несколько дней, что мы проводили вместе! 

В Германии я была несколько раз, и почему-то всегда так складывалось, что это была зима. На этот раз я оказалась там в первых числах октября. Это был волшебное время. Осенняя Бавария, золотая осень. Начинался Октоберфест.

PixabayPixabay

У Антуана были дела в Мюнхене, он прилетел туда на пару дней раньше меня. Ему в номер зачем-то поставили детский манеж. Он прислал мне фото с припиской: «Они знают обо мне что-то, чего не знаю я». Как же я смеялась. Наверное, его перепутали с какой-то семьей.

К пиву я абсолютно равнодушна, но общая атмосфера беспечного веселья была такой заразительной. Музыка, люди в приподнятом настроении. Девушки на улицах, идущие на работу в национальных костюмах под названием «дирндль». Я даже подумывала купить себе дирндль, чтобы влиться в их стройные ряды, но отрезвила цена в несколько сотен евро. Носить такое мне некуда, разве что для ролевых игр с Антуаном…

Я рассмеялась от этой мысли вслух, разглядывая дирндли в витрине магазина. На меня подозрительно покосилась стоявшая рядом женщина.

PixabayPixabay

Пока Антуан занимался делами, я бродила по городу, фотографировала прекрасную Мариенплатц, не могла наглядеться и надышаться красотой осеннего Английского парка.

PixabayPixabay

На следующее утро я встретилась с мюнхенской подругой и мы вместе отправились на ярмарку. Там я купила детям традиционные баварские пряники Lebkuchen в виде сердечка с надписями глазурью Gruss vom Oktoberfest. Набрала пакетиков и коробочек со всевозможными фруктами и орехами – в меду, шоколаде, глазури и еще бог знает чем.

PixabayPixabay

Подруга уехала, а я пошла на Максимиллианштрассе, где у меня просто разбежались глаза от всех этих магазинов и начался серьезный шопинг: очередные замшевые туфельки, на этот раз оттенка глубокого ультрамарина, тончайший кашемировый свитер, который не хотелось выпускать из рук, шарф для Антуана, косметика, духи, белье…

В разгар шоппинга зазвонил телефон. Это был мой дорогой брюссельский друг Дэвид, пребывавший, судя по голосу, в весьма расстроенных чувствах.

Я знала, что у него была какая-то сложная любовная история, но раньше он не посвящал меня в подробности. Как выяснилось, это было совершенное сумасшествие.

Несколько лет назад Дэйв был давно, прочно и несчастно женат. Дом, кредиты, трое детей, рутина, взаимное безразличие.

У него вспыхнул сумасшедший роман с коллегой. Он просто безумно ее любил, а она до него снисходила.

Это было какое-то средневековое поклонение рыцаря знатной даме, сидевшей в высокой башне, и я про себя назвала предмет его обожания Дульсинея - по аналогии с Дульсинеей Тобосской, дамой сердца Дон Кихота.

Бедняга честный протестант Дэвид страшно изводился, его жутко мучила совесть из-за измены жене и великой любви к Дульсинее, он потерял сон и аппетит. В конце концов он решился на развод - ради любимой женщины, с которой, как он думал, теперь все наладится. Но не тут-то было.

- Ты знаешь, мы с ней то расставались, то мирились снова… Это была какая-то безумная страсть

- Понимаю…

- Через какое-то время выяснилось, что она беременна

- Твоя прекрасная Дульсинея беременна?! Вот это новость!

- И уже даже родила…

- Ого! Можно поздравлять?

- Погоди. Ребенок не от меня

- Что?!

- Это ребенок нашего общего коллеги, - четко и медленно выговорил в трубку Дэвид.

«Мама дорогая!», мелькнуло у меня в голове. В пьесе это назвали бы «реплика в сторону». А вслух сказала:

- Слушай, у меня, конечно, было шампанское на завтрак, но от таких новостей мне надо сесть и срочно накатить чего-нибудь покрепче

- Да я сам тут пью уже несколько дней…

- Так ветреная Дульсинея встречалась параллельно еще с кем-то?

- Угу. И не просто с кем-то, а с нашим, млин, коллегой! Глубоко женатым и с тремя детьми!

Я про себя подумала, что у Дульсинеи какой-то пунктик на женатых многодетных папашках, но промолчала.

Дальше выяснилось, что Дэвид так безумно надеялся, что ребенок все-таки от него, что, несмотря на все ее уверения, сделал тест ДНК, который подтвердил, что Дульсинея хотя бы в этом не обманула. Ребенок был действительно не его.

PixabayPixabay

- Ммм, даже не знаю, что сказать. У меня только один вопрос - как ты умудрился сделать тест ДНК?

- Я взял несколько волосков малыша, которые нашел в коляске…

- Ты сейчас серьезно?

- Да, вполне

- Ты с ней общаешься?

Он так ее любил, что был готов на все - гулять с коляской, ездить в супермаркет за продуктами… На какие только жертвы не пойдешь в благородном деле служения прекрасной даме.

Надежда всколыхнулась в нем с новой силой, когда отец Дульсинеиного ребенка получил повышение и переехал с семьей на другой континент.

Но на днях между ним и Дульсинеей состоялся разговор начистоту, и она ему сказала, что не хочет его больше видеть.

И его накрыло…

Мы проговорили еще около часа. Я нашла свободный столик в кафе, заказала вина, и мы продолжили этот грустный разговор.

В отель я отправилась на такси - довольно пьяная, навьюченная покупками, как верблюд, и погруженная в невеселые думы об ветреных Дульсинеях и их верных рыцарях.

На то, чтобы убедить его, что дело не в сопернике, а лишь в том, что он, Дэвид, ей не нужен, и самое здоровое и спасительное, что он может сделать для себя в этой ситуации - забыть ее как можно скорее и жить своей жизнью, у меня ушла пара километров чата и бесконечные часы разговоров по телефону в следующие несколько месяцев.

PixabayPixabay

Когда я ввалилась в номер, Антуан сидел за компьютером, работал и пил вино.

- Весь Мюнхен скупила или еще что-то осталось? - спросил он меня, не отрывая глаз от экрана

- Да… То есть нет… Не знаю, - рассеянно ответила я, думая о бедном Дэйве.

- Тебе обязательно нужна елка. Ты же любишь летать с елками. Правда, сейчас не сезон, но если постараться, можно найти

- Ха-ха, да, ты прав, - механически ответила я, думая о своем.

Я в задумчивости стояла у окна. Он почувствовал, что со мной что-то не так.

PixabayPixabay

- Ты что, обиделась? Я же пошутил

- Просто устала

- От чего?

- 10 километров пешком, убойный шопинг и два бокала вина. Я никогда не пью днем, а тут пришлось

- Почему? Что случилось?

- Дэвид звонил, у него неприятности

- Какие?

- Не уверена, что могу тебе рассказать

- Какая-нибудь слезливая история?

- С чего ты взял?

- Чуваку явно не хватает тестостерона. Посоветуй ему сделать инъекцию - может, поможет

- Тебе не кажется, что это слишком?

- Слишком что? Слишком смешно? Чувак явный гей, это очевидно всем, кроме него, и он почему-то мается в отрицании. Ты говорила, вы с ним лучшие друзья, путешествовали вместе, и он не пытался к тебе приставать? С ним явно что-то не так!

- Спать можно много с кем, а терять друзей на этом глупо

- Почему «терять»?

- Потому что отношения могут закончиться, и закончиться некрасиво, и потеряешь сразу друга, и любимого мужчину

- Ну и логика у тебя! Зачем вообще что-то начинать, думая, что потеряешь?

- Соломки подстелить, есть такая русская поговорка. На всякий случай всегда просчитывать худший сценарий, чтобы быть во всеоружии и контролировать ситуацию.

Я запнулась и задумалась. Да, это мой невротический синдром - «соломки подстелить», поэтому в любой ситуации я сразу начинаю с самого худшего сценария из всех возможных. Что превращает серый быт заурядной женщины бальзаковского возраста в череду мрачных квестов с элементами экшена, триллера и драмы.

Продолжение

Больше моих историй здесь или в Инстаграм

Я на Yandex Zen

Все мои новости в Телеграм-канале

«В джунглях большого дэйтинга» на Литрес и на Ридеро