Все записи
15:03  /  17.10.19

9543просмотра

"Дети за забором" - беседы с детьми из детских домов

+T -
Поделиться:

Когда человек начинает погружаться в тему сиротства и общаться непосредственно с детьми в детском доме или приюте, пусть даже не каждый день, то через какое-то время его накрывает потоком боли, трагических историй и жестоких случайностей.

Кто-то уходит, не в силах выдержать это. А кто-то остается и пытается хоть чуть-чуть исправить мир для отдельно взятых ребят, до которых есть шанс дотянуться.Эти дети меняют представление о справедливости, вере, добре и зле.

 Мы публикуем выдержки из интервью и бесед с детьми, живущими в детских домах. Эти истории – зарисовки реальности  тысяч детей, оставшихся без родителей.

Алла, 13 лет.«У меня такая история была, я о ней очень жалею. Надо было молчать, а я нажаловалась. К нам пришла работать новая психолог. Очень классная, мы на все были готовы, только чтобы она с нами позанималась, поговорила, порисовала. Просто вот понимала нас и капец как за нас переживала. И, короче, она увидела, что я реву в коридоре. И увела меня в комнату, она так даже не спрашивала, а просто рядом сидела, ждала, пока я успокоюсь. И я ей рассказала, что воспиталка тетя Оля нашла у меня в тумбочке грязные трусы, я не стирала, а туда засовывала. И она так взбесилась, стала орать. Собрала нашу группу, это 12 девчонок. Всем было по фигу вообще-то, ну подумаешь, орет. А она надела мне трусы на голову и стала снимать на телефон. Все в принципе молчали, ну я плакать не хотела, но, понятно, заревела и тогда тетя Оля наконец отстала. Так всегда, если заплачешь, они быстрее отвязываются, но мы назло не плачем. И я все это рассказала той, психологу. Она обалдела, у нее такое лицо было, и она все время повторяла: «Алла, это ненормально, это ненормально». Она рассказала все директору, в тот же день. Директор с нами весь такой добренький был только при спонсорах, но орал, только если там бухал кто-то, вообще ему по фигу мы были. И он вызвал тетю Олю и уволил ее, орал как бешеный, что департамент и полиция и что воспитывать надо, но типа трусы на голову это перебор. И со мной весь этаж перестал разговаривать, потому что я стукачка и из-за меня тетю Олю уволили. Хотя ее все ненавидели. Я больше к этой психологу не ходила, и она потом ушла, мы ей бойкот такой устроили. Какая разница, другая воспиталка все равно будет орать, а эта уже нас знала, она ж нас не била, ничего такого».

 

Катя, 15 лет.«Нас особо никто не наказывает, а что они нам могут сделать? Кто совсем зарывается, не приходит вовремя или алкоголь приносит, тех предупреждают, и если не доходит, кладут в дурку, ну психиатрию. На 28 дней. Когда человек возвращается, – он «бобёр», так называют. С таким не разговаривают, не дотрагиваются, не едят за одним столом, не замечают. И чтобы «разбобриться», надо выпить шампунь. Да ничего такого, глоток можно просто сделать при всех, и нормально, сразу, короче, лучше. В смысле как? Да просто в комнате народ собирается, и пьешь шампунь. Ну, ты как чистый становишься. Если еще раз попадаешь, то это они уже вид тебе поставить отправляют. Это уже все, если ты с видом. Есть седьмой, восьмой. И они в «коррекционку» идут и такие тормозные становятся. Я с одним парнем дружу, ему вообще все лень было, и ему вид поставили, хотя он нормальный. И все от него отстали, с уроками там. Он рассказывал, что в больнице привязывают, и ты как ударенный ходишь. Я поэтому ничего особо не нарушаю, боюсь, что отправят».

Костя, 16 лет. «Когда был мелкий, старшаки играли в вышибалы, стоишь и нельзя голову закрывать, а они пытаются в лицо попасть мячом. Мяч летит, стремно очень, но если закрываешься, могут отпинать. А так лучше уже тебя вышибут, и все, гуляй. Девочек не трогали. А как жаловаться? Ну попали в тебя мячом, кто за такое накажет? Я никогда не бегал стучать, видел, что хуже потом. Мы с братом попали, он мне сразу сказал, если что, никому ничего не говорить. Он думал, что мама нас заберет, поэтому хотел без проблем просто переждать. Ну это 9 лет назад было. Нормально, зато можно было плакать, когда в нос попадут, вроде как ты от боли. А по правде из-за мамы. Ну, это давно было».

Арина, 14 лет.«К нам приходили волонтеры и фотографировали. Говорили, что надо сказать на камеру, что любишь, о чем мечтаешь. Они классные были, веселые и по-доброму относились. Я в первом классе ужасно старалась, чтобы они похвалили, не чтобы семью найти. Я вообще не помнила, что это такое, и уже привыкла в детском доме. И меня социальный педагог вызывает, говорит, что ко мне придет в гости женщина. Я думаю, какая женщина, ко мне никто в гости не приходил же никогда. И я на нее так тупо смотрю, а она нормальная тетка была, говорит, ты не строй из себя ничего, покажи комнату свою, спроси, почему вы пришли, представь, что это новая учительница и нужно просто с ней познакомиться. Я, конечно, уже представила, как у меня мама появится. Потом она пришла через несколько дней. Я такая выбежала сразу, рассказала всем, что ко мне в гости пришли. А оказалось, соцпед наша напутала, и она не ко мне хотела, а к Насте из второй группы. Ну, я ушла. Смешно, правда?»

Влад, 17 лет.«Я отличался от большинства ребят, с кем оказался. В приюте был в шоке. Все ругались матом, курили, занимались сексом, совсем малолетки. Мою маму сбила машина, у нас была очень хорошая семья. Отца не было, но я никогда не парился по этому поводу, он нас не бросал, ничего такого. Родители мамы уже умерли, бабушка, когда я был совсем маленький, а дедушка еще до моего рождения. Это все было ужасно. Я был взрослый, 15 лет, но один же я не мог жить, я понимал про закон. Мне дали вещи собрать, сказали, что я потом смогу зайти в квартиру, если что. Это все не сразу было. Похороны, это все с маминой работы делали люди, и ее подруги, они со мной были. Если честно, я все пытался выбить, чтобы дома остаться. Ну понятно, какой приют. Но опеку, все дела, никто не оформил на себя. Я не обижался, сейчас, когда больше знаю про все, как это делается, больше обижаюсь, ну реально, я даже не курю, могли там как-то в память о маме. Хотя я не знаю, мама бы вот взяла 15-летнего сына своей подруги? Получилось как получилось. В чем-то повезло – я мог остаться учиться в своей школе, теперь дети из детских домов учатся в обычных школах. Я замкнулся, ходил как псих, с маминым кольцом в сжатом кулаке. Меня не дергали, нормально было в этом плане. Но все равно втягиваешься, в систему врастаешь быстро. Я уже не хотел с одноклассниками тусоваться, им звонили родители, записывали на курсы, репетиторы, поступление. А так поговорить особо было не с кем, и еще все жалели вроде как. Мы с одним пацаном решили пойти в заброшку (*заброшенное/недостроенное здание). Побродить, не то что много было что делать. И там были плиты такие с кирпичом, короче, я упал по-тупому. Нога болела, но проблем не хотел. Доковылял до детского дома, лег спать. Утром встаю, нога вся опухла, болит страшно. Я пошел в медпункт. Отправили на рентген, оказалось перелом. А меня привезли и оставили. И меня повели гипс накладывать, я на одной ноге прыгал. Они гипс сделали, и медсестра говорит: «Ну все, можешь маме звонить, чтобы забирала». И я зарыдал, первый раз за год. Она мне чай дала и печенье свое из сумки. Никогда так не плакал, как тогда».

Артур, 12 лет.«Я все время ждал, когда подрасту. То есть, сначала я все время ждал, что мне родители найдутся. Но говорили, что я черный такой, что никому не сдался. Я им не говорил, но думал, типа есть же взрослые, у кого тоже волосы черные и кожа такая темная, как у меня, вот они и придут. Просто я загремел в психушку, вообще по дури, мы с окна на спор прыгали. Запалили меня и попал. И я думаю, там это где-то написали и поэтому ко мне знакомиться не приходили. И я стал ждать, что вырасту, чтобы полегче стало. Самое тупое было с супом – нам его нельзя было проливать. А столы шатались, и кто-то дернется, и все, лужа. А нянечка так орала и тряпкой своей вонючей по лицу била. А на тряпке куски каши, еще какой-то еды, липко, мерзко. И мы все, если проливался суп, быстро вытирали рукавами. И потом они были такие твердые и пахли, в стирку сразу нельзя было сдавать же, тоже бы орали. Я старался не дотрагиваться своей одеждой до лица. Но у старших такого нет, так что самое худшее – это мелким».

 

Фонд «Арифметика добра» осуществляет помощь в поиске замещающих семей для детей, оставшихся без попечения родителей. Поддержать нас можно по ссылке:  https://www.a-dobra.ru/ 

Беседовала: Вестфалл Маргарита