Все записи
20:28  /  23.12.19

1062просмотра

«Так получилось, что моя семья сталкивалась с темой домашнего насилия, но я единственная женщина, которая ему не подвергалась»

+T -
Поделиться:

Домашнему насилию подвергаются люди вне зависимости от гендера, возраста и статуса. Вы сидите в одном вагоне метро или за соседним столиком в кафе как с жертвой, так и с насильником — и не знаете, что человек нуждается в помощи. В России не разговаривают на тему бытовых издевательств — интимно, стыдно и больно. Российский менталитет законсервировался: в стране обсуждается принятие законопроекта о защите жертв домашнего насилия только в конце 2019 года. В Германии закон приняли 20 лет назад, в Великобритании и Испании — в 2004 году.

Анастасией Кшистов — молодая художница, которая посвятила серию картин теме бытового насилия. Настя рассказала, как тема феминизма и домашнего насилия естественным образом перекликаются и почему стоит привлекать внимание к проблеме абьюза в семьях.

Расскажи о себе, как ты стала художником?

Мой опыт в живописи довольно обрывочный и странный. Что-то я пробовала ещё несколько лет назад, но это были необдуманные, небрежные, импульсивные попытки. На тот момент я всё забросила и вернулась к живописи только спустя несколько лет. Я написала несколько небольших работ, выложила их в паблик, и таким образом, познакомилась с другими художниками из Москвы. Возникло понимание того, что я художница. Хотя поначалу было неловко себе в этом признаться — слишком громко. Сейчас это естественно, гармонично. Я обрела комьюнити и возможность развиваться в среде единомышленников, крутых ребят из Dordor Gallery. Это очень мотивирует.

Тебе близка тема феминизма в искусстве?

Я считаю, что феминизм важен для всех современных женщин, которые развиваются, думают о себе и своей жизни, о собственном будущем и будущем дочерей. Если мы хотим чувствовать себя уверенно и защищено, мы должны хотя бы интересоваться темой. Я не говорю о радикальных проявлениях или активной борьбе, но ведь можно хотя бы анализировать ситуацию.К сожалению, наша (и не только) культура пропитана шовинизмом практически на всех уровнях. Я использую искусство как инструмент, который помогает поднимать данную тему; заставлять зрителя думать, размышлять над проблемой, задавать себе вопросы и, возможно, находить ответы.

Как думаешь, тема феминизма перекликается с темой домашнего насилия?

Домашнее насилие — проблема, которая затрагивает как женщин, так и мужчин. Домашнее насилие касается не только женщин. С ним сталкиваются члены семьи вне зависимости от гендера. Насилию подвергаются супруги, дети, родители. Но если, например, применение силы к родителям порицается на всех уровнях, то стукнуть жену — в принципе, нормально, если обосновать тем, что «есть за что».

Почему важно поднимать эти темы в обществе, привлекать СМИ?

С целью заставить людей подумать, осознать, что это глобальная проблема для осмысления. Когда я работала над серией, рассказывала о ней людям, то среди подруг оказались девушки, которые подвергались домашнему насилию. Об этом не принято рассказывать — слишком интимно. Но, когда понимаешь, что не одна, то становится легче просить о помощи, сказать о проблеме вслух.

Физическое насилие сопровождается психологическим. А последнее наиболее коварно, чем первое. Оно меняет не только физически, оно трансформирует психологически. Заставляет чувствовать себя иначе: виноватой и уязвимой. Отношение к себе и окружающему миру становится нездоровым. К своему огромному сожалению меня окружает множество людей, сломленных под воздействием психологического насилия. Если начать говорить на эту тему, то осознаёшь, что это происходит сплошь и рядом. Конечно, большая часть таких примеров — женщины. Это не значит, что домашнее насилие — исключительно женская проблема. Думаю, мужчины, которые столкнулись с ним, более закрыты и не готовы обсуждать проблему опять же в силу традиционного шовинизма.

Твоя серия картин, которая состоит из 3 работ, посвящена теме домашнего насилия, расскажи подробнее о каждой картине.

Серия посвящена проблеме домашнему насилию. Она посвящена больше психологическому аспекту: отношение жертвы к самой себе и к ситуации. О том, что жертва, оказавшись в такой ситуации, обвиняет саму себя. Ключ к пониманию работ — популярные фразы-маркеры, которые все слышали. 

На первой работе написано: «не уходи, пожалуйста». После того как я написала её, я познакомилась с девушкой, которая посмотрела на неё и чуть не заплакала. Она сказала, что очень похожая ситуация случилась несколько месяцев назад. Она стояла в такой же позе, как женщина на картине, с разбитым лицом и произносила фразу человеку, который избил её. Собственно, тут понятно, что речь идёт о полном подавлении личности через физическое и психологическое насилие, через унижение. Ты чувствуешь себя виноватым там, где твой вины нет и не может быть в принципе. 

 

На второй работе написано «я больше так не буду». Эту фразу произносят дети, которых постоянно ругают и бьют за разбитую посуду, например, за порванные штаны, за любую глупость, которая является частью взросления. 

Третья работа с беременной женщиной и надписью «сама виновата» — классический пример перекладывания ответственности. Мне хотелось показать, при каких ужасных обстоятельствах фраза произносится и для многих может быть уместной. Такая формулировка оправдывает любые действие, которые совершены в сторону жертвы.

 

Все три картины написаны в стиле традиционного русского быта. На первых двух — ковры, на третьей работе изображена любимая всеми кружка «любимому мужу».

Почему тебе близка эта тема?

Так получилось, что моя семья сталкивалась с темой домашнего насилия, но я единственная женщина, которая ему не подвергалась. Не знаю в чём причина, в особом отношении или в том, что я была ещё совсем маленькой? Я ещё не ходила в школу, когда мама ушла от отца.

Расскажешь?

В детстве всегда казалось, что папа на твоей стороне больше, чем мама. Потому что он всё разрешал, особенно когда выпьет. Он покончил с собой, когда мне было 10, но о том, что это был суицид я узнала только в 18 от дочери маминой подруги. У меня ушло много времени, чтобы проработать информацию. Долгое время он был для меня мучеником. Но теперь, после того, что мне начала рассказывать мама, я всё ещё не знаю, как мне стоит к нему относиться.

Моя мама уходила дважды от отца. И когда она уходила в первый раз, она уже знала, что делает это навсегда. Это случилась, когда отец ударил мою сестру-подростка. 

У отца было ружьё, и он угрожал маме убить её. Она переживала, что когда-нибудь он напьётся и так и поступит. Она вернулась к нему, чтобы убедить продать ружье, из которого он мог бы её застрелить. Как только он продал, она опять от него ушла. Мама рассказала мне эту историю, спустя 20 лет, а отца в живых нет уже 17 лет. Я представить не могу, что испытывает женщина, которая должна с детьми вернуться к человеку, который угрожает убийством и поднимает руку на неё и ребёнка. Что она должна была испытывать, делая вид, что всё в порядке и спать в одной постели. Я восхищаюсь психологическим здоровьем и стойкостью своей матери.

Будешь пополнять серию новыми работами?

На данный момент я приостановила серию, потому что писать её тяжело эмоционально. Но я не исключаю и того, что продолжу работу в будущем. Ведь, к сожалению, тема домашнего насилия будет жива ещё очень долго в том или ином виде.