Все записи
17:33  /  23.02.21

423просмотра

23-е февраля. Выездной концерт

+T -
Поделиться:

Открывается занавес… До блеска начищенные трубы взрываются бравурным патриотическим вступлением. Тут же подхватываемым громогласным хором. Властно. Могуче. Всласть. Вышибающим слезу у разодетых офицерских фрау. Мадам, пришедших, — в кои-то веки! — с парадными, завешанными звенящим золотом наград, мужьями. В красно-звёздно-плакатный провинциальный Дом культуры.

За минуту до концерта…

Самая халявная должность в Ансамбле песни и пляски — костюмер. Разрешите представиться — это я.

Мало того, я ещё и старослужащий костюмер. Посему творить могу практически всё, что душе угодно — в смысле шутковать, и не абы как. Только в оркестровую яму по пьянке не свались! — напутствовал начальник, молодой летёха. Прибывший намедни с московской консерватории.

Взрослые музыканты-контрактники, как правило, не лезут в солдатские распри и разборки. (Ежели дело не касается их самих.)

Так что законный «дедушка»-дембель — что-то вроде непререкаемого Тутанхамона средь подневольного стада «черпаков», «духов» и всевозможного «молодняка». Пополняющих ансамбль свежей инструментально-голосовой кровью.

Итак, конферансье представляет оркестр. Знакомит с программой концерта: песни, народные танцы-шманцы с задорными накрашенными — ярко-ярко — девчонками. Поздравляет всех пришедших с праздником 23-го. Не забывая мягонько лизнуть дорогие партию, правительство и «самого».

И наконец, объявляет первый номер! Открывается занавес…

Тут я бодро подбегаю сзади к трёхъярусным лесам, на которых водрузился достопочтимый хор. И всовываю в руки стоящему на втором «этаже», ничего не подозревающему рыжему прапору по кличке «Копчёный», — старую гирю-двухпудовку. Найденную в заваленном «ленинскими» декорациями углу: «Держи!!»

Прапор инстинктивно сжимает клешни. …И, чуть не кувырнувшись навзничь, остаётся один на один с восторженным нарядным залом: «Cheeeese!» — улыбочка.

Видеокамера перемещается во фронт… И что мы видим?

Весёлый армейский оркестр — джаз-банд — усиленно «гремит басами». Половина с похмелья, половина не выспалась. Но, поскольку чуваки в основном профи, с «вышки», — для них эти трёхаккордовые военизированные гирлянды-марши — два пальца об асфальт.

Седовласый дирижёр-полковник, — с малиновым носом и бесцветным дружелюбным взглядом, — тот и вовсе может отмахать репертуар, будучи привязанным спиной к потолку. Опущенным в серную кислоту. Облитым бензином и подожжённым. Пылая неугасимым факелом страсти — воплощением советского бравура! И неутихающей эрекции от осторожно стучащихся в гримёрку вдовушек со скромным букетиком благодарных фиалок.

И выше, в кадре, — румяно-прекраснолицый краснознамённый хор с оттопыренными из-под фуражек ушами. Невероятно правильно и выразительно открывающий многоголосые холёные рты: «Хась-хась!»

Где «срочники» не чета контрактникам. Первые — бледноваты и прижимисты. Вторые — хитроваты и толстозады. С отдраенными до блеска пуговицами. Готовыми вмиг разлететься в тартарары при неаккуратном «неправильном» вздохе неприличных, до одури, животов. «Рюкзаков», по-армейски.

Посреди всего этого непотребства — лоска выспреннего тщеславия и вычурной военной выправки — видны жутко выпученные зенки донельзя вспотевшего, до тошноты, рыжего прапора. Похожего на пережаренный шашлык: не зря прозван «Копчёным»… Со ржавой гирей за спиной. Мечтающего только об одном.

Убить костюмера при первой возможности.