Все записи
12:26  /  8.11.19

1072просмотра

Записки психоаналитика

+T -
Поделиться:

Часть 9. ПЕРЕРЫВ В ЛЕЧЕНИИ. ВСТРЕЧА ЧЕРЕЗ ПОЛГОДА. ТЕОРЕТИЗИРОВАНИЕ ЗАХОДИТ В ТУПИК. 

СЕАНС номер 13.  ЭКВИЛИБРИУМ СУЩНОСТЕЙ И БАРУХ СПИНОЗА (в скобках, как обычно, примечания, или переводы слов персонажей автором).

— Давненько мы, доктор, не виделись!

— О, да! Можно сказать, не выезжая за рубеж, побывали в нескольких странах.

— Давайте считать: СССР, РСФСР, СНГ. Потом, вроде, будет окончательно РФ, она же Россия. Что дальше, Евроазиатский Союз Советских Социалистических Республик? Содружество Славянских Суверенных Республик, опять СССР?

— Ну, я бы не стал торопиться. Придётся выживать самим. К старой Европе нам не дадут присоединиться США, слишком будет жирно для Европы. Сибирь, Дальний Восток, Север — это несколько Европ вместе взятых. В Азии будет доминировать Китай. В США мы не попадём из-за своих технических стандартов (дюймы, футы всё ещё имеют значение), языка и мышления.

Скорее всего, нам предложат потихонечку вымереть, утратить свои амбиции, компетенции, растерять интеллект, распродать оружие, полезные ископаемые,— а потом уже будут решать, что и как делать с русской историей, послушными, разуверившимися во всём, людьми, и оставшейся территорией. Задача максимум — ввязать нас в гражданскую или любую другую войну. Так сказать, ускорить процесс.

— Кто будет решать? Мировое правительство? Кучка сумасшедших мизантропов и дегенераток?

— Берите повыше, мы не одни в этой Вселенной, а значит и на этой уникальной планете. Может, господь Бог, а может ещё кто. Если им важна конкуренция, нас снова повысят до уровня США и не дадут китайцам нашу территорию. И опять в детских садах, школах и по телевизору будут петь патриотические песни, а люди ходить на демонстрации.

— Кстати, доктор, давно хотел вас спросить, а что вы думаете обо всех этих теориях мироздания? Как вы можете спокойно рассуждать о политике, ставить диагнозы, кушать и спать, если не имеете чёткого представления об окружающем мире и его законах? Или же имеете?

— А вы?

— Я, говоря словами Пиррона:

Кляну ***ивую судьбу,

Меня биющую свирепо,

Будь худо от неё рабу,

А мне — и без неё всё лепо.

— Оригинально. Никогда не слышал. Это Барков?

— Нет, перевод сделал А. Ильюшин, в пику Баркову. Хотите ещё?

Смеюся, бодр и не бездолен,

Брани меня и негодуй.

Что за беда, со мною **й,

 Стоит, **у, и тем доволен.

— Ну, что касается конституентов, то есть возможных форм бытия, люди ещё недостаточно повзрослели, чтобы прийти к единому мнению. Большинство считает, что есть материя, со всеми её полями и энергиями, есть бессмертный божий свет и другие волны и колебания, а  ещё есть порядок и законы, душа, любовь и сам человек. Я присоединяюсь к большинству, в моей теории всё это присутствует, и для меня, как вы говорите, всё лепо. Естественные науки изучили всего пять процентов окружающего мира, и этим гордятся. Но обяснить всё, что происходит, в том числе с человеком, не могут. Лишь надеются, что созданы мы, всё-таки, по образу и подобию.

— Во! Что это, образ и подобие? Моральный императив или инстинкт Бога? Или мы биороботы, продукт генетических экспериментов над людьми, животными, обезьянами и какими-нибудь монстрами из неведомых нам миров? Что, такого не может быть?

— А это как вам будет угодно. Вернее, смотря какие выводы вы хотите сделать. Если хотите господствовать над людьми — будьте Богом, полубогом или его неотъемлемой частью. Если хотите познавать физический мир и учиться им управлять — будьте материалистом. Если вас, как и меня, привлекает познание человека и его души, если вы именно там ищете спасения и для себя, и для всего мира, — без психоанализа ничего не получится. Только надо будет приложить гораздо больше усилий.

— А если я ничего не хочу? Если я считаю, что всё, что есть на свете, — примитивная ложь и пропаганда, которую нам так вбивают в головы с самого рождения, что мы уже ни **я не знаем и не понимаем.

— Что именно не понимаем?

— А всё. И наука, и религия говорят, что мы одинаковы. Этому же учат в школе. Поэтому нам  надо одинаково думать, читать одни и те же книги и газеты, одинаково жить, любить, делать добро, есть, пить и умирать, — и в этом состоит великое счастье. Ибо за нарушения — тюрьма, сумасшедший дом и смерть. А ведь в природе нет ничего одинакового, никто никого не принуждает, никто не ходит строем, и смерть не является чем-то ужасным, а лишь началом нового цикла. И время, что это такое? Из чего оно состоит? Из каких частиц? На какие периоды и циклы делится? А Вселенная, атом, электрон, кварк, лептон, бозон, — это всё шары? Почему люди тогда не круглые, и даже вирусы? А боги, ангелы, души, — какой они формы? А мой диагноз, он имеет грани? Психоз —  треугольный или квадратный?

— Всё зависит от способов его описания, вернее, какой способ преобладает. Например, душевные состояния могут описываться в виде эстетических категорий (с 1750 года),  эмоций (хотя раньше такого слова не было, как и слова аффект). Сами эмоции — описываться с помощью нейросетей или химических реакций, реакции — с помощью квантовой физики. В любом случае, то, как тело себя ведёт, зависит от его истинной природы, а не от обстоятельств или философских категорий. Так, сахар растворим в воде, независимо от того, находится он на полке в магазине или в стакане чая. Это следует из формы его молекул.

— Опять Эйнштейн. А пьяница или ***дь? Там тоже эмоции?

— Любая женщина хоть один раз в жизни бывает девственницей, алкоголик может бросить пить, сахар же сладкий и растворимый всегда.

— Но в тёплой воде больше? Или всё зависит от позиции наблюдателя?

— Да, от условий среды тоже многое зависит, никто этого не отрицает. Но всё зависит и от того, что, в чём, и как, преобладает. Ведь кроме температуры есть ещё давление, катализаторы, концентрация раствора и т.д.

В трёхмерном пространстве все тела имеют форму и энергию, а вот объём и массу — не всегда. Любое тело, как нам кажется, это идеально сбалансированное поле силы, порождаемое неведомой нам средой. Менделеев считал, что это химический эфир, который создаёт устойчивые связи, электромагнитные и гравитационные взаимодействия, химические элементы и реакции между ними. Иначе было бы трудно объяснить, почему эти реакции происходят по-разному в разных точках пространства. 

Поля, судя по всему, вращаются и образуют устойчивые фигуры, материальные субстанции, да такие, что разрушить их очень трудно, — например, сжать воду невозможно. И фигуры эти не только шары, но и торы, и другие обтекаемые образования, похожие на водовороты, спирали, бублики или яблоки. Условно говоря, у Бога была задача удержать мир от распада, и он её решил, создав что-то вроде гироскопов, начиная от мельчайших частиц и заканчивая Галактиками. То ли влево, то ли вправо закрутил, неясно. Кто-то называет их энергетическими фантомами, ибо они реагируют на электромагнитные колебания.

— А что вращается?

— А что вам больше нравится, хотите Платоновские идеи, треугольники и ромбы, хотите — невидимые флюиды из чёрной материи или пирамиды из четырёх треугольников. Эйнштейн, помнится, говорил, что фундаментальная физика должна основываться на изучении времени, пространства и геометрии, а не каких-то квантовых волн вероятностей.

Возьмите, например, магнитное поле земли:  откуда оно вытекает и куда втекает? Где его центр? Почему оно таких необычных очертаний?  Вот так и всё остальное, многое зависит от формы, от симметрии, да к тому же не забудьте о двух противоположных полюсах или, иначе говоря, законе бинарности, взаимном дополнении противоположностей, инь-янь.  Ведь ещё есть добро и зло, порядок и хаос и т.д. Вот вам модель и Вселенной и, может быть, самого человека, который, как известно, подобие Бога. Хотя Бог и триедин в своей сущности.

—  Так уж и Бога?

— Ну, например, мы мыслим, а чем? Кто и как нас заставляет это делать? О мозге известно почти всё: из чего состоит, какие части за что отвечают, сколько клеток, химических и электрических стимулов, — но как он принимает решение? Вырастите в банке клетки сердца, и они начнут сокращаться. Если размножить клетки мозга — возникнут идеи, мысли, память. Но, если вы создадите полностью искусственного человека, — никаких эмоций у него не будет, в лучшем случае он научится говорить, есть, пить и спать, может быть, работать и создавать что-то примитивное. При болезни Альцгеймера, кстати, это и происходит с человеком, Бог уходит, а тело ещё продолжает жить, хотя клетки мозга умирают.

Многие сейчас упрощённо считают, что Бога нет, а есть Космический Разум, высшее существо, программист, который командует нами, посылая электромагнитные импульсы, запечатанные в свет, волны, вибрации, микрочастицы материи.

— А сколько их, этих пространственных моделей? И как можно смоделировать душу человека, тем более, если он сам подобие Бога? С помощью направленных тенденций развития? Вы к этому ведёте?

— Самая устойчивая модель, как считают энтузиасты моделирования мира, — модель векторного эквилибриума (идеально сбалансированная система) Бакминстера Фуллера, когда из центра вращения в разные стороны направлены двенадцать лучей. Прерываясь, они образуют один равносторонний треугольник вверху, один внизу и шесть точек по окружности, которые образуют с этими двумя треугольниками по шесть фигур вверху и шесть внизу. На поверхности этого гипотетического тела, напоминающего футбольный мяч из-за своих клеточек, можно насчитать восемь треугольников и шесть квадратов (при наличии воображения, можете их называть энергетическими полями). Конструкция, надо сказать, очень жёсткая, и, что самое главное, у неё есть верх и низ. Хотите — используйте в ваших теоретических построениях, если вам так легче.

Лично я перепробовал много моделей, изучал древних и современных философов, сказки, эпосы, гимны, пока не пришёл к выводу, что надо стараться создавать наиболее простые теории мироздания и придерживаться наиболее простых их объяснений. Иначе можно сойти с ума. Да и то, говорить на эту тему с врачами не рекомендую, иначе упекут в психушку.

Примечание автора: во время создания записок доктором Колесовым, теории эмерджентности ещё не существовало (в частности, в том, что наблюдаемая реальность, её язык, символы, являются геометрическими, то есть, обладающими сверхнизкой субъективностью, — АЗЪ). Конец примечания.

Если верить Платону, что треугольник — идея (врач скажет, что это бред сумасшедшего), то у нас восемь фундаментальных идей, я назвал их тенденциями, и попробовал с их помощью сконструировать мир. В нём есть и шесть квадратов:  двойных, то есть, конфликутющих между собой, идей (две основных и четыре вспомогательных). Ох, и намучился я, пока получилось!

Конечно, выглядит примитивно и ненаучно, да и какая может быть наука в разговорах о Боге, человеке, душе? Разве они могут подчиняться нашим моделям и понятиям? Кстати, с учётом квантовой физики и механики, любые модели — лишь вероятности во времени и пространстве, но это не означает, что мир для нас не существует, а только, кажется. Он есть. Но как его, скажем, нарисовать? С тех пор, как человек начал изображать предметы, он пытался создать и абстракцию, орнамент, цветную картинку, имеющую  отношение к миру вообще. Ведь рисунок — такой же язык, как и математика, музыка, поэзия, архитектура. Хотя он хорош только для изображения физической реальности.

Подобные орнаменты существуют в самых древнейших рисунках, например в Индии и Египте. Трёхчленное и четырёхстороннее деление мира — традиция всех древних народов, включая Руссов и Ариев. Вспомните Святую Троицу, греческие огонь-вода-земля-воздух, двенадцать апостолов, шестиконечную и восьмиконечную звёзды, север-юг-восток-запад. Числа 3 и 4 — основа всех векторных эквилибриумов, включая научные теории, архитектуру, строительство, конструирование любых механизмов и философских картин мира. Треугольник — жёсткая фигура, идея, закон, концепт (концепт здесь — философское понятие, как, например, душа). К нему всегда примыкает прямоугольник, или конструкт (термин означает: нечто, недоступное для непосредственного наблюдения, но выводимое с помощью логических, дополняющих друг друга, умозаключений, например, психический аппарат, интеллект), это — подвижная, онтологическая конструкция, которая зависит от параметров исследования.

………………………………………………………………..

— Орнамент, картинка, — это мне понятно. Это красиво.

— Философы также пытаются создать свой, но более сложный «орнамент». Феноменализм считает, что материя — логическая реконструкция нашего опыта, то есть, конструкт, способ расшифровки объекта исследования. Редукционизм пытается доказать, что утверждения, касающиеся человека и его состояний, чтобы быть объективными, должны рассматриваться вне самого человека и его души (самый известный редукционист — наш предшественник Зигмунд Фрейд).  Получается, что аффекты — просто сильные эмоции, психика — набор мотиваций, интересов, шаблонов поведения и способов выхода из трудных ситуаций. Личность — непохожесть, оригинальность психической организации. Холизм утверждает, что любую часть целого, например душу, невозможно понять без её связи со всеми другими частями, включая разум и тело,  например: два глаза, два уха, четыре конечности и т.д.

— И член. Хоть он и один. Извините, что прерываю. Но это ведь важно.

— За конструктом обычно лежит «денотат», «квантификатор», то есть способ дать окончательное определение классу терминов.

С доисторических времён равносторонний треугольник наделялся особым, глубинным смыслом. В Египте он был эмблемой Бога, у христиан — символом троичности божества. У славян мир делился на Явь, Навь, Правь: земную жизнь, потустороннее бытие и небесный (горний) мир.

Квадрат же (а это два треугольника, сложенные вместе), например у Гегеля, это движение, связь времён, «синтез, определяющий величину движения». Уже очень сложно, но ещё не достаточно.  Я заканчиваю: по моему глубокому убеждению, два прямоугольника, наложенные друг на друга так, чтобы образовались восемь вершин, символизируют восемь разных, но связанных воедино тенденций. Этих тенденций хватит, чтобы объяснить и мир, и нас с вами, и вселенскую душу и все законы и понятия. Конечно, это не те тенденции, которыми психиатры обозначают наличие патогенеза, а лишь общие для всех направления развития.

— Но это безумие! Зачем нам теоретизировать, это дорога в никуда. Ведь истина недостижима, а будущего просто нет.

— Все говорят, что без прошлого нет будущего. А я утверждаю, что без будущего нет прошлого. Возьмите нашу страну: куда девается наше прошлое? Его перевирают, извращают, скрывают, оно постепенно исчезает из памяти поколений. Это возможно только потому, что нашим будущим уже кто-то распорядился. Но никто даже не осмеливается спросить, куда мы движемся и почему. А всё потому, что мы не понимаем, как устроен мир, и как устроены мы сами.

— Вот именно. Но будущего нет и у других народов. Есть только его всё более призрачная вероятность. А Бог хохочет над нашими жалкими попытками строить какие-то конструкции, планы, фантазии. И так было всегда. Вот, в Ведах упоминаются 32 вида энергии, что явная глупость. Хотя никто индусов за сумасшедших не держит. У вас они есть?

— Есть, если восемь тенденций умножить на 4 смысла, которыми они обладают. Хорошее, надёжное число. Не зря у людей по тридцать два зуба)).

— Хорошо. Там же говорится, что причина сотворения мира — Пуруша (неодвижное, чистое сознание мужского пола), который произвёл воздействие на Пракрити (хаос, женское существо) и создал пространство и материю. И есть ещё Праджапати, из семени которого вышли все боги. Это тоже у вас есть?

— А как же! Это любимая вами сексуальность. Так что зря вы Фрейда ругали, его истоки восходят к 17 веку до нашей эры.

А что в этих попытках плохого или страшного? Да, при советской власти за такие рассуждения сажали в сумасшедший дом или выгоняли за пределы страны, ведь разрешалось говорить только о материи и условных рефлексах. Но ведь любая хорошая теория это солнечный свет, который только один и способен сделать видимыми реальные предметы. Помните «миф о пещере» Платона? Без теории мы узники, наблюдающие лишь игру теней от костров надсмотрщиков. Только выходя наружу, мы видим сначала пламя, потом костёр, а потом солнце и свободный мир.

— Вы как-то решаете для себя основной вопрос философии?

— Я считаю, что мир познаваем, значит, верю в человека, силу его духа, господа Бога и Космический Разум, который нас с Ним связывает. Материализм считает первичным Природу и её законы, но как их объяснить без идей, без божественного замысла и сознания субъекта, который им же, этим замыслом, создан и даже способен его постичь?

— Извините, перебью. Есть такой старый, ещё времён культа личности, анекдот: урку спрашивают, а какой основной вопрос философии? Он, даже не думая: «Кто ответит за базар»! И он прав: сколько философов, столько и теорий, а уж споров о понятиях… Неужели и психоанализ туда же? Это же чистый идеализм!

— Если жизнь на Земле, и каждый организм, созданы и живут целенаправленно, если наш разум может действовать так же, как и законы природы, то есть, вносить порядок, Логос, в хаос вещей и их ощущений, создавая образы и понятия, то чем идеализм хуже материализма? Или, чем Дух хуже слепой материи? Ведь самые абстрактные его «сгустки» в нашем сознании: Бог, Космос, Идея, Число, Форма, —  не материальны, а лишь «информативны», но существуют! Мы, с нашим сознанием, уже давно вышли за пределы материи, скоро сами научимся её создавать, как создаём новые химические элементы. То есть, мы можем сказать, что общие понятия (универсалии) не только обладают бытием, но и способны порождать материальные формы и истинное знание о них. Так что впереди нас ждут чудеса, сказка, которая станет былью.

— Что значит, с нашим сознанием? Разве есть другое?

— Сейчас модно говорить об инфорамации. Якобы мы живёв в Инфорамционной Вселенной, обладающей информационным полем, информационным пространством, информационной энергией, пронизывающей все «тонкие структуры», от Духа и души — до атомов и элементарный частиц. В этом мире «сознание» якобы означает восприятие сигналов этого поля,  «наделение их смыслом», понятным всем людям, то есть, означает программирование человека на какой-то результат (через мозг, тело, интеллект). И в результате сознание выглядит, как мышление абстрактными (разум) или конкретными (рассудок) понятиями, и даже как здоровье, болезни, фукционирование органов, клеток, всех вегетативных и прочих функций организма (что в психоанализе считается бессознательным).

Выглядит так, что человек — подчинённое существо, и всё его вездесущее сознание тоже. Наверное, есть в Природе и другое, более мощное и ни от чего не зависящее сознание. Как у гениев и пророков. Но в это верится с трудом.

— А в чём источник знаний?

— Истинных? Конечно, это наши ощущения, наложенные на опыт, интуицию, логику, эксперимент, с большой долей божественного откровения.

— Но материя-то существует, да ещё как! И независимо от наших ощущений.

— Да, но что это такое? Что лежит в её основе? Колебания полей в параллельных мирах? А их мы можем увидеть, понять или ощутить, если, как вы утверждаете, они материальны? И чем? Боюсь, что нам доступны даже не законы, а какие-то общие тенденции развития некоторого количества невидимых материй, из которых всё и состоит. Пока мы считаем, что у них должно быть общее главное свойство — протяжённость…

— Вы говорите так, как будто "протягиваете" мир через какую-то философскую "жопу".

— Это не я, а Рене Декарт. Он тоже был дуалистом и верил, что душа нематериальна и способна мыслить с помощью тела. А как — знает только Бог. Материя движется, а мы, духовные существа, мыслим, вот и вся разница. Лично я считаю, что думает тело с помощью души, для этого оно обладает неведомыми нам энергетическими потенциями. Как электромагнитные заряды: увидеть и понять их невозможно, но мы знаем, что это какое-то бесконечное движение, можно даже представить его в виде движущихся силовых линий невидимого поля. А не будь их, не было бы и твёрдой материи, ведь только благодаря зарядам, частицы намертво сцепились между собой. А нейтрино, у которых зарядов нет, свободно проходят через любую материю. А материю движет (толкает, заставляет вращаться) Время. Хотя бы так.

— А кто кем или чем «питается»? Ведь, чтобы существовать, материи, и даже информации, нужна «подпитка»?

— Процесс взаимный. Сначала человек, то есть тело, связанное с душой, поглощает энергию и пищу из Природы, потом Природа, или Бог, забирают его душу, со всей накопленной энергией, к себе.

— Или Дьявол.

— Да ради Бога, пусть хоть Дух Святой. Пусть даже Дух и Природа вообще тождественны, как писал в своей «Философии откровения» Ф.В.Й. Шеллинг, и не могут питаться друг другом, и размножаться друг от друга. Более интересно, какое между ними равновесие, и кто когда над кем доминирует. Главное, что в чистом Духе, то есть в Боге, те же начала и тенденции, что и в человеке. Или тогда не Он создал нас и весь наш мир. По крайней мере, не из Себя самого.

Некоторые учёные считают, что живую материю, её генетический материал, не говоря уже о душе, за счёт присутствия неведомых нам сил, уничтожить очень трудно. Якобы, помести человека в пробирку на сутки, потом убери, а какой-то энергетический фантом останется, и ещё долго будет откликаться на различные воздействия с помощью колебаний невидимой нам среды, теоретически способной воздействовать на наши органы чувств и даже на измерительные приборы. Я в это мало верю, но мысль интересная.

— Достаточно зайти в уборную после другого человека, чтобы это понять. Или в парилку, в купе, сесть за чужой стол, просто прочитать чужую книгу.

— Ещё я думаю, что астральные двойники, как и параллельные миры, тоже существуют. Иначе Бог, создавший Вселенную, выглядел бы слишком примитивным существом, ограничившим мир тремя измерениями, простейшими формами и структурами. Ведь уже сейчас человек создаёт генетические гибриды животных, лекарства, компьютеры, голограммы, не существующие в природе частицы вещества. Что, Бог не в состоянии сделать то, что доступно человеку? Боюсь, что всё наоборот, и скоро мы об этом узнаем. Страшно подумать, чем закончатся эти эксперименты, связанные с познанием законов мироздания. Уж лучше верить в Бога и изучать самих себя. И создавать красивые теории.

— А где тут душа? Что, её тоже научатся создавать? Хотя бы в теории?

— Душа это просто форма, способ существования и развития всего, что есть. Включая живых существ. С помощью души любые совокупности свойств, признаков, атрибутов, образов и чувств, которыми наделена единая сущность, даже противоположные друг другу, получают свою организованную структуру и движущую силу. Да так, что становятся способными передавать их другим сущностям, как мы передаём детям свои таланты и пороки. Ведь душа есть и у народа, нации, государства.

Если душа, как и Вселенная, тоже некий устойчивый эквилибриум, то она неизбежно состоит из дополняющих друг друга энергетических полей (энергия — абстрактная возможность совершить что-то, душа — конкретные способности это осуществить). "Белая" ли это энергия, или неизвестная нам "чёрная", — неважно. Может быть, после смерти человека, эти энергетические поля частично превращаются в фотоны или какие-то другие частицы, и забирают с собой энергию тела. При этом душа не умирает, а переходит в другую, не известную нам, волновую форму. Во всяком случае, в СССР такие опыты ставили. И даже фотографировали предполагаемую "энергию души". Конечно, настоящие души создавать мы никогда не научимся, не наше это дело. А вот «подправить» деформации, пороки, пробелы и недостатки в этом Божьем творении можем уже сейчас. С Божьей помощью, конечно.

Но это, конечно, ещё не венец моих гипотез и рассуждений. Позвольте продолжить, если не наскучил. Душа, связанная с телом, отстаёт в развитии от души, которая связана с космосом, которая созерцает мир и самоё себя. Как молодое вино отстаёт от вина, которое давно уже созрело и достойно, чтобы его перелили из дряхлой бочки в красивую бутылку. Бывает, что такая душа раньше срока покидает тело и человека, который всё ещё ходит, ест, пьёт, что-то пытается всем доказать, а на самом деле давно мёртв.

Это как социализм и капитализм. Идеи давно устарели, но их защищают баллистические ракеты. А сами так называемые социалисты ещё ходят, мыслят диалектически, то есть метафизически, то есть с претензией на знание истин и путей их достижения.

— А дух, материя, как они в этом бардаке участвуют?

— Почему только они? Если мы хотим создать теорию человека, нам надо сосредоточиться на любом разумном (но не бесконечном) числе сущностей, понятий, идей, сводимых к практическому, опытному знанию. Как это магическое число найти? Их десять, сто, бесчисленное множество? Множество чего, абстрактных семантических форм или существенных начал, гносеологических и онтологических принципов? Иначе говоря, сначала надо понять, как мы уже сейчас видим объективный мир, чего в этом видении явно недостаёт, как мы можем дополнить его модель и модель человека? Исходные посылки дал ещё Аристотель: материя, форма, движение, цель. Сейчас говорят о зарядах, волнах, колебаниях, вероятностях. Древние философы ещё говорили о первосущности, логосе и мировой душе, о качестве и протяжённости, времени и энергии. Достаточно ли этого, чтобы окончательно нарисовать картину мира и перейти к построению модели мыслящих существ, модели психического аппарата? Или, как современной психологии, для объяснения сущности человека достаточно лишь её эмоциональных составляющих?

Увы, не достаточно. Если наука — познание абсолютного духа, то «схватить» его можно только с помощью понятия, которое не противоречит ему в своём бытии, имеет содержанием самоё себя и себя постигает. Вы сможете найти такое? Нет? Но я, с помощью психоанализа, нашёл!

— Мне скажете?

— Сами догадаетесь.

— Господь Бог?

— Тогда бы не было столько невинных смертей и страданий, а ведь существуют ещё и голод, и засуха, и война, и сатрапы с тиранами. Думайте!

— Сколько же надо для этого выпить?

— Вы столько не выпьете. К тому же, принимать алкоголь вредно. Было бы полезно, я бы от вас это не скрывал.

— Но алкоголь же расслабляет, не даёт сойти с ума. Женщины становятся красивее и умнее. Прекрасноеобезболивающее, снотворное, средство для улучшения аппетита, говорят, снимает страх при импотенции.

— Это в самом начале. Потом начинает страдать нервная система, сердце, печень, меняется обмен веществ, человек совершает много непростительных ошибок.

— Каких?

— Сталин любил пить вино, но проворонил дату начала войны. Был гениальным политиком, но не смог упредить своих врагов, разогнать вцепившихся во власть бюрократов, секретарей, тупых, бездарных и необразованных  аппаратчиков и членов Политбюро. Ведь у Хрущёва было всего два класса. Не оставил преемника. Погубил множество невинных людей (а ведь раньше, пока сохранял трезвый ум, на каждой просьбе региональных властей расстрелять несогласных, старых спецов, инженеров, священников или конкурентов, однозначно писал отрицательные резолюции).

— Но ведь и Фрейд любил выпить, выкурить сигару, увлекался кокаином.

— А что, Фрейд не делал ошибки? Он даже свою теорию пересматривал три раза, но так и не пришёл к общему знаменателю. Хотя для этого у него было всё: и ум, и образование, и опыт, и поддержка. Так что думайте! Складывайте в уме всё, что разумно, и вычитайте то, что не годится.

Трудно? Конечно, ведь если сложить все «плоскости» (это не я, а Гегель), формирующие картину мира, то есть все основные философские воззрения, идеи естественных и прочих наук,— число понятий увеличится в геометрической прогрессии.

Если мы всё-таки решим ограничиться жёстким минимумом понятий, например, проходя по нашему пространственно заданному векторному эквилибриуму состояний мира, то у нас уже появится некая определённость, структурно-логическая схема. То есть, придётся выбирать только самые важные, самые фундаментальные, и из них только те, без которых нельзя обойтись. Могу дать примеры. Навскидку, без всяких гарантий на полноту, так, чтобы вас заинтересовать. А ещё лучше, вы мне их дадите. Ведь, начиная от стоиков, философы должны требовать от понятий и перцепций ясности, чёткости, общепринятости, систематичности. Они обязаны соответствовать как нашему чувственному опыту, так и доводам разума, иначе говоря, иметь какой-то смысл и цель.

Один человек не может это проделать, кто-то должен его контролировать. Если нет, всё кончится на первом же понятии — понятии Духа. Марксисты, Декарт, Спиноза и рационалисты отождествляют его с сознанием и мышлением. Иррационалисты — с волей, чувством, воображением, интуицией. Греки — с перводвигателем и формообразующим началом. Индусы — с высшей реальностью, из которой рождаются индивидуальные реальности, вроде человеческого «Я». У Гегеля Мировой Дух выражает себя через систему саморазвивающихся логических категорий. У Энгельса дух — высший «цвет» материи, то есть, материя первична, способна на развитие, и в конце выпускает невероятно красивый цветок — Дух. Но тогда этот Дух должен изначально присутствовать в материи! Значит, Дух (нематериальное начало) является частью материального начала!

Дух изначально означал источник жизни, одухотворяющее качество (или принцип), которое в человеке неизбежно порождало душу, разум или эго. Тот, кто это придумал, вынужден был идти и дальше, делая Дух источником всего, что есть. В религии это уже полноценный Бог (Дух Святой). Так что, стоит начать, и запутаешься в обилии слов и их значений, надо их чем-то сдерживать.

— Простите, а какая разница между сущностями, идеями и понятиями? Вы эмпирик или рационалист? Не слишком ли вы переоцениваете возможности нашего разума в объяснении реального мира? Что получается, вы не сможете полноценно меня анализировать, пока я не поверю в существование Духа, Души, господа Бога и божественных сущностей? Других слов для этого недостаточно?

— Не надо переоценивать наш реальный мир, не такой уж он и сложный. Как, впрочем, и сама жизнь. Если кратко, то сущность не есть вещность,  это та особенность, которая связывает единичное и всеобщее, несмотря на его другие особенности. То есть, связывает идеальное и материальное. Это то, что делает вещь, предмет «вот этим», а не другим, на него похожим. Например, пингвин — птица. А именно, покрытое перьями и пухом позвоночное животное с крыльями, оно относится к отряду птиц, которые, хотя и не летают, но имеют такую особенность — быть птицей, живущей в Антарктиде. А не крокодилом. Сущность это то, что неразрывно связано с бытием. Идея же — нечто абстрактное, общее для целого рода предметов, которое витает где-то там, как Божий дух, но способно проникать в предмет.

Во всяком случае, нам так кажется, мы об этом читали в энциклопедии, и мы можем это проверить, прежде чем утверждать. 

Когда сущность начинает существовать, а именно, быть, жить своей жизнью, являться, она может превратиться в понятие, нечто, что мы понимаем, то есть в предмет нашей мысли и, одновременно, в то, что даёт ей основу, смысл и право так называться, в отличие от других понятий, за которыми стоят другие сущности. Попытаться подменить понятия можно, сущность — нет. В нашем примере пингвин это не просто птица, а птица, которая умеет плавать, и которая кормит своих птенцов молоком. Даже если конкретный пингвин не имеет по каким-то причинам молока, это не меняет его право быть пингвином. Простое определение «пингвин» (в переводе — толстый) превращается в венец, связывание всех определений в единый закон его практического существования, который определяет его судьбу.

Категории — высшие формы понятий, означающих простейшие формы априорной действительности. Наример,«причинность», «количество», «время». Почему «означающих»? Что это на самом деле «значить, означать, значение»? Мы до конца не знаем, но, для построения различных теорий бытия, мы этим теориям или их составным частям вынужденно присваиваем какой-то словесный или буквенный знак. Так путник, блуждая по лесу, делает засечки ножом или топором.

Идея же, в общем смысле, это наш мысленный образ того, что реально существует, есть, было, будет или могло бы быть. Это наш чистейшей воды «вымысел», причём у каждого свой, основанный на… не знаю, как по-русски phantasia kataleptike, по-английски apprehensive perception. Например, идея Бога не могла бы возникнуть, если бы его не было совсем, но у каждого она своя. А вот идей о границе Вселенной нет, ибо их не может быть.

— Ну да, это как шестиголовый пяти**й.

— Простите?

— Ну, это картина Репина «Три богатыря». Два на жеребцах, а один на кобыле.

— Я слышал это в другом варианте.

— Я тоже: шесть голов, пять ***в, три хвоста и одна п***а.

— Но я ещё не закончил! Надо же нам определиться, какими словами и что мы будем называть. Вы задали мне слишком много вопросов, я просто вынужден отвечать. Иначе вы меня примете за сумасшедшего, который болтает ни о чём. А если вы думаете иначе, или если я в чём-то ошибаюсь, сразу же говорите. В философском смысле идея — идеальная вещь, то, что придаёт форму, и без чего вещь не может иметь смысла, признаков, внутреннего умопостигаемого содержания.

— Да понял я, понял. Когда бутылка водки у меня в голове, она идея. Когда она на столе, и я, или кто-то, начинает её разливать по стаканам, — она сущность. Если я без неё жить не могу, это понимаю и этим горжусь, то она уже — понятие. Алкоголь в целом это категория напитков.

— Примерно так. Ну что ж, на сегодня достаточно, чувствую, мы оба устали. Зато теперь мы сможем спокойно заняться строительством нашей теории. Вернее, вы это будете делать, а я смотреть и помогать. Кстати, если в словарях вы раскопаете другие определения прозвучавших здесь философских понятий, не отчаивайтесь. Можно и их использовать, не велика разница. Я уже много раз говорил: к нашей цели ведут много путей, будем совместно их прокладывать. Лишь бы не застрять в зарослях из поваленных деревьев и кустарника. Или вы хотите, чтобы мы анализировали эмоции?

— Нет, я так просто не уйду. Мне нужен Барух Спиноза. Ведь без него, как мне кажется, никакого психоанализа с его аффектами и тенденциями просто бы не было. А аффекты мы сегодня не трогали, если только это не другое название эмоций.

— Тогда вам придётся заплатить мне ещё, как минимум, за два сеанса. Ведь это целая философия.

— Мне хватит его «Этики». Вы сможете объяснить, что он имел в виду под атрибутами и модусами?

— Атрибут это то, что разум воспринимает, как природу (сущность) субстанции, что существует само по себе, как, например, господь Бог. То, что является её фундаментальным свойством, необходимым для существования. Без сущности вещь не может существовать, как и сущность без вещи. Точно так же и субстанция без атрибута.

А модусы — различные состояния субстанции. При чём всё то, что с субстанцией или с человеком происходит, включая причины и следствия, — от Бога. Например, аффекты (affectus – у нас переводяится как «душевное  волнение»). У Спинозы это смутная (Фрейд назовёт её «бессознательная») идея.  От этой confusaidea и берёт начало весь психоанализ. Ведь она и есть сущность человека, от которой избавиться нельзя. А состоит из желаний (cupiditate — рвение, амбиции, исступление),  удовольствия (laetitia — радость), и неудовольствия (tristia — грусть).

Человеческая личность это желание существовать в том виде, в котором её создал Творец, и получать от этого удовольствие. А для этого надо правильно настроить аффекты. Ведь, чтобы быть счастливым, надо вести правильный образ жизни, а в его основе — желание собственной пользы. Чем больше у человека «способности к существованию», тем больше у него любви, чем меньше остаётся этой способности — тем больше грусти.

— Не человек, а Купидон!

— Но своим определением (способность к существованию) Спиноза заложил смысл всяких там будущих экзистенциализмов: чем больше реальностей существования, тем больше атрибутов. И душа способна это осознать. С помощью простого осознания (чувственного), понимания истины и лжи (адекватное их осознание), и истинного знания (это божественное откровение, не зависимое от нашего тела, — интуитивная связь между душой и всем сущим). Полное познание всего ведёт к свободе и спасению, отсутствию колебаний, счастью. Поэтому свободы воли нет, она не нужна, есть только свобода познающего Разума.

— А иначе можно всё это сказать?

— Можно: только совершенство даёт истинное существование, несовершенство — уничтожает его. Или: сущность исключает всякое несовершенство, а несовершенная вещь не имеет сущности, хотя какое-то время способна существовать (например, больной человек).

— Так бы сразу и сказали. Получается, совершенным может быть только Бог, как вещь протяжённая, вечная и совершенная одновременно? А как же наши собственные идеи и понятия? Они от Бога?

— Наши идеи — это результат мышления, а не работы глаза или мозга. Это понятия, образуемые душой, в силу того, что она, как и Бог, вещь мыслящая (rescogitans). Получается, что мышление идёт через душу от Бога, если я правильно понял Спинозу. А ваше любимое слово «понятие», без которого нельзя жить и общаться друг с другом, это conceptus. Оно выражает действие души, активное отношение к объекту. В результате получается адекватная идея, которая имеет внутренние признаки истинной идеи, а не внешние признаки, делающие её похожей на некий объект. Например, объектом души может быть тело. А что такое тело, вы знаете.

— Вот откуда столько разговоров о теле и душе! Это Барух Спиноза всё придумал!

— Он знал, что делает. И говорил, что идея человеческой души не проста, а слагается из многих идей. Как и идея тела. Лично я вывожу отсюда возможность существования общих для тела и души тенденций. Если хочешь объяснить причину тела, надо использовать атрибуты материи, если хочешь объяснить причину идеи тела, надо использовать атрибуты мышления. Всё просто.

В своей Теореме 16 Спиноза пишет: «Идея всякого состояния человеческого тела должна заключать в себе как природу человеческого тела, так и природу тела внешнего, которое на него действует».  То есть, причины действия одни и те же, и в теле, и в душе, и в самом Боге. И ещё одно важное высказывание: «Если тело способно на большее количество действий или страданий, его душа выше».

— Понятно. У дурака одно желание, максимум два. А у «духовного» существа — много, значит, и возможностей существовать больше.

— Только существование не есть сущность человека (не обязательно, чтобы именно он существовал  в Природе). Субстанциальность не есть его форма (он не вечен и не бесконечен). А вот бытие души — это идея отдельной вещи, существующей в действительности (актуально).

— А аффект принадлежит только телу?

— Аффект может быть и у души, если это модус мышления (например, любовь, желание), такой модус может существовать, например, если есть идея вещи любимой или желанной.

Так что душа может иметь адекватное понятие о душе, но не имеет адекватного познания о теле. «Идеи души о состояниях человеческого тела не суть идеи ясные и отчётливые, но смутные». Они могут быть ясны только Богу. Я думаю, когда З. Фрейд дочитал «Этику» до этого места, он сделал запись на полях: «Влечения это божественные сущности». Так они с тех пор и называются в психоанализе. И к адекватному познанию души не ведут, а только к «смутному и искажённому», кроме тех случаев, когда душа «определяется изнутри», то есть, без внешних воздействий. Вот почему Фрейд так спокойно придумал свой психический аппарат и наделил его способностями управлять мыслями и поступками, аффектами и влечениями, не боясь критики своих современников. Ведь он шёл за Спинозой, а тот — за самим Богом. Так что и нам тут нечего бояться.

Попробуйте задать любой вопрос о вашем состоянии любому неврологу или психиатру. Он пять минут будет рассуждать о гиперстимуляции, стрессах, зонах когнитивной уязвимости и психофизических методиках их выявления и корректировки. А потом вдруг заговорит об эмоциональной сфере, характере, творчестве, и, потупив взор, о наследуемых душевных качествах. О Боге, конечно, как и о Спинозе или Фрейде, он ни слова не скажет — выгонят с работы.

— А сама душа может желать?

— Нет. Душа это модус мышления, в ней нет абсолютной способности желать, любить, разуметь. Хотения души определяются не свободой волевых актов: все эти способности вымышлены или составляют метафизические (то есть, не единичные) сущности. Любые хотения определяются причинами, которые определяются другими причинами. Отдельное желание это всего лишь явление отдельной идеи разума (Ratio).

— Спасибо. Я давно подозревал, что воли у меня нет, есть только разум. А душой желать я не могу — она у меня для другого.

— Разум постигает сущность любой идеи, воля — способна её утвердить, согласиться с ней или нет. Чувства же способны воспринимать сами материальные тела, а не их сущности. В душе есть только утверждения или отрицания, основанные на идеях. Три угла треугольника равны двум прямым углам: без идеи, то есть, понимания сущности треугольника, сделать такое утверждение невозможно.

— А откуда берутся ложные идеи? Ведь хочется иногда поискать в комнате пятый угол?

— Ложь это утверждение, основанное на недостатке знания. Поэтому, для умозрения и разумного устроения жизни, как раз и нужна воля.  Только воля помогает нам бороться с заблуждениями. Ведь образы вещей, слова, которыми мы их обозначаем, не относятся к природе мышления, их сущность — движения тел. А природа мышления не зависит от каких-то там тел, их жалкой протяжённости, —только от идей. Так что нельзя говорить, что идея это образ вещи или слово, которым мы его обозначаем! Больше того, если идея относится к образу, возникающему не в нас самих — это фикция. На этом месте, я так думаю, уже Фридрих Ницше брался за карандаш и делал свои гениальные пометки о значении воли, которое ему навеял Спиноза.

— Если идеи, благодаря воле, всё ещё в нашей власти, то как быть с судьбой?

— На судьбу мы влиять не можем, это не вытекает из нашей природы, это принадлежит к сущности Бога, можно сказать, «вытекает» из Бога. Как из сущности треугольника вытекает с необходимостью, что три его угла равны двум прямым. Точно так же из Бога вытекает и сущность человеческой души. И действовать мы можем только по воле Бога, и поэтому причастны божественной Природе, а не потому, что Бог видит каждого из нас. Отдельным человеком Бог не может заниматься, тем более, его хрупким и противоречивым счастьем, это вне его сущности. Только душами всех людей.

— Вот тут за карандаш взялась, я так полагаю, инквизиция! Как это, человек и без Божьей воли?

— Но сделать ничего не смогла. Ведь Спиноза логически обосновал, что, чем более совершенны будут в будущем действия каждого человека, тем ближе мы к Богу, тем больше мы его познаём и способны ему служить, а это и есть высшее счастье и величайшая свобода. Служить истине, совершенству, миру идей, ясности, чёткости и справедливости.

— Ладно, но всё же хочется разгадать загадку аффекта, что это, душа или тело? Как сам Барух её решил?

— Аффекты (corporis affections) — состояния тела, но они являются, одновременно, их, этих состояний, идеями. А в этом случае они уже состояния души. Тут у Спинозы начинается самое интересное: по его логике, состояния души не могут воздействовать на состояния тела, ведь действия души и действия тела имеют разную природу; возникает вопрос, так как же душа влияет на способность тела быть активным или пассивным (страдать)?

А очень просто! Идеи души, конечно, адекватны (они же от Бога, который составляет сущность души), но некоторые из них не адекватны, искажены и смутны, поскольку каждая душа, кроме абсолютной, ещё «причина частная». Да, она тоже от Бога, но «с примесью душ иных тел», ведь Бог содержит сущность душ всех существующих тел. В этом необходимость и доказательство существования Бога — не будь его, тело существовало бы отдельно от души, а человек не был бы личностью, единым и не похожим на других целым.

Вот каков Бог на самом деле! С одной стороны, он модус мышления (поэтому душа мыслит), с другой — модус движения (поэтому тело движется). Но тело не движет душой (!), а душа — телом (например, она не заставляет его думать).

— На суде бы, б…., прокурору это рассказать!

— Прокурор это знает, он же не судит людей, находящихся в состоянии «аффекта». Так что дело Спинозы живёт и процветает. И приговор на суде выносят не душе, а телу, тоже неспроста. Именно в теле возникает образ, он целиком зависит от тела и его способностей, душа его лишь созерцает.  Решения возникают в душе по тому же принципу, что и идеи вещей в действительности (то есть в Боге) актуально существующих. Сама душа, без тела, даже вспомнить и забыть ничего не может, ведь от Бога у неё только модус мышления.

Поступок (за который дают срок), происходит сообразно аффекту или влечениям, которые сообразны различным состояниям тела, по законам протяжения и движения, ведь модус движения и атрибут протяжения принадлежат телу.

Решив это загадку, Спиноза с облегчением заявил: «Кто волнуется противоположными аффектами, тот сам не знает, чего он хочет; кто же не подвержен никакому аффекту, того малейшая побудительная причина влечёт куда угодно». Вот за эту «малость» человека обычно и судят, если хотите знать правду. Ещё Барух Спиноза завещал нам, что активность — адекватные идеи, не содержащие в себе отрицания, пассивность — неадекватность идей. А сильное желание — осознанное влечение.

— Конечно, когда воры идут на дело, все должны быть согласны, и одинаково хотеть, чтобы оно любой ценой выгорело, иначе это не «верняк», а «фуфло».

— Сущность вещи, и души тоже, в способности и стремлении пребывать в своём существовании (помните об экзистенции?), то есть, способности противодействовать всему, что может его уничтожить. Например, сомнениям. Отсюда такое уважение к воле, утверждающей свои идеи и желания. Воля — стремление души, влечение — стремление человека, то есть, души и тела совместно (appelitus), желание есть влечение с сознанием его (cupiditas). Вот такая терминология получается. Воля, как стремления души,  может быть направлена только на добро, ведь душа от Бога, а уже добро, если оно достижимо, рождает удовольствие. Это близко к диктату Сверх-Я в психоанализе. Желание и там тоже есть влечение с сознанием его (то есть область сознательного по Фрейду) или только с его ощущением (бессознательное), которое надо контролировать.

Но откуда берутся все эти желания и побуждения? Конечно, из тела. Ведь образы вещей суть состояния тела, а значит и аффекты, которым тело «подвергается» со стороны внешних причин, и которыми «располагается» к тому или иному действию: это ненависть, любовь, зависть (когда хорошо другому), честолюбие (желание славы), сострадание, трусость (попытка страх зла победить меньшим злом). При этом желания тем сильнее, чем сильнее «аффекты удовольствия или неудовольствия».

— Вот вам и весь Фрейд до копейки, со всеми его бессознательными побуждениями и катексисами либидо.  И не только он один. Жаль, Спиноза не изложил свою теорию сновидений, было бы интересно почитать. Но и так всё ясно. И вызывает восхищение. Я даже представить себе не мог, на что способно тело. Например, инстинкты это поступки и действия тела в ответ на его состояния, вызванные внешними причинами (в том числе, словами и образами, порождёнными другими телами).

Получается, что желания — осознанные стремления тела (у вас это СС, сознательное соматическое). Влечения, которые считаются порождением психики, — стремления тела существовать любым, даже самым парадоксальным образом. Это суть человека, за ними — и душа, и воля, любые хотения, навязанные средой, врождённые, сознательные или бессознательные. Тело может ошибаться, совершать преступления и подвергаться наказанию.  Достоевский правильно определил эту суть человека: преступление  и наказание.

— Но не только. Спиноза сказал ещё, что «тело, по своей художественности, превосходит всё, что было создано человеческим искусством». А это уже намёк на то, что тело в чём-то сложнее души. Ещё бы, ведь то, что оно получает от души, совершенно и не должно подвергаться сомнениям. Ан нет, в теле оно и анализируется, и опровергается, а само тело не только подчиняется, но и экспериментирует, да ещё занимается художественным творчеством.

Зато душа способна на чувства — это её осознанные стремления, вызванные внутренними причинами (мыслями, идеями, познанием сущности вещей и Бога, у меня это, как вы помните, СП, сознательное психическое). Вы, помнится, сразу со мной согласились. Даже не спросили, откуда это у меня.

Ну как, понятнее стали аффекты? Можете дать их общее определение, исходя из учения Спинозы? А то ведь вас многие будут спрашивать. Если когда-нибудь сами начнёте анализировать других.

— Аффектам души, то есть страстям, дать определение смогу. Это смутная (у Фрейда бессознательная) идея, в которой душа утверждает большую или меньшую, чем прежде, силу существования своего тела или какой-либо его части. Именно эта сила и побуждает душу к мышлению или смятению. Идея смутная, так как душа при этом пассивна. Пассивность значит сомнение, несовершенство, уход от сущности. Ведь сущность и вещи, и души — их совершенство. Так, совершенство души уменьшается, если способность её к мышлению и утверждению своего тела вследствие аффекта тоже уменьшается, например, по сравнению с прошлым состоянием. Тут надо уже задействовать волю, ведь воля и есть стремление души существовать.

— Ну, тогда дайте определение экзистенции, как бы это сделал сам Спиноза.

— Экзистенция — это бытие человека, как единого индивида, заключившего в себе и душу, и тело. Поэтому экзистенция такое сложное понятие. Ведь оно включает два других.

А. Бытие тела, то есть, побуждения, поступки, стремление быть; формирование образов, слов из материи звуков и букв;  всё, что является слагаемыми для принятия решения, которое ведёт к действию. Суть тела — желание существовать всеми возможными способами, и противиться небытию, ведь существование — от Бога, даже тело это понимает.

Б. Бытие души, то есть, сущности, идеи, в том числе идеи аффектов и идеи вещей, чувства и мысли, ведь душа — мыслящая вещь, как сказал Спиноза. Суть души — стремление к Богу, частью которого она является, и торжеству истины  (то, что ложно и смутно, ей на этом пути надо отвергать, ведь оно идёт от множественности и субъективности, а то, что совершенно, вечно, абсолютно — утверждать и принимать).

Но это всё общие слова. Хотелось бы поконкретнее. Сколько аффектов и какие они на самом деле?

— Тут могут быть варианты. Любовь, например, может быть аффектом, если любить вещь или человека, как внешнее событие, как источник удовольствия и его причину. Если любить сущность человека, его идею, основу и фундамент, его истину и причину этой истины, — то любовь это чувство. Любовью может быть и влечение к действию, например, любовь к познанию.

А какие бывают действия? Действия души, её активность, рождают понятия, то есть, адекватные идеи. Под воздействием бесконечного количества божественных причин. Созерцая свою способность к действию, душа чувствует удовольствие. То же происходит, если душа созерцает другие понятия, например, идеи состояния принадлежащего ей тела, через которые она познаёт себя (свою сущность, способность действия по созданию общих идей).

Способности тела (включая и мозг, разумеется) ещё больше впечатляют: это самостоятельное принятие телесных решений, побуждение к телесным действиям, создание образов и слов, которые душа созерцает, оперирование этими словами и образами перед тем, как найти вариант действия, оценить удовольствие и неудовольствие или запомнить их. Действия тела — это поступки под воздействием бесконечного множества внешних (природных) причин.

— Тут уже наши великие физиологи брались за карандаш, чтобы составить единую теорию тела и души, но, плача от бессилия, ломали его и выбрасывали в корзину с мусором, шприцами и окровавленными бинтами.

Вы можете ещё спросить, чем же, в конце концов, являюся чувства у Спинозы? Ответ очень важен: это способность души умерять аффекты. Чтобы понять силу аффектов и могущество души над ними, «достаточно иметь общее определение каждого аффекта». Здесь имеются в виду «аффекты души», то есть, идеи аффектов. Активности души присущи также аффекты удовольствия и неудовольствия. Неудовольствие возникает, когда способность человека к действию ограничена. Любовь к себе Спиноза расшифровывает, как самодовольство (как при любви к вещи, то есть без участия Бога), нелюбовь к себе — как раскаяние. Дальше ещё проще.

Неспособность что-то сделать (по сравнению с другими) рождает зависть и нанависть. Воспитание усиливает это чувство (!), ведь детей побуждают к добродетели, возбуждая в них честолюбие и зависть. Получается, что ненависть присутствует везде, её нет только по отношению к тому, кто обладает другой природной основой (например, лев бесстрашен, ибо таков он от природы, и завидовать ему бессмысленно).

А на ваш вопрос о количестве аффектов Спиноза ответил так (Теорема 56): «Сколько объектов, воздействующих на нашу природу, столько и состояний тела и столько аффектов, столько же видов удовольствия и неудовольствия, видов желаний, видов любви и так далее». Аффекты  неразрывно связаны со стремлениями, которые могут превращаться в неумеренную любовь к чему-либо, например, к пиршествам, половым сношениям, богатству и славе (по нашему разумению, это уже маниакальные привычки, зачатки психопатологии). Хотя просто стремление — это способность пребывать в своём состоянии, которая может то увеличиваться, то уменьшаться.

Спиноза везде подчёркивает, что все аффекты, относящиеся к душе, к её активности (формирование понятий, познание, включая познание аффектов тела), — связаны с желанием и удовольствием. Но, наверное, удовольствие могло бы также возникать, если бы способность души к мышлению изменялась и в другом направлении — уменьшалась. Вот она, психодинамика, на которую молятся все психоаналитики! Прирост аффекта или его разрядка — источник удовольствия. Но тогда и потеря способности мыслить вообще — деменция, слабоумие, лень, деградация — тоже источник удовольствия? Не дай Бог нам  самим испытать, ведь это начало смерти!

Ещё одно активное состояние, вытекающее из аффектов души, благодаря её способности позанвать, это твёрдость духа (Fortitude), из которой берут начало мужество (умеренность, трезвость, присутствие духа в опасных ситуациях и так далее, включая всё то, что пойдёт на пользу самому себе), а также великодушие (скромность, милосердие к другим, помощь и участие).

Для Спинозы совершенно неоспоримо наличие трёх первичных аффектов: желания, печали (неудовольствия) и радости (удовольствия). Тут он не прав, на мой взгляд: радость это состояние самой души, то есть, чувство. Если бы это было аффектом, то есть, состоянием тела, «которое увеличивает его способность существовать», его бы лучше было назвать другим словом, типа эйфория или экстаз. Радость же существует сама по себе, это результат действия одной тенденции в области сознательного психического. А желание — не один аффект, а название целого класса аффектов (или тех реакций, которые возникают в человеке, если желание выполнить невозможно).

— Боже мой, Фёдор Константинович, остановитесь! Я уже создал табличку, не нужен мне больше ваш Барух Спиноза! И без него всё теперь ясно. Аффект это состояние тела, но и души тоже, если она с ним не согласна. Хотя идея аффекта мутная и бессознательная. И нужен волевой акт, чтобы аффект прояснить или прекратить. Эх, всё же у нас с вами теория лучше, чем у Спинозы. Все аффекты как на ладони, вместе с сопутсвтующими инстинктами, стремлениями и чувствами! А у него нет.

— Да, это так. У него аффекты могут слагаться столькими способами, что «их количество нельзя выразить никаким числом». Если бы его теорию преподавали в университетах, и были бы билеты с вопросом «теория аффектов Баруха Спинозы», никто бы экзамен по философии или общей психологии не сдал.

— Но всё же спасибо ему, теперь я тоже смогу с умным видом говорить о «психодинамике» и, закатывая глаза к небу, рассуждать об «аффектах». Не хуже ваших психиатров! Психодинамика — это взаимосвязи психических феноменов в виде умозрительных тенденций, энергий, сил их вытеснения и сил их возврата в психику. Сил психических, а не биологических!  Ведь мотивация, на каких бы потребностях она ни была основана, выбор модели поведения или принятия решения, выбор эмоции, защиты и даже болезни, — это не физика, не логика и не математика.

Думаю, теперь я готов к созданию собственной теории личности. Уж я постараюсь вас удивить! Теперь, надеюсь, пойдёт легче. Заумных фраз больше не будет, ведь о главном мы договорились.

………………………………