Все записи
11:13  /  3.02.20

454просмотра

Экспрессия голых кричащих тел и чувственный опыт с закрытыми глазами на фестивале Трансформатора

+T -
Поделиться:

«Всем понятно, что секс — это не комбинация из банальных движений и рутинных ощущений», — так начинается описание фестиваля «Секс как утопия» от ЦТИ Трансформатор, который прошёл перед Новым годом, 28 декабря, на площадке «8/3» союза независимых театров. Комиссар Трансформатора — Всеволод Лисовский, продюсер фестиваля — Марина Карлышева. Название фестиваля, которое не подразумевает скрытых смыслов и подтекстов, говорит само за себя, — всё прямолинейно и максимально открыто. Несмотря на это, на протяжении вечера у зрителя происходит непрерывная внутренняя работа на тему эротизма, сексуальности, отношений.

Всеволод Лисовский, фото: Артём Плаксин

Всеволод Лисовский, фото: Артём Плаксин

В рамках фестиваля сыграли 2 спектакля: «Вакханки» и «Секс как утопия». Вакханки предстали перед зрителями пятнадцатью обнажёнными женщинами. Для мужских ролей одежда также не предполагалась. Второй спектакль оказался исключительным перформативным тактильным исследованием на ощупь, в котором зритель принимал непосредственное участие. Третий спектакль «Сетевая Опера: Сашка, покажи сиськи!» отменили по состоянию здоровья актрисы и режиссёра постановки, Александры Пятковой.

Вакханки

«Когда голых тел много, они перестают работать как сексуальный объект. Никто же не возбуждается в бане». © Всеволод Лисовский

Сцена из спектакля «Вакханки», фото: Артём Плаксин

Сцена из спектакля «Вакханки», фото: Артём Плаксин

«Вакханки», трагедия Еврипида в прочтении Всеволода Лисовского, комиссара спектакля, были созданы в рамках проекта «Молчание классиков» — эксперимент, где классические пьесы играют молча, без слов. В «Вакханках» Лисовский пошёл дальше, он лишил актёров не только слов, но и одежды. «Отсутствие одежды, как и отсутствие слов по идее должно освобождать от социально-культурного давления», — Лисовский. Премьера спектакля состоялась на сцене Тетр.doc 29 мая 2016 года.

В спектакле не используют декораций: меняются лишь актёры мужского пола, которые входят и выходят через дверь за сцену, вакханки практически всегда в полном составе остаются в поле зрения зрителя. Если присутствующие в зале забыли о чём поэма, то на экране за спинами актёров запущен оригинальный текст.

В центре спектакля по-прежнему находится обида Вакха на Панфея — сына Агавы и нового царя Фив. Панфей, в отличие от предыдущего царя и собственного деда, Кадма, не признаёт божественное начало в Дионисе. 

Молодой человек видит обман и разврат в экстатическом культе Вакха. Вакханки на протяжении всего спектакля защищают Диониса: они яростно бьют мужчин, особенно Панфея, которые хотят приблизиться к богу или как-то ему навредить. На зрителя буквально обрушивается бушующая женская энергия, кажется, что преданные при помощи божественного наваждения служительницы, готовы уничтожить любую угрозу. 

К середине спектакля в зрительном зале становится душно, немного жарко и слышен запах пота — накал страстей достигает своего максимума. Ближе к концу, когда Агава, главная вакханка, по ошибке в исступлении убивает сына вместо льва, напряжение спадает. Актёры тяжело дышат, мужские тела покрыты ссадинами и красными пятнами, которые обязательно превратятся в синяки на следующий день.

Анна, перформер: «Каждый раз, когда оказываюсь на сцене в Вакханках, отказываясь от одежды, я чувствую ощущение полной свободы и естественности. Переживаю очень сильные эмоции, которые тяжело описать словами. Во мне открывается какая-то сила и стихия, ядерная сексуальная энергетика».

Анонимно, перформер: «Выход на сцену без одежды для актёра — это ещё один акт инициации в профессию. Если такова задача, поставленная режиссёром, то ты просто выходишь на сцену в костюме, который называется "отсутствие одежды", и никакой проблемы в этом нет. Что же касается личных переживаний, то, конечно, это очень волнительно в первый раз, и в не первый тоже — всё равно переживаешь, как ты выглядишь, нет ли в зале знакомых, а если нет, то не осудят ли тебя незнакомые за то, что показываешься перед ними в таком виде. Но для меня в "Вакханках" куда более интимным актом является взаимодействие с другими артистками и артистами, особенно взгляд в глаза во время исполнения динамической импровизации».

Сергей, перформер: «Когда я выхожу обнажённым на сцену, я как будто, наоборот, вхожу в свою зону комфорта. Я чувствую себя таким, какой я есть, это моё естественное состояние. Напрягает лишь одно: что кто-то может без спроса выложить твоё голое фото или видео в интернет».

Секс как утопия

В спектакле секс рассматривается как «занятие, не имеющее каких-либо целей, кроме получения чувства удовольствия». Идея перформативного спектакля принадлежит комиссару Трансформатора, Всеволоду Лисовскому, продюсером выступает Марина Карлышева, текст читали Лисовский и Коля Ноекёльн. Уникальность сенситивного действия в том, что каждый зритель — непосредственный участник, который сам решает, какой опыт по интенсивности он получит.

Перед тем как попасть в зал, зрителей предупреждают, что на глаза необходимо надеть маски. В пространстве выключен свет, стулья расставлены вразнобой, актёры облачены в длинные накидки, которые скрывают их лица. Кроме масок, каждому участнику выдают светящиеся в темноте метки, их следует наклеить на ту часть тела, которую вы хотите, чтобы ласкали. Метки можно переклеивать, но зрителям оговаривают, что право выбора взаимодействовать или нет с помеченным местом, остаётся за перформерами. 

Начинается эксперимент: зрители наклеили метки, опустили маски на глаза и замерли в ожидании. Ты сидишь в полной темноте, сгорая от любопытства: будут ли тебя нежить в то место, куда ты наклеил стикер, только ли девушки-актрисы участвуют в перформансе, что они сами ощущают? Наконец, к тебе подходит первый человек и всё тело покрывается мурашками, мозг на несколько секунд отключается, параллельно читают эротический текст. Всё действие длится примерно час, но послевкусие — гораздо дольше.  

Анна, перформер: «В “Сексе как утопия” чувствую полную раскрепощённость и являюсь своего рода проводником. Когда целую и ласкаю, чувствую, что люди раскрепощаются вокруг меня. Испытываю сексуальное влечение и передаю, в свою очередь, желание другим людям».

Наталья, перформер: «Ощущаю власть, прежде всего. Хочу — поцелую, хочу — укушу. Ощущения сильно зависят от конкретного зрителя. Если вижу знакомого и приятного мне человека, чувствую нежность и озорство одновременно: а нарушу-ка я сейчас нашу дружескую связь ноткой эротизма. Ведь в дружбе так много скрытой эротики, пусть она выйдет на поверхность. А если незнакомые, в зависимости от физической привлекательности для меня и от их собственного отклика на моё присутствие. С теми, кто явно получает положительные эмоции, и я немножко кайфую. С девушками особенно. Приятно исследовать их границы допустимого». 

Марина, перформер: «Это невероятный опыт. Ты обнажена и всё под твоим контролем. Есть лишь одно правило: если говорят “мне не нравится” — ты останавливаешься. Приятно видеть, как люди вздрагивают от возбуждения и покрываются мурашками. Такой групповой секс без секса».