Все записи
17:24  /  18.06.19

3894просмотра

Игры в доминантность: когда щенок берет верх

+T -
Поделиться:

Ника Самоцкая, биолог, гид-орнитолог и научный журналист участвует в волонтерской программе учебно-кинологического центра «Собаки-помощники инвалидов». С конца февраля у нее дома живет и воспитывается щенок лабрадора по имени Хельга, которому предстоит стать проводником для незрячего человека. По вторникам Ника рассказывает о взрослении и обучении будущего поводыря и о том, как Хельга меняет ее жизнь и влияет на людей и мир вокруг. Первую серию можно почитать здесь. В десятой серии вы узнаете, как однажды Хельга взяла верх над своей хозяйкой, научилась поднимать упавшие ключи и почему лабрадоры поедают все подряд.

Через пару недель скромность на прогулках начала покидать моего щенка. Если раньше Хельга тихо шла позади и кидалась вперед только при виде людей и собак, то теперь у нее стали появляться какие-то свои дела и стремления. Особенный интерес вызывало все, что с разной долей условности можно назвать съедобным. Иногда это доводит меня до ярости и исступления.

У нас на районе есть замечательный парк, который сделали два года назад на месте снесенного гаражного комплекса. Устроен он очень удобно: с одной его стороны детские площадки и зоны отдыха, с другой — большой газон с холмами, похожий на Хоббитон. До автодорог далеко, поэтому хозяева без страха отпускают своих собак, чтобы те побегали, порезвились, поиграли друг с другом. Настоящий собачий рай, я как-то насчитала одновременно пятнадцать счастливых бегающих морд. На окрестные собачьи площадки народ почти перестал ходить, потому что все они засыпаны песком, и дышать им не хочется.

Так вот, убедишься в безопасности окружающего пространства и отпустишь щенка побегать. Все идет отлично, довольные уши развиваются на ветру и стремительно нарезают круги, пока вся конструкция не скрывается в каких-нибудь кустах. Иногда на зов Хельга появляется из кустов с дохлой вороной в зубах. А иногда не выходит сразу, и тогда бежишь, ругаясь благим матом, потому что она. значит, непременно что-то жрет. Подходишь, а там туалетная бумага лежит — и понятно, что еще. Одна девушка-волонтер каждый раз в таких случаях протирала рот щенка влажной салфеткой — надеялась, что противный запах салфеток отвадит поедать гадости. Но щенок так к этому привык, что, в очередной раз попытавшись сожрать что-нибудь, уже сам приносит хозяйке салфетки с виноватым видом.

Подбирать все подряд — это такая породная прошивка лабрадоров. Предки этих собак жили в рыбацких поселениях канадского острова Ньюфаундленд, где еды не слишком много. Выживали те собаки, которые умели поедать буквально все — рыбные потроха, дохлых китов, рачков-гаммарусов. В тех количествах, которые есть сейчас, ведь потом еды может и не быть. Прошивка оказалась настолько сильной, что сохранилась во всех последующих поколениях лабрадоров — именно поэтому такие собаки особенно склонны к ожирению и сопутствующим проблемам. На прогулке мне рассказали про лабрадора, который в отсутствие хозяев вскрыл мешок с кормом и поглотил два килограмма, после чего просто упал и не мог ходить. Для сравнения, в день лабрадору положено 300-400 грамм корма.

Так что мне приходится постоянно быть начеку и строго одергивать щенка. Иногда ругаться. Поначалу было тяжело: малыш так виновато смотрит большими грустными глазами, что чувствуешь себя жестоким извергом. Куратор наказала не стесняться и быть строже, иначе собачка сядет на шею. Но я не могла, до одного ключевого момента.

А момент был в том, что неожиданно вылезло у меня то, что потом диагностировали как зостер. Раньше я слова-то такого не знала, а оказалось, что это такой вид герпеса, который скрывается в организмах большинства людей и вылезает наружу при резком падении иммунитета. Лечится противовирусными препаратами легко, но довольно долго — 3–4 недели. И большую часть времени тебя колбасит так, словно уже варишься в котле преисподней. Кажется, что болит все тело, знобит и температурит, и что-то делать решительно невозможно. Так что я очень радовалась приезду куратора, отдавала собаку гулять и валилась обратно страдать.

Хельга не проявила никакого сочувствия. Обычно послушная, на прогулках она быстро просекла, что у меня нет сил одергивать и ругаться. И вообще перестала реагировать на команды: прыгала на все и на всех, вырывала руки поводком и даже головы не поворачивала на оклики. Решила, в общем, что главная тут теперь она, и делать можно что угодно. Так что наши прогулки превратились в таскание меня за поводок по зигзагообразной траектории в примерно нужном направлении. Я выдыхала в бессильной ярости и предвкушала, как буду представлять щенку Кузькину мать, едва только появятся силы.

После этого опыта чувство вины и жалости по отношению к несносному щенку меня покинуло. Если ей не жаль меня, то я ее тоже жалеть больше не буду. В наших отношениях должен быть только один главный, всегда.

Так что, выздоровев, я довольно сурово привела щенка в чувство, и мы стали учить команды. Хельге команды очень понравились, и она быстро и с удовольствием схватывала их — к четырем месяцам она уже умела сидеть, лежать, стоять, ходить рядом и задом наперед и прыгать вертикально вверх. Последнее я закрепила на слово «прыг», чтобы дать щенку возможность выплескивать энергию, которую до этого она тратила, прыгая на меня и других людей. Теперь, когда энергии слишком много, мы с ней просто прыгаем как мячики, пока обе не запыхаемся. Впоследствии эта команда оказалась неожиданно полезной — в частности, она помогла научить собаку спрыгивать с эскалатора. И в целом стало проще объяснять щенку, что надо перепрыгнуть через препятствие или запрыгнуть на парапет.

А так, Хельга, на самом деле, оказалась на редкость смышленой и послушной собакой. В безопасных местах я отпускаю ее с поводка без страха, что она увяжется за другой собакой и убежит. Многие собачники, кстати, очень удивляются и спрашивают, как же я не боюсь. Для уверенности я периодически проделываю эксперимент: отпускаю щенка поиграть с другими собаками и через некоторое время подзываю. Если она быстро реагирует, даю лакомство и отпускаю дальше играть. Если замешкается, ворчу и показываю недовольство. Но обычно она нормально реагирует. Если бы она не отзывалась на команду «ко мне», то ходила бы на поводке везде кроме огороженных площадок.

Довольно долго Хельга не понимала, в чем смысл игрушек. Бросишь мячик, и она недоуменно провожает его взглядом, а потом вопросительно смотрит на тебя — вроде как, сам кинул, сам и беги. Я даже сомневалась, что этого щенка вообще можно заинтересовать игрушками, если только не давать их грызть. Но к шести месяцам она уже бежала за мячиком, подбирала, бросала на полпути и возвращалась без него. Потом стала возвращаться и кидать к ногам. Но все это без особого энтузиазма — играть с другими собаками и особенно с другими людьми и детьми щенку было гораздо интереснее.

Давать мячик в руку Хельга научилась на передержке у моей подруги Веры — я оставляла ей щенка, когда на несколько дней уезжала в Калмыкию. Уж не знаю, какую магию Вера применила, но Хельга прониклась мячом. Я с удовольствием закрепила этот навык и стала приучать собаку поднимать разные предметы. Куратор рассказывала, что собаки-поводыри подают хозяину не только палочку, но и упавшие ключи, например. А самые продвинутые могут поднимать пятирублевые монетки. Вызов принят.

Я бросала перед Хельгой разные предметы — палки, игрушки, пластиковые стаканчики и трубочки, которые валялись в парке (заодно и уборщиками поработали). Это все собака поднимала почти сразу. А вот поднимать собственный поводок она долго не соглашалась. Пришлось ловить на инерции — бросишь мячик, похвалишь, бросишь палку, похвалишь, бросишь поводок. Научилась. И вот настала очередь тяжелых неудобных невкусных ключей. Сперва собачья пасть ухватывала их как попало, и они с размаху падали на мои выглядывающие из сандалей пальцы. Хвалишь собаку, прыгая на одной ножке и морщась от боли.

Отдачу от своих усилий я в полной мере почувствовала, когда как-то поздно вечером заказала суши и удобно устроилась на диване с сериальчиком. Я всегда прошу не класть мне приборы и ем своими красивыми палочкам с пандами, которые когда-то привезла из Китая. Так вот, лежу я расслабленная, смотрю сериал, и слышу из центра комнаты подозрительное чавканье. Смотрю, а там Хельга расположилась на коврике с одной из моих красивых палочек. А вставать так неохота! Зову собаку, она радостно подбегает, а палочка-то остается беззащитной… И тут меня осеняет. «Хельга, апорт!» И через секунду палочка уже оказывается у меня в руках. Идеально.

Фото: Ольга Бобкова

ПРЕДЫДУЩАЯ СЕРИЯ: Можно ли ходить с собакой в кафе?

СЛЕДУЮЩАЯ СЕРИЯ: Щенок в общественном транспорте