Все записи
20:34  /  1.08.19

643просмотра

О критической теории

+T -
Поделиться:

О "Критической теории интернета" Герта Ловинка.

В конце 2017 года мне предложили занять должность руководителя департамента в небольшой (по аналогии с «небогатым нефтепромышленником» Раневской) управляющей компании. По долгу службы мне было поручено формирование корпоративной коллекции искусства. Дело шло ни шатко ни валко, но шло и в какой-то момент как-то само собой пришло к рабочему правилу: работы в коллекции должны помогать осмыслять современную технологическую действительность. На пути к сингулярности (или куда он там движется?) мир менялся быстро и за два года эти изменения, кажется, только набрали обороты. Ужас перед происходящим — не самый приятный опыт для коллекционера, но зато развивает скорость реакции.

Социологические и экономические исследования с их «количкой» явно не поспевают за событиями, уносимый вперед беньяминовский ангел истории уже давно превратился для них во все уменьшающуюся точку, искусство и гибридные Digital Humanities ещё пытаются догнать его, но если они даже справляются со своей задачей лучше прочих, это не значит, что ни с задачей справятся.В такие моменты должен появиться герой, который встанет против шторма с обнаженным мечом, чтобы под музыку «Rattlemouth» положить хаосу конец... и получить летящим мимо куском руины истории по башке. Воин в доспехах сегодня это, конечно, не футболист — это академический активист, герои приходят в основном из этой среды.

Профессор Герт Ловиник, основатель и директор Institute of network cultures, чья книга «Критическая теория интернета» была переведена и издана совместными усилиями издательства Ad Marginem и музея «Гараж» — последовательный критик положения дел с Интернетом и, вероятно, один из героев. Активиста, публициста, эссеиста, исследователя Ловинка нельзя попрекнуть в недостатке компетентности. В книгу вошли его эссе и статьи, написанные в период между 2006 и 2017 год, но свою карьеру критика Интернета автор начал еще в девяностых. Специалистов с таким опытом принято ценить и в России, где книга вошла в топ продаж московского «Фаланстера».Ловиник задается вопросом (его стиль таков, что он вообще часто и помногу задается вопросам, в некоторых эссе их целые абзацы), как снова заставить Интернет служить гражданам, ведь «разочарование в интернете — общепризнанный факт»?Но разочарование самим Ловиником наступает довольно скоро, когда он говорит, что ответ надо искать в работах Адорно, Арендт и Хоркхаймера. В более поздних эссе звучит ещё фамилия Жижека. Ловиник все-таки активист. И как всякий активист (и профессор) он ищет ответы в системах иерархий и переподчинений с исключением из этих систем «врага», точнее его игнорированием. В работе 2012 года он спрашивает, превратятся ли «контакты в камрадов» не подозревая, что меньше, чем через 4 года в США они превратятся, но только не так, как он того хотел бы. Ведь эти комрады изберут президентом Дональда Трампа. «Достижения протестов Оккупай» (чтобы автор не подразумевал под этим) померкнут перед достижением специалистов из избирательного штаба президента США. Критическая теория, которая должна была «отвоевать утраченные территории» и «предложить переход от количественным к качественным, неподсчетным факторам» будет сформулирована и взята в работу, разве что не опубликована. Получается неудачное переложение российского мема: «- Не понимаю количественных метдов. — Будь политологом, как я! Будешь писать доклады! — Да ты же просто тупой.»

Большинство предложений автора термина «тактические медиа» дальше требований остановиться, подумать и взять под контроль положение дел не идут. Теория Ловиника начинает буксовать и буксует всю книгу. Ей не помогают ни цитаты из Алекса Фоти, ни вопросы о том, могут ли «массы» наполнять всё вокруг «чувственной красотой».В мире сети, наполненной fake news, утечками личных данных, дизайнерскими политическими кампаниями и таргетированной рекламой, где на страже интересов пользователей снова становится дряхлеющий Левиафан, штрафующий мегакорпорации и которого активисты уже успели похоронить, архивные тексты Ловиника выглядят как работы Нормана Энджелла с его «The Great Illusion» в 1916.

Не совсем понятно, что с этим делать. С одной стороны, Ловинек прав. Механический подсчет объемов аудитории Интернета и доходов «Facebook» и «Google» в теорию не выстраивается.Гуманитарные науки должны покинуть социологические зоны комфорта и более агрессивно исследовать сетевое пространство. С другой стороны, делать это на основании активистского опыта девяностых-нулевыхA — это тупиковый сценарий в первую очередь из-за его практической неприменимости.Для создания новой критической теории необходимо использовать опыт экономических и технологических исследователей, причем не ограничиваться в этом работами Пикетти и Морозова.