Все записи
12:49  /  30.03.21

2380просмотров

Vodka – connecting people

+T -
Поделиться:

В ресторанном мире нет монархий, но есть короли. Ложные и подлинные. Порой не разберешь, ху из ху.

Один сочится роскошью, глянцем, ведет себе капризно и с гонором. Ну, прям по-королевски. А другой – живет в полуразвалившемся гараже, пользуется стареньким кнопочным телефоном и не знает что такое e-mail.

Первый считает себя королем перуанской кухни в Лондоне. Второго – считают королем перуанской кухни в Мире.

Первый – боролся за трон и накачивал свой личный бренд глянцем силикона и ботоксом PR . Второй – просто всю жизнь занимался любимым делом. За это его «короновала» публика.

Первый – сначала был на бегу, а теперь в бегах. Второй – спит спокойно, ибо совесть его чиста, а репутация кристальна.

Первый – вовсе никакой не первый. Второй – тоже не первый. Потому что он такой один.

Мартин Моралес и Хавьер Вонг. Два громких имени. Одно громко прозвеневшее, но пустое. Второе – громовое!

Мартин Моралес хоть и тезка Рики Мартина, но его обаяния не имеет. Владелец крупной сети ресторанной перуанской кухни, однажды он почтил визитом и наш первый лондонский ресторан.

Пришел, воткнул в севиче. С брезгливой гримасой откусил нанокусочек. Сглотнул будто подступившую тошноту. Отодвинул тарелку и лицемерно улыбнулся. Вот и познакомились.

Соревноваться с ним мы и не помышляли.

Он везде и всюду расхваливал свою приверженность канонам и традициям Перуанщины, а мы день за днем пытались сочинить и воплотить уютный ресторан, в котором перуанская кухня будет переведена на желания и вкусы британской столицы.

Нам не хотелось подтягивать публику до планки заветов Перу. Нашей целью было приблизить два полярных мира, открытых и любопытных друг другу.

Мы создали заведение с меню, вдохновленным перуанской едой в атмосфере уюта и комфорта, столь ценимого англичанами. Как показала жизнь и успешное масштабирование, мы не прогадали.

Поставив в центр не еду, а человека, мы победили.

Эта покоренная высота помогает нам и по сей день. Черный день второго лондонского локдауна васаби знает какой волны пандемии…

Ресторан питает людей, но сам он питается вдохновением его создателей. Именно за ним, за новыми идеями я и приезжаю периодически в Перу. И никогда не уезжаю оттуда с пустой головой.

В свои первые визиты туда я слышал о культовом Хавьере Вонге, в чье заведение на 5-6 столиков открыта запись на полгода вперед.

Недосягаемый и непререкаемый авторитет, не пустивший однажды какого-то видного политического деятеля в свой ресторан, по очень простой причине: чувак, ездивший в бронированном авто, не забронировал столик.

Вонг – потомок китайских эмигрантов, человек с мятежным характером, который не укротила даже военная школа (откуда он был исключен через месяц после поступления), полицейский репортер и рекламист, подбитый кризисом, он решил использовать старый гараж для продажи обедов рабочим на фабриках.

Ему было 28, и он никогда не стоял у плиты. Спустя несколько лет и километров «сарафана» The Guardian признала его лучшим мастером по приготовлению севиче в мире.

Я и не помышлял о встрече с ним…

Но однажды в Лиме я встретил в баре давнего приятеля Джанкарло Назалио. Обменявшись новостями и сплетнями из хореканского мира ( HoReCa – гостинично-ресторанная индустрия), Джанкарло вдруг выстрелил в меня вопросом: «Ты привез русскую водку?»

Как у персонажей Жванецкого, «у меня с собой было» и отпираться я не стал.

«Отлично, завтра познакомлю тебя с Хавьером. Расскажешь ему про Путина. Посидим, поболтаем. Не пожалеешь. - С Бардемом? - С Вонгом, дружище. Прям сейчас и позвоню ему».

У меня даже дыхание перехватило, когда Джанкарло включил громкую связь, и я услышал голос легенды. Ну, это как дозвониться хореканскому божеству и получить «проходку» в гастрорай. Так оно и было.

Перуанский гастрорай имел вид старого гаража, в котором Хавьерсито (так дружески называл его Джанкарло) принимал нас как дорогих гостей.

У меня было впечатление, что мы давным-давно знакомы с Вонгом, потому что никакой дистанции между нами он не обозначил. Мы пили, курили, болтали и шутили несколько часов. Мы втроем и полсотни селебрити на фото на стене в его гараже.

Обстановочка сродни столовке в Адлере. Тотальный пластик, пара салфеток и солонка на столе. Единственный туалет прямо в пространстве кухни.

Чую у санинспектора случился бы инфаркт, если бы он увидел все это. Но Вонга оберегают на государственном уровне. Он мировая знаменитость и может позволить себе все.

Тем более что после того, как самые взыскательные гости пробуют его блюда, у них не остается никаких замечаний и сомнений. Да и слов для описания восторга тоже не остается.

Один из американских губеров, побывавших во владениях Вонга, настолько зафанател от него, что, вернувшись в США, решил ввести в календарь своего штата новый праздник – День Хавьера Вонга.

Раз в год за Вонгом прилетает частный джет и привозит его в США.

Это единственный случай, когда он позволяет себе удалиться от дома. Мир его не интересует, потому что его кухня – и есть маленькая модель мира, которую ему не наскучит познавать и преображать.

На память о встрече я сделал фото с Вонгом и Джанкарло на свой айфон. И, конечно, я не удержался и разместил это фото на своей странице в инстаграм.

Мог ли я подумать тогда, какой приступ желчеизвержения это вызовет у Мартина Моралеса, много раз пытавшегося задружиться с легендой, но безуспешно.

Клянусь вам, вдохновения, которое я получил от общения с Хавьером, мне хватило на месяц. Я был, как энерджайзер, и искрил позитивом. Именно тогда я и задумал открыть второе заведение нашей семье Pachamama East , в котором перуанские мотивы встретились и влюбились в китайскую кухню.

Так родилась новая гастросимфония.

Мне ужасно хотелось хотя бы как-то отблагодарить его, но я ничего не могу придумать. Вонгу как Якубовичу на «Поле чудес» привозят массу уникальных подарков и редкостей. Его ничем не удивить.

Осознав это и отбросив все притязания на оригинальность, я попросил Джанкарло передать ему лично в руки бутылку водки и наше совместное фото в красивой рамке, которую я подобрал в одной из лондонских багетных мастерских.

Когда через пару недель я услышал в трубке знакомый голос Вонга, я обалдел, и чуть не поперхнулся, снимая пробу с ломо сальтадо на кухне своего ресторана. Мне позвонил сам Вонг и сердечно благодарил за подарок, который доставил тепло и радость его душе.

Речь не про водку, а про фото. Фото, на котором отразился день, когда нам троим было так душевно, легко и весело. Он повесил его, отправив в корзину фотку с каким-то надутым министром.

И потом, когда я еще пару раз бывал у Вонга в гостях, получив прозвище «локо руссо», мне было чертовски приятно лицезреть нас троих на его стене славы.

Не умолчу и о том, что Вонг стал рекомендовать гостям мое заведение. Мол, если будете в Лондоне и захотите отведать перуанских гастроэмоций, то вот вам адресок.

Все потому, что он убедился, что гастрономия для меня не просто бизнес, и к кухне Перу я обратился не случайно. Точнее, обратился в нее, как в веру.

По сути, я амбассадор этой кулинарной традиции и не раз гастролировал с лекциями, рассказывая о том, как правильно адаптировать и предлагать гостям самые знаменитые блюда Перу.

Про Вонга я написал в своей книге , а про Мартинеса я и думать забыл, да только его су-шефы то и дело напрашивались на работу в мой ресторан. И поток этот не иссякал.

Меня удивляло, что люди, работавшие с таким звездным ресторатором, долго не задерживались у него. И не потому, что их профессионализм хромал (их бы не наняли), а потому что, они не были довольны атмосферой и отношением к себе босса, который думает не об общем деле, а только о себе.

Так они говорили мне на собеседовании. И я почему-то склонен им верить.

А потом Вонгу присудили крутую лондонскую гастропремию. На церемонию он не приехал, ему всегда было плевать на фантики и мишуру.

И тогда на сцену поднялся Мартинес и заявил, что лично доставит награду своему «близкому другу» Хавьеру. Мартинес и впрямь отправился в Лиму с десятком журналистов, которые должны были запечатлеть этот торжественный момент и обеспечить тем самым мощный PR (а)Моралесу.

Хавьер потом рассказывал мне, как его взбесила вся эта история и шумиха. Его бесит, когда люди набиваются ему в друзья и когда без спроса принимают решения от его имени.

Он не хотел принимать эту премию, но его буквально вынудили сделать это. Когда журналисты разошлись, и Мартинес хотел обсудить с Хавьером потенциальное (выгодное ему) сотрудничество, тот красноречивым взглядом выставил его за дверь.

Самопиар и ушлый вась-вась без мыла – в общем, дело простительное и распространенное. Но, надо же и совесть иметь, как говорилось в сказке про Золушку.

Отправляя фото Вонгу, у меня не было задней мысли, у меня была лишь мысль о том, чтобы порадовать человека, подарившего радость мне.

Я был искренен и чист, как содержимое бутыля, отправленного из Москвы в Лиму от всего сердца.

Хавьер очень закрытый, сложный и прозорливый человек. Он моментально чувствует неискренность и корыстный интерес.

Он не ошибся в Моралесе, которого сегодня разыскивают налоговики и поставщики продукции.

Его ресторанная сеть осыпалась и объявила себя банкротом. Сейчас она находится во владении банка, которому он крупно задолжал. Сам он скрывается, и никто не знает где.

«Увидишь Моралеса, звякни», – сказал мне как-то наш общий поставщик специй. По-моему, он хочет задать ему пару вопросов. И перцу !

Видео «В гостях у гастробога перуанской кухни - В гостях у Вонга»

Кстати, о ломо сальтадо

Бек Нарзи

Telegram-канал

Instagram

Clubhouse @bek_narzi