Все записи
11:49  /  10.09.19

1011просмотров

Как заразить друга поводырским щенком

+T -
Поделиться:

Ника Самоцкая, биолог, гид-орнитолог и научный журналист участвует в волонтерской программе учебно-кинологического центра «Собаки-помощники инвалидов». С конца февраля у нее дома живет и воспитывается щенок лабрадора по имени Хельга, которому предстоит стать проводником для незрячего человека. По вторникам Ника рассказывает о взрослении и обучении будущего поводыря и о том, как Хельга меняет ее жизнь и влияет на людей и мир вокруг. Первую серию можно почитать здесь. В четырнадцатой серии вы узнаете, как в районе обитания наших героев появился второй щенок-поводырь Улисс, откуда он взялся и подружился ли с Хельгой.

В мае мне нужно было уехать на неделю в Калмыкию — возить туристов-бердвотчеров и рассказывать им о птицах. На это время Хельга отправилась к моей подруге Вере, которая тоже подумывала взять щенка на воспитание, но сомневалась — не была уверена, что собака хорошо впишется в ее жизнь. Да и вообще, если честно, боялась собак. Но с Хельгой дружила, поэтому согласилась присмотреть за ней. Разумеется, передержка была заранее согласована с куратором.

Хельге было 5 месяцев, и я волновалась, как она воспримет перемену дома. Хорошо, что мы с Верой живем недалеко друг от друга, время от времени гуляем и ходим в гости, так что Хельга уже хорошо ее знала. И все равно, когда я оставляла щенка в чужом доме, сердце было не на месте. Самолет на следующий день, а дома тихо, пусто и странно (кот отправился к брату). Я спросила, как там собака. Вера прислала фотографию: Хельга растянулась под столом, задрала лапы кверху и дрыхнет. После этого я уже не волновалась, только скучала.

Вера сказала, что весь первый день в глазах собаки читался немой вопрос: а когда мы уже пойдем домой? Она беспокоилась и искала меня, но скоро привыкла и расслабилась.

Когда я вернулась из поездки и пришла за Хельгой, та не хотела уходить. Она обрадовалась мне, но в то же время следила за Верой, поскуливала, собиралась бежать за ней. С одной стороны, я почувствовала себя несколько… преданной, что ли. Где же вся любовь, которую раньше так демонстрировали? С другой, это было некоторое облегчение потому что у собаки явно не будет никаких проблем при смене хозяина. Вот оно, большое сердце лабрадора — в нем поместится сколько угодно людей, лишь бы любили да кормили.

К тому моменту Вера стояла в очереди за щенком уже месяц. Вот только в кинологическом центре были одни малыши, которые еще не гуляли, и их нельзя было оставлять одних. А постоянно находиться дома Вера не могла из-за работы. Нужен был более взрослый щенок, и такой подвернулся почти сразу после Хельгиной передержки — в одной волонтерской семье у ребенка возникла аллергия на собак, поэтому четырехмесячного палевого мальчишку по кличке Дойч пришлось пристраивать. Он и достался Вере — длинный, худющий, большеглазый. Вера заявила, что не может находиться в одной квартире с собакой, которая носит название ее самого нелюбимого предмета в школе. Да и куратору имя тоже не нравилось. Так Дойч стал Улиссом или, кратко, Ули-Улиточкой.

Ули с Хельгой были одного возраста, и с самой первой встречи они стали лучшими друзьями. При встрече друг с другом они превращались в вечный двигатель — черно-белый клубок из хвостов, ушей и лап, с мелькающими зубами. Кажется, ни с одной собакой они не играли так азартно и так долго, как друг с другом. Мы шутили, что щенки-поводыри постепенно захватывают район. Правда, Улисс был чрезвычайно… ммм… активным в свои немногие месяцы. Он запрыгивал на всех собак, которые не давали отпора, причем не важно, с какой стороны. Сперва Вера пыталась его отгонять, но это было бесполезно — ему явно нужно было перебеситься. Хельга сперва была в недоумении, а потом научилась ловко и изящно останавливать его — когда он запрыгивал, она садилась, и Улисс обиженно съезжал по покатой спине на траву и временно прекращал попытки.

То, что щенки подружились, было здорово не только потому, что можно было вместе гулять и выплескивать энергию в играх. Когда подросшие собаки покидают волонтерские семьи, они отправляются на обучение в кинологический центр, где еще несколько месяцев живут в клетках. Сколько именно месяцев — зависит от сообразительности собаки и от того, насколько быстро она схватывает знания. Обычно это месяцев пять-шесть, но самые талантливые могут окончить и за 3-4. Перемена обстановки дается легче, когда рядом знакомое существо, а тем более — закадычный друг. Улисс приедет в центр чуть позже Хельги, но не сильно, так что у них будет возможность пообщаться еще и там.

Раньше все лабрадоры казались мне примерно одинаковыми увальнями. А тут — я наблюдала за собаками одной породы, и они оказались такими разными! У Ули была короткая мягкая шерстка — совсем не то, что жесткие Хельгины кудри. У него была длинная морда, а хвост! Наверное, это самый длинный хвост, который я только видела у лабрадоров.

Когда Улитка подрос и стал проявлять черты своего характера, то оказался почти полной противоположностью Хельге. Он не очень любил гулять, особенно ходить по городу с хозяйкой. Если вокруг не было собак, он шел медленно, неохотно и явно хотел поскорее домой. С многими другими людьми он вообще отказывался выходить — ляжет, и ни в какую не сдвинешь его. Не особо любил приносить брошенные игрушки, ему это было скучно. А вот если спрятать и сказать «ищи», вот тогда он с упоением обшаривал комнату за комнатой.

Флегматичный характер вовсе не помешает щенку в будущей профессии поводыря. Ведь люди тоже бывают разные — кто-то более активный, кто-то менее. Когда в центр обращаются незрячие, они заполняют большую анкету и много рассказывают о себе, так что собаку стараются подобрать такую, которая будет максимально соответствовать стилю жизни будущего хозяина. Если Хельге нужен активный напарник, который любит много гулять по городу, а может, даже занимается бегом (некоторые незрячие даже бегают марафоны — вместе со своими помощниками, разумеется), то для Улисса подойдет более спокойный человек-домосед. А еще особенно спокойных и даже несколько тормознутых палевых лабрадоров берут в собаки-терапевты для работы с детьми. Обычно для канистерапии готовят золотистых ретриверов как более покладистых собак. Здесь важен также окрас собаки — дети-аутисты, например, могут бояться черных животных, поэтому в эту профессию черным лабрадорам путь закрыт.

Когда после моего долгого отсутствия мы встретились с Верой, то я была поражена, как Улисс подрос. Если раньше они с Хельгой были одного роста, то теперь он стал выше в холке, а его череп так раздался вширь, что Хельга казалась совсем миниатюрной. Впрочем, даже для самки лабрадора она действительно миниатюрна — даже к 10 месяцам она осталась самым маленьким лабрадором нашего богатого на лабрадоров района. А может быть, и всего города. По крайней мере, я пока не встретила ни одного опровергающего это лабрадора.

Стоит ли говорить, что после обретения Улисса Вера бояться собак перестала. Так что, если у вас тоже есть такая фобия, рекомендуем терапию щенком-поводырем — участвуйте в волонтерской программе!

Фото: Вероника Самоцкая

ПРЕДЫДУЩАЯ СЕРИЯ: Щенок-медиаперсона

СЛЕДУЮЩАЯ СЕРИЯ: Почему не все щенки становятся собаками-поводырями?