Все записи
13:21  /  28.06.19

2519просмотров

Является ли человек амбидекстром от природы? (Из истории отношения к амбидекстрии)

+T -
Поделиться:

Если отправить в поисковик запрос "амбидекстр", то помимо сухой и лаконичной статьи в Википедии на первом месте, в списке откроются тысячи копирайтерских материалов об удивительных амбидекстрах, сотни тестов на то, чтобы проверить себя на «гениальность», выявив у себя способности к амбидекстрии; более двух тысяч видео на эту тему предложит Яндекс, в социальных сетях группы амбидекстров насчитывают тысячи участников. Среди всех этих ресурсов в интернете встречаются и школы, предлагающие программы по «развитию мозга» через обучение письму и рисованию левой рукой. Это не дань моде, а скорее идущая из глубины веков традиция, отчасти преломленная под влиянием современных ценностей и взглядов. И кстати ничего общего не имеющая с современными научными исследованиями.

Тории Киёнага, 1780-е

Этимологически слово "амбидекстр" обозначает человека с двумя «правыми руками» — от латинского dexter — правый, ловкий, добрый, счастливый. Также есть и противоположное понятие — амбисинистр — от латинского sinister — левый, злой; то есть это человек, который обладает двумя неумелыми «левыми» руками. Понятия эти появились гораздо раньше, чем у ученых появилась возможность исследовать функциональную асимметрию мозга, поэтому неудивительно, что амбидекстрия всегда занимала умы, прежде всего, философов, мыслителей и литераторов. А они, в свою очередь, создали вокруг этого явления определенный ореол таинственности и даже романтики, который и по сей день не рассеивается. 

Мотивы мыслителей прошлого отличаются от мотивов фольклорного копирайтинга настоящего лишь эгоцентричностью. Если в XIX веке философы и публицисты искали объекты для претворения своих идей в жизнь, взывая к тому, чтобы по-новому воспитывать и обучать детей, обеспечивая в перспективе залог будущего счастья своего народа или даже всего человечества, то сейчас каждому предлагается открыть или развить в себе гениальность. Если на пороге XX века родители могли убеждать своего ребенка в том, что он амбидекстр, лишь для того, чтобы в школе он мог казаться хоть немного «нормальным» (левшей тогда считали неполноценными), то сейчас наблюдается другая тенденция. Родители активно ищут в своем ребенке одаренность и порой боготворят, совсем его не ограничивая. Хорошо это или плохо, кто знает…  Время покажет. А пока давайте перенесемся в прошлое и посмотрим, как в разные эпохи развивались идеи об амбидекстрии.

 Альбрехт Дюрер, Германия 1498,

Аристотель одним из первых пришел к выводу о том, что оценка правой руки как лучшей во многом условна и основана на обычае. «В наших силах иметь две правые руки, если мы приучим себя к этому», — писал он. А, может быть, — размышляли древние философы, — правильно воспитывая детей, мы могли бы добиться того, что они научатся в совершенстве владеть как левой, так и правой рукой и, значит, будут более приспособленными к жизни, будут более гармоничными и талантливыми? Платон в «Законах» выступал против постулата о разнице между правой и левой рукой, говоря, что кормилицы и матери делают человека по сути «одноруким». Действительно ли это так? Является ли человек амбидекстром от природы? Можно ли развить в себе таланты, тренируя неведущую руку? Способнее ли других ребенок, который берет ручку то в правую, то в левую руку?

«Классическая» амбидекстрия 

Среди мыслителей XVIII — XIX веков существовало настоящее движение, идущее вразрез с традиционными представлениями об иерархии правой и левой руки. Рассуждая о том, что разница между правой и левой рукой обусловлена не природой, а действием социальных привычек, философы провозгласили амбидекстрию в качестве цели, к которой стоит стремиться каждому человеку. Жан Жак Руссо, Ксавьер Биша, Жак Бартелеми Сальг, Жозеф-Ахилл Конт единодушно писали в своих работах о том, что формирование привычки пользоваться какой-то одной рукой не естественно для природы и физиологии человека. Дидро идет дальше, говоря, что «тирания предрассудков» заставляет человека «с первых лет жизни отказываться от природной склонности к амбидекстрии и приносить в жертву левую руку, которая слабеет от бездействия». 

Это идейное течение парадоксально соседствовало с гонениями и переучиванием левшей. Правда здесь речь не шла о том, чтобы дать право леворуким пользоваться их ведущей рукой. Просветители стремились восстановить права левой руки у правшей, поскольку видели практический смысл в формировании амбидекстрии — левая рука должна помогать человеку выживать и быть более эффективным. А для того, чтобы дать возможность развиваться левой руке у правшей, теоретики предлагали «привязывать правую руку», чтобы левая могла получить «недостающую ей жизненную силу». В этих словах мы видим удивительное совпадение с воспитательно-«карательными» методами данной эпохи по переучиванию левшей на правшей. Какими бы высокими ни были порывы вырваться из пут, ограничивающих человеческое развитие и приспособляемость, мыслители XVIII — XIX столетий ничем не отличались от «темных», на их взгляд, учителей и проповедников, провозглашающих «истинность» правой руки. Как красноречиво пишет об этом социо-культурном явлении Пьер-Мишель Бертран, «вместо того, чтобы привести человека к сияющему будущему, где он будет наделен всевозможными талантами, как о том мечтает кучка безответственных утопистов, культура амбидекстрии может вызвать к жизни невиданную социальную категорию — скрытых правшей».

Протез для обучения письму правой рукой - придуман Жан-Жаком Казнавом в 1845 г.

«Романтический»  сверх-амбидекстр

«Культура амбидекстрии» как социальное течение зародилась в Англии, когда писатель и журналист Чарльз Рид в 1878 году написал серию статей под заголовком «И грядет Человек». «Новый человек будет амбидекстром, — писал он, — не просто правшой или левшой, но человеком, вырвавшимся из той птичьей клетки, где матери, кормилицы и гувернантки с их языческими считалочками и глупыми предубеждениями против левой руки; в общем, это будет человек физически гармоничный, как его и задумал Господь».

Преемник Чарльза Рида, Джон Джексон продолжил поиски нового человека, «человека, который наслаждается полнотой своего бытия и примиряет после многих веков бесплодного антагонизма левую и правую руку, а соответственно левое и правое полушария мозга, удваивая свой физический и интеллектуальный потенциал». В 1900 году в журнале British Medical Journal появились призывы к «повсеместному принятию амбидекстрии».  А в 1905 году Джон Джексон основал Культурное общество амбидекстрии. Процитирую три правила и девиз этого общества:

  1. Две идеальные руки, в равной степени умелые, лучше, чем одна.
  2. Левая рука может и должна использоваться с большей ловкостью.
  3. Подобное умение принесет много выгод индивидууму и будет весьма полезна для общества.

Справедливость и равенство левой руке!

В конце XIX века амбидекстрия казалась по ту сторону добра правой руки и зла левой. Это понятие воплощало идеи «золотой середины», равенства и умеренности. И неудивительно, что расцветшая буйным цветом мода на амбидекстрию в начале XX века заставила школьных учителей давать детям специальные упражнения на развитие обеих рук, писателей рисовать образы ловких на обе руки героев, а режиссеров до сих пор снимать фильмы, где часто мелькают гениальные ученые, способные одновременно решать на доске перед аудиторией разные задачи — одну левой рукой, другую — правой. 

Однако, как и другие утопии конца XIX — начала XX веков «эгалитарная» утопия амбидекстрии, вскоре была развенчана нейрофизиологами, которые поставили под сомнение культ человека «двурукого». Ученые пришли к простому выводу о том, что именно асимметрия является отличительной чертой человека от животного, а «псевдоравенство амбидекстрии противно законам природы». Действительно, если обратиться к национальному корпусу языка (НКРЯ), то семантически слово амбидекстр относится прежде всего к животному, а потом уже и к человеку с одинаково развитыми полушариями мозга «и, соответственно, с одинаковой степенью владения левой и правой руками (лапами), без выраженного доминирования одной из них». Таким образом, амбидекстрия, полагают ученые, — это естественное состояние животных, а так же человеческих младенцев вплоть до момента определения их сенсомоторных предпочтений.  

Все эти выводы будто бы рука об руку шли с новыми идеями, выдвинутыми З. Фрейдом и развитые К. Юнгом — об «амбивалентности личности и культуры», которые вплотную подошли к мысли о том, что человеку вовсе не нужны совершенство и движение к «сверх-состояниям».

Само явление идеализации амбидекстрии за рубежом теперь называют  «the ambidextrity craze» (безумие амбидекстрии), а по поводу движения Джона Джексона и единомышленников довольно резко высказывались негативные суждения. Например, Крайтон-Браун в 1907 году в своей книге «Праворукость и наклон влево» писал: «В самом движении во имя амбидекстрии я различаю все то же искаженное суждение, которое составляет мимолетная прихоть. Те, кто выступал за амбидекстрию, до этого пропагандировал вегетарианство, они же ходят без шляп, отказываются от прививок или подчиняются любой другой нелепости». 

В послевоенные годы идеи о развитии амбидекстрии и вовсе отошли на задний план, став не более чем анахронизмом. Однако любая мода имеет свойство возвращаться. Так и в наше время амбидекстрия снова начала вызывать интерес. В начале XXI века в отношении к амбидекстрии появились новые тенденции — желание добавить сверхъестественности и метафизики. Амбидекстрия стала подаваться в паре с эзотерическими понятиями о детях «индиго», то есть детях «нового вида», идеи о приходе которых расцветали на рубеже прошлого и настоящего века.

С одной стороны, сменяются столетия, а восхищение амбидекстрией и желание ее развивать все еще живет в сознании человечества. И это понятно — во все времена человек отличался любопытством и стремился найти способы выйти за пределы своих возможностей, поэтому развитие второй, менее умелой руки всегда казалось чем-то открывающим новые горизонты. С другой стороны, на данный момент можно найти немало исследований на тему функциональной асимметрии мозга. И хоть явлению амбидекстрии, на фоне более изученного левшества, отводится не столь большое внимание в нейропсихологии, поэтому порой оно является предметом антинаучных споров, все же можно найти объективные данные современных исследований.