Все записи
16:44  /  25.06.19

1456просмотров

Щенок в общественном транспорте

+T -
Поделиться:

Ника Самоцкая, биолог, гид-орнитолог и научный журналист участвует в волонтерской программе учебно-кинологического центра «Собаки-помощники инвалидов». С конца февраля у нее дома живет и воспитывается щенок лабрадора по имени Хельга, которому предстоит стать проводником для незрячего человека. По вторникам Ника рассказывает о взрослении и обучении будущего поводыря и о том, как Хельга меняет ее жизнь и влияет на людей и мир вокруг. Первую серию можно почитать здесь. В одиннадцатой серии вы узнаете, как Хельга училась ездить в общественном транспорте, а также познакомитесь с ее единственным страхом (спойлер: его удалось победить).

При воспитании будущей собаки-поводыря очень важно, чтобы щенок был максимально адаптирован к условиям города и не нахватался каких-нибудь фобий. Непреодолимый страх может стать преградой для будущей профессии проводника и послужить причиной выбраковки собаки — она превратится в обычного питомца. Именно поэтому я беру Хельгу с собой почти всюду, куда иду сама, и внимательно наблюдаю за ее реакцией на разные раздражители.

Чего чаще всего боятся собаки? Пожалуй, большинство приходит в ужас от резких громких звуков — фейерверков, выстрелов, раскатов грома, рычания выхлопных труб стритрейсеров. Многие боятся машин, других собак, скоплений людей — такие страхи часто приобретаются после переживания травмирующего события: сбила машина, покусали, накричали или ударили. Маленькие щенки часто боятся незнакомых странных предметов — например, снеговиков. Ну, и очень многие собаки боятся ездить в транспорте, особенно в метро, ведь тут тебе и громкие звуки, и скопления людей, и земля под ногами трясется.

Про метро мне сказали уже при первом звонке в кинологический центр, когда я только собиралась взять щенка. Что хорошо бы время от времени хотя бы просто спускаться в вестибюль к турникетам и слушать звуки — внутрь-то могут и не пустить с собакой. Другие собачники рассказывали страшные истории, как их питомцы задыхаются от ужаса в вагоне метро, пытаются забраться на руки к хозяину, причем у многих страх этот не удается преодолеть даже маленькими аккуратными шагами.

В общем, такого всякого наговорили, что я уже заранее готовилась к худшему. Собака мне, правда, попалась бесстрашная, и я долго не могла обнаружить чего же она, все-таки, боится. Ну да, опасалась лестницы на собачьей площадке, но при помощи дружественного корги мы быстро ее победили — теперь это любимое упражнение. А остальное — ни машины, ни скопления людей, ни даже резкие звуки — Хельгу не пугали. Громкие звуки вроде фейерверков и грозы щенку не особенно нравятся — она их облаивает. То же и со стритрейсерами: не раз я вскакивала посреди ночи от заливистого лая — значит, очередной лихач промчался под окнами (мечтаю, что прямые и укороченные выхлопные трубы запретят, наконец...).

Было смешно, когда мы как-то раз попали в весеннюю грозу рядом со Звенигородской биостанцией, когда я вела занятия по птицам. Мы уже возвращались обедать на станцию, когда пошел сильный дождь. Внезапно стало темно, как поздним вечером, и небо над нами прорезали молнии. От каждого раската грома Хельга подпрыгивала на месте, крутилась в поисках источника звука и возмущенно лаяла. Молния — гром — недовольный лай, собака крутится волчком. Мы со студентами, промокшие насквозь, покатывались со смеху, а щенок глядел на нас недоуменно и даже несколько обиженно.

Но вернемся к транспорту. Я решила осваивать его постепенно: сперва машина, потом автобус и трамвай и только потом метро. С первым Хельга справилась быстро — она смекнула, что на машине мы обычно едем в какое-нибудь классное загородное место: в лес, на речку, в деревню. Так что, стоит открыть дверь машины, как собака первая прыгает внутрь, располагается на коврике и готовится вздремнуть во время пути.

С автобусом и трамваем все тоже прошло гладко. Самое главное испытание тут было скорее для меня — при виде мохнатого пассажира окружающие непременно стремятся завести разговор. Думаешь, что почитаешь книжку — куда там! Все время пути развлекаешься разговорами с незнакомцами. Я не преувеличиваю — если в общественном транспорте со мной Хельга, то примерно в 90% случаев кто-нибудь из пассажиров непременно хочет узнать все о щенке и рассказать про собаку знакомого. В целом это забавно, но иногда, бывает, устаешь. Раньше я не умела отказывать людям, если они что-то спрашивают и интересуются. Возможно, это профессиональная деформация преподавателя: когда задают вопросы, это хорошо — любознательные, молодцы. Теперь я умею выстраивать границы и отказывать в разговоре. Новый для меня навык, спасибо Хельге.

И вот пришла очередь метро. Дай, думаю, попробуем сперва пройти через турникеты — может, вообще не пустят. По правилам ведь надо намордник, а он ни одной собаке не нравится, к нему приучают постепенно. К тому же, намордника у нас тогда еще не было, и я сшила что-то вроде недоуздка из кожаных ремешков от старых сапог. Получилась такая видимость намордника. А еще на крупную собаку без переноски нужен отдельный билет — правда, у меня совсем не крупный щенок. В общем, в первый раз было страшновато даже пытаться пройти через турникеты — вдруг будут ругаться, настроение испортят, неприятно все это. На площадке кто-то рассказывал, как его не пустили с собакой.

Через турникеты мы прошли без всяких проблем. Возможно, это красная жилеточка с надписью «Собаки-помощники инвалидов» имеет волшебное действие.

Спускаемся по ступенькам на платформу. Хельга с интересом глазеет по сторонам и идет рядом, никаких признаков испуга. Подошли к платформе, посмотрели на подъезжающие и отъезжающие поезда. Щенок вел себя так, словно всю жизнь тут и ходил. «Ну, — думаю, — проедем одну станцию. По рассказам, у собак часто уже в поезде паника начинается».

Зашли в поезд, встали у противоположной двери. Состав тронулся. Хельга посмотрела вокруг, вздохнула, растянулась на полу и закрыла глаза. В любой непонятной ситуации ложись спать. Я сфотографировала это и отправила куратору. Наталья прокомментировала, что собака идеальна.

На следующий день я планировала поехать на экскурсию по окаменелостям в стенах метро и сомневалась, брать ли с собой собаку. Но после того, как она у меня уснула в первый же свой раз в поезде, решила рискнуть и посмотреть, что будет. Пару часов мы с группой таких же любопытствующих и палеонтологом Антоном Ульяхиным ездили от платформы к платформе и искали вмурованных в стены животных Юрского периода: аммонитов, белемнитов, прочих моллюсков, губок, морские лилии... Когда мы останавливались осматривать очередного зверя, Хельга ложилась на пол и дремала. Одну губку на станции Арбатская пришлось разглядывать на корточках, а щенок улегся как раз под ней. Через минуту к нам обратились взволнованные пассажиры, которые решили, что все сгрудились вокруг собачки, которой стало плохо. Мы удивились друг другу и весело посмеялись над ситуацией.На одной из станций мы увидели полицейский наряд с взрослым палевым лабрадором — который, кстати, был без намордника. В потоке людей я специально подошла поближе, чтобы посмотреть, как щенок отреагирует. Хельга бросила заинтересованный взгляд и пошла дальше, а вот взрослый лабрадор резко дернулся в нашу сторону, виляя хвостом и увлекая за собой хрупкую девушку-полицейского, которая едва его удерживала. Странно, возможно, это молодая собака на обучении. То чувство, когда твой щенок ведет себя лучше, чем полицейская собака.

После двух часов в метро мы вышли на поверхность. Хельга попросилась на газон, пописала и непринужденно потрусила дальше. Очень воспитанная девочка.

С тех пор мы стали частенько ездить на метро. Я пока что не надеваю на Хельгу намордник (она его ненавидит), но всегда ношу с собой на всякий случай. На удивление никто нам ничего не говорит. Единственный раз нас отказывались пускать именно в тот день, когда я намордник забыла в другой сумке, а у красной попонки оторвался ремешок, и пришлось ее снять. Очень принципиальный попался служитель, даже полицейского позвал, который глядел на щенка и улыбался — явно хотел погладить, но ситуация обязывала сдерживаться. Меня осенило: достала из сумки попону, свернула в трубочку и обвязала вокруг морды. Пустили. Намордник стараюсь не забывать.

В метро я обнаружила, наконец, чего боится Хельга — эскалатора! И немудрено, ведь это действительно очень опасный объект. Чаще всего не пускают собак в вестибюли именно с эскалатором, потому что при сходе с него в полотно может затянуть собачий коготь. Были случаи, что коготь отрывало целиком. У меня в детстве, на самом деле, тоже был страх, что ногу туда засосет.

Долгое время Хельга решительно отказывалась ступать на эту заколдованную лестницу, и я заносила собаку на руках. В конце, разумеется, я снова брала ее на руки. Ситуация переменилась, когда однажды в час пик мы по инерции зашли на эскалатор вместе за толпой. Хельга даже не заметила, как уже стояла на ступеньках. С тех пор она перестала бояться заходить на эскалатор, а вот позволять ей самостоятельно сходить я не решалась долго. Очень здесь помогла смешная команда «прыг» — наверное, любимая команда щенка, когда он подпрыгивает вертикально вверх. Поначалу одновременно с этой командой я поддерживала собаку поводком, чтобы она точно прыгнула, а не шагнула. Постепенно Хельга выучила, что в конце следует спрыгивать, а не сходить.

А на самом эскалаторе щенок почти сразу стал вести себя образцово: стоит по ходу движения, близко ко мне, — так, что по соседней стороне спокойно проходят спешащие люди. Правда, это ненадолго: вырастет, и уже будет полностью занимать всю сторону. Ну, поводырям так можно.

Фото: Ольга Бобкова

ПРЕДЫДУЩАЯ СЕРИЯ: Игры в доминантность: когда щенок берет верх

СЛЕДУЮЩАЯ СЕРИЯ: Щенок и приключения в лесах