Все записи
12:38  /  28.10.19

410просмотров

Художник Антон Витковский: «Я говорящая земля, которая сама по себе ходит, и сама себя осознаёт»

+T -
Поделиться:

Большое интервью с Антоном Витковским — современным художником, который родился в Симферополе в 1985 году, а с 15 лет проживает в Нью Йорке, в Бруклине. Мы поговорили о том, откуда взялся племенной экспрессионизм, как устроен галерейный бизнес в Нью-Йорке и почему любовь — самое важное в жизни.

Антон, расскажи, как и когда ты переехал в Штаты?

Мой Батя выиграл гринкарту на всю семью, причём он даже не хотел её выигрывать. Так вышло. Он выиграл, мы переехали сюда. Мне кажется, мы даже не совсем понимали, что такое Америка тогда, это воспринималась как новая жизнь, не более.

Тяжело быть художником в Штатах?

Я никогда не хотел быть художником. У меня был негативный стереотип насчёт художников. Мне казалось, что это одни пьяницы, закутанные в шарф с беретиками — деграданты общества. Конечно, это навязанный стереотип.

Я учился на графического дизайнера — профессия, которая казалась мне более прогрессивной, но параллельно с этим, изучал историю искусства. Всю свою сознательную жизнь изучал историю людей от каменного века до сегодняшнего дня. Долгое время, 12 лет, работал фрилансером в графическом дизайне. Только благодаря провидению я стал художником, благодаря случаю, который заставил взглянуть на искусство по-иному. 

А какие-то околотворческие проекты были у тебя до того, как ты свернул окончательно на путь художника?

Мы с албанским приятелем открыли собственный бренд одежды, который назывался Vernato. Нас познакомили мамы. У меня мама работала в салоне красоты — подметала волосы, и его мама тоже работала там и тоже подметала волосы. Они обе были из посткоммунистических стран. В общем, они нас свели, и мы открыли бренд в 2009 году. Принты футболок — тема разных стран. А потом нас постиг фэйл. Мы поехали на выставку одежды Magic в Лас Вегасе, а наши футболки никто не купил. Нам показалось, что они были слишком заумными для американцев: авангард, супрематизм и ренессанс. Ребята, у которых были футболки аля «я и дурак», продали всё.

Как ты пришёл к племенному экспрессионизму?

Я сам создал этот стиль, потому что я не находил ничего подобного нигде, и я никак не мог понять, как назвать тот стиль, в котором я писал картины. Мне казалось, что со мной что-то не так, если моё искусство не вписывается в рамки уже существующих стилей. Экспрессионизм родился в 19 веке, Мунк со своим криком, например. В 20 веке это был кубизм, супрематизм, много чего там было. Потом появился неоэкспрессионизм. Ввиду того что я всю жизнь изучал историю искусства, мне очень всегда нравились петроглифы, наскальные рисунки. Древнее искусство меня всегда приводило в экстаз, и я хотел сделать его современным и вернуть моду на него. 

Какой посыл твоего искусства, что ты хочешь донести до людей?

Все люди жили в пещерах и лесах, абсолютно все на любом континенте. Я хотел сделать визуальный язык, который бы понимали все люди на планете. В основе находился примитивный изобразительный язык доисторических людей. Я изучал доисторические рисунки и петроглифы, искусство античности.  У людей, несмотря на разность культур, много общего. Люди используют одни и те же орнаменты и символы. Я смешал знания с метафизическим искусством. Мне хочется напоминать людям то, что они люди, а не машины. Мы — это земля, вода, камни, палки — природа!  А Илон Маск хочет всем вогнать компьютер в мозг и сделать киборгами, чтобы рекламу впаривать прямо в мозг, как в ютубе. 

Определённым образом земля говорит через меня. Я это земля, моё тело вышло из земли и туда же уйдёт. По сути, я говорящая земля, которая сама по себе ходит, и сама себя осознаёт. Мысли, которые приходят к нам в голову, — не продукты нашего мышления, это радиоволны, а мы приёмники этих мыслей. И все мысли хотят быть, а я могу позволить им быть или нет.

А что насчёт твоих 3D работ, какая концепция?

Я понял в один момент, что всё хочет быть, причём всегда. В любой поверхности — искусство. Во всём — искусство: в тебе, во мне, вот тут и там. И всё что нужно сделать — его подчеркнуть, потому что оно там априори уже сидит, Мне жизни не хватит его из всего доставать. Поэтому я очень избирателен. 

Сначала мои работы были только 2D, затем мне начало всё больше казаться, что они хотят оттуда вылезти и я им начал помогать. Суть в том, чтобы они вылезали вот настолько, не больше (показывает высоту). Если соблюдать высоту, то это одновременно будет и картина, и скульптура. 

Я знаю, что ты был в Провансе. Расскажи, что ты там выставляешь?

Да, там выставлено более 67 работ, коллекция за 3 года — эволюция моего мышления. Там и 2D, 3D, и метафизика, и стену даже расписал. Выставка будет длиться 3 месяца. Мне очень нравится выставляться в Провансе.

Почему?

Мне нравится, что в Провансе мои выставки проходят в небольших городах. В больших городах есть засорённость от современного коммерческого искусства: одни художники клонируют то, что покупается у других художников, чтобы самим побольше продать. Получается, что ты видишь одно и то же. 

А как же выставки в Нью-Йорке?

В том месте, где мы сейчас, в Бушвике, живёт около 6 тысяч артистов. Под словом артист я имею в виду не только художников, но и танцоров, режиссёров и всех, кто сопричастен так или иначе к искусству. Бруклин, Бушвик — центр современного искусства в мире, здесь есть условия для богемной жизни. В США нет более активного города, чем Нью-Йорк. В Лос Анджелесе — большие расстояния, в столице не до этого и только в Нью-Йорк есть условия для создания среды искусства и также богатая история создания её. Нью Йорк побеждает и Париж, и Лондон по количеству галерей и вовлечённости людей в искусство.

Возвращаясь к вопросу, в Нью-Йорке галереи часто зарабатывают деньги на художниках. Не на картинах, а на художниках, потому что всем надо платить аренду, а молодых художников тысячи. Создаётся ситуация, что галереи используют наивных молодых артистов, у которых есть стереотипная мечта: приехать и выставиться в Нью-Йорке. Галереям важно получить деньги за аренду помещения, но они не особо заинтересованы продавать работы художников, очень часто им всё равно. Бывают выставки, где и покупателей-то особо нет, сами художники платят за возможность выставить свои работы, и продают билеты на эту выставку своим друзьям и родственникам. В Нью-Йорке полно мест, которые готовы выставлять кого угодно и что угодно за деньги, но нет никаких гарантий, что работы кто-то купит или оценит. То есть ты можешь выставиться в центре Манхеттена за деньги, но писать это в резюме — моветон. Это просто ярмарка тщеславия. У меня, конечно, проходят здесь выставки: в Гарлеме висят 20 картин, в Бушвике — 10, ещё где-то тоже есть. 

У ньюйоркцев уже замылен глаз. Чтобы достичь здесь своего покупателя, надо чуть ли не из «штанов выпрыгнуть». Писать просто картины уже не катит, нужно создавать опыт. И с опытом надо реально заморочиться. Это должна быть и музыка, и текст, и визуальная составляющая. Потому что всё, старые методы своё отжили и остались в прошлом, в 20 веке. 

Что такое художник, на твой взгляд?

Изначально я думал, что художник — это холст, краски и рисунок. Что-то простенькое. Я не знал, что это настолько метафизический опыт. В итоге мы получаем очень эзотерическую штуку. Я скептик, я не верю в потусторонние штуки. Но когда ты пишешь картины, ты чувствуешь, что через тебя идёт энергия, ты позволяешь ей быть. И она метафизическая, то есть ты можешь её почувствовать, но видеть её не можешь. Здесь есть общая связь с творцом, с Богом. Когда ты что-то создаёшь, то ты сам — творец, а если ты сам творец, то ты часть Бога. Все эти энергии, которые через тебя проходят используют тебя как трубу, канал, чтобы выходить из небытия в бытие. Потому что все эти мысли и энергии находятся в пустоте изначально. Я пришёл к тому, что пустота, тёмная энергия космоса — наша родная мать. Пустота существует, чтобы быть чем-то заполненной. Без небытия нет бытия. Без пустоты нет заполненности. Энергия земли использует моё тело, чтобы само выражаться и быть. Переход из небытия в бытие — главная цель метафизических вещей.

Какой твой месседж?

Мой месседж — месседж земли. Через определённый опыт мне стало доступна определённая информация, которую я стремлюсь донести и выразить через искусство. Несмотря на то, что я жёсткий скептик, что я рос в СССР и у меня были деревянные игрушки, я ощущаю, знаю и верю в метафизические процессы в искусстве. Основная идея — все живые и неживые существа едины, время выдумано, границ не существует. Все мы часть земли, которая, в свою очередь, является частью вселенной, и мы все — единый большой организм. Каждого из нас любит и принимает земля, она всем всё даёт каждый день — безусловная любовь. Если видеть во всём любовь и безусловное принятие, то она будет увеличиваться в твоей жизни в сто крат. И ты будешь знать, что о тебе заботятся. Всё движется, мы течём, а не ходим, все предметы не статичны, через нас ежедневно протекает тысячи потоков. Вокруг нас очень много любви, несмотря на всё безумие, что происходит в мире.