Все записи
15:49  /  27.04.21

623просмотра

Государство и EdTech: пришло время сотрудничества?

+T -
Поделиться:

В предыдущие столетия перед государством не раз вставала задача по созданию масштабных проектов, внедряющих определенные принципы в образовании. С петровских времен производились попытки создать базу для массового начального образования. После революции, в 1919 году, был принят декрет о ликвидации безграмотности среди населения РСФСР, а также в дальнейшие годы государство способствовало росту численности студентов в высших профессиональных учебных заведениях. Каждый раз такие проекты были связаны с потребностью преобразования экономики страны. На сегодняшний день мы столкнулись с задачей такого же общегосударственного масштаба — необходимостью цифровой трансформации образования.

Одна из самых острых проблем EdTech-компаний во всем мире — нежелание школ и университетов устанавливать с ними сотрудничество. Новая реальность, связанная с пандемией, заострила этот вопрос — очевидно, что онлайн будет оставаться неотъемлемой частью образования. Однако школы и вузы не справляются с цифровизацией процессов обучения. Государство в России при этом считает, что в целом оно справилось с этой чрезвычайной задачей во время эпидемии, при этом 60% преподавателей, участвовавших в опросе для доклада «Уроки “стресс-теста”: вузы в условиях пандемии и после нее», сомневаются в качестве онлайн-образования. Родители школьников также им недовольны: в начале ноября 2020 года в Москве прошел митинг, инициированный движением «Родители России», с требованием отменить дистанционное обучение. Можно по-разному относиться к такого рода мероприятиям, однако критика родителями сложившейся ситуации кажется справедливой — она направлена в том числе и на плохую работу платформы МЭШ, а также на необходимость проводить за компьютером по 9 часов в день, что сказывается на детском здоровье. Это показывает: в одиночку государство не справилось с задачей цифровизации образования, ввиду разных причин. Все инициативы внедрялись централизованно и в короткие сроки — это приводило к техническим сбоям. Учителя и преподаватели вузов были и остаются неподготовленными к цифровым формам обучения, им не знакомы альтернативные форматы преподавания и приложения для обучения.

Несмотря на то, что государство уже давно говорит о цифровизации, этот принцип до 2020 года в сущности носил декларативный характер. И образование в России только начинает этот путь. С нашей точки зрения, одна из проблем состоит в том, что государство и Edtech-бизнес не вступают в сотрудничество. На данный момент наблюдается ситуация двух параллельных миров, о чем свидетельствует тот факт, что в числе задач нацпроекта «Образование» — создание современной и безопасной цифровой образовательной среды, при этом ничего не сказано о роли бизнеса в этом процессе.

Реальность выглядит следующим образом: EdTech не имеет права давать такое образование, которое легитимировано государством, а государство не обладает теми техническими решениями, которые есть у EdTech. При этом российский рынок EdTech стремительно растет: в исследовании цифровых образовательных технологий, проведенном Интерфакс, прогнозировался рост объема рынка до 60 млрд рублей за 2020 год. Это означает, что в коммерческой индустрии происходят активные исследования и разработки образовательных технологий, в том числе благодаря конкуренции и методу проб и ошибок появляется всё больше и больше качественных образовательных продуктов. Государство уступает этим темпам.

Если государство ставит цель цифровизировать образование, оно не может обходится без интеграции с EdTech-бизнесом. В мире уже есть примеры удачного сотрудничества, где государственные программы стали подспорьем для интенсивного развития цифровых образовательных технологий. Например, кампания Digital India, инициированная в 2015 году, по словам предпринимателей, стала поддержкой для их компаний, создав благоприятное поле для развития технологических продуктов посредством увеличения доступа к технологиям среди населения, в том числе в учебных заведениях, а также государство внедряет экзаменационные системы на базе искусственного интеллекта. В 2020 году размер инвестиций в EdTech-компании в Индии вырос в 4 раза по сравнению с 2019 годом и составил 1,5 миллиарда долларов.

Другим примером служит Китай, чья государственная политика в области образования и развития технологий — причина того, что страна стала одним из мировых лидеров в области EdTech. Это произошло благодаря государственным планам по перестройке образования с фокусом на трудоустройство и модернизациию образовательных технологий. Государство поддерживает развитие MOOC Times Building — инкубатора EdTech-проектов, который располагается в китайской «кремниевой долине» Чжунгуаньцунь. В EdTech-стартапы делаются большие государственные инвестиции: к 2020 году планировалось вложить 30 млрд долларов.

Таким образом, мы видим, насколько сотрудничество государства и частного сектора в области образовательных технологий позволяет более эффективно решать назревшие в образовании проблемы. Государство должно перестать дистанцироваться от EdTech-бизнеса, однако вмешательство не следует строить с точки зрения ограничивающего регулирования — например, посредством законопроекта о поправках в закон «Об образовании», направленного на регулирование международного сотрудничества образовательных проектов и просветительской деятельности — т.е. на ограничение работы лекториев, летних и зимних школ, курсов, фестивалей. Это печально и создает дополнительные бюрократические и идеологические препятствия для работ организаций. Как мы видим плодотворное сотрудничество государства и EdTech-бизнеса?

I. Создание экосистемы.

Государство в силах стать посредником для создания единой экосистемы с соответствующим правовым полем, где наравне будут присутствовать дошкольные учреждения, школы, вузы и Edtech-проекты. Подобная правовая система уже существует в США, где онлайн-колледжи и университеты получают образовательную аккредитацию. Организации, которые проводят аккредитацию в соответствии с нормативами и требованиями от образовательных учреждений и программ, являются частными, а не государственными. Однако их признание производится национальными ассоциациями и департаментами. В России с 1 января 2021 года вступило постановление Правительства РФ, которое дает право на лицензирование онлайн-проектов как образовательных, правда, исключительно в сфере дополнительного образования. Тем не менее, это важный шаг на пути признания государством роли EdTech в области образования.

В качестве успешного примера создания экосистемы, в которой коллаборируются государство и EdTech можно привести Великобританию. С переводом на дистанционное обучение компания Satchel предоставила британским школам простую образовательную платформу Show My Homework, а Wakelet предложили программу, чтобы упростить удаленку за счет хорошо организованной системы шеринга материалов, группового общения и совместной работы над проектами. Но важно понимать, что недостаточно просто привнести технологии в школы и вузы и оставить учителей один на один с ними — необходимо сопровождать персонал на этапе внедрения технологий и после. Еще в 2019 году в Великобритании была организована программа The Ed Tech Demonstrator, нацеленная на обучение учителей дистанционной модели преподавания, сопровождение их материалами, вебинарами и дискуссиями о том, как работать на онлайн-платформах, а также цифровой безопасности и качественному взаимодействию с учениками.

II. Просвещение населения.

Вторая не менее важная линия сотрудничества — это государственное просвещение, направленное на расширение знаний об образовательных технологиях среди населения. Прекрасным примером служит Швеция с её уровнем цифровизации школьного образования, она — один из мировых лидеров. Джанни Джеппесен, глава Swedish EdTech Industry, считает, что основой успеха в их стране служит наличие национальной «повестки дня». Она утверждает, что именно государство должно играть роль инициатора в процессе цифровизации образования путем, если можно так выразиться, её пропаганды и активного участия по внедрению решений, созданных в EdTech, в более широкие слои образования.

В странах Латинской Америки рынок EdTech ежегодно растет, а ситуация пандемии указала на новые возможности для индустрии — онлайн-образование рассматривается как поле преодоления социального неравенства. Это может послужить важным фактором в просвещении населения относительно роли цифровых технологий в образовании, поскольку социальная повестка отзывается у большей части общества, особенно в странах с развивающимися экономиками. Например, в Колумбии образовательные программы транслировались по радио и телевидению. Это продемонстрировало обществу позитивное влияние массового онлайн-образования.

III. Льготы для EdTech-бизнеса.

Образовательные технологии — это прежде всего исследовательская сфера, направленная на разработку новых решений. Принципиальное отличие такого подхода — это непрерывное инновационное насыщение. Исследования всегда предполагают эксперименты, а они, в свою очередь, не всегда успешны и накладывают двойную финансовую нагрузку на компании. Так, компаниям необходима поддержка со стороны государства путем следующих инициатив:

  • Снижение налоговой нагрузки и налоговые льготы
  • Возможность участия в программах льготного кредитования для студентов

Требование снизить налоговую нагрузку на EdTech-компании — ключевой вопрос для будущего развития образования в целом. Индийские предприниматели уже высказали свои надежды на то, что министр финансов Нирмала Ситхараман снизит налоговую нагрузку для стартапов в 2021 году, что имеет непосредственное отношение к EdTech. Эти ожидания продиктованы в том числе необходимостью более широкого доступа к образовательным технологиям в условиях эпидемии среди людей, проживающих в бедных городах. Также это поможет снизить затраты на высшее образование, в случае если оно не пригодится человеку в работе, поскольку EdTech ориентирован на обучение профессиям. Международный опыт показал, что EdTech сегодня — одна из приоритетных сфер экономики. В июне 2020 года Владимир Путин объявил о необходимости снижения налога на прибыль для IT-компаний с 20% до 3%, а также страховых взносов с 14% до 7,6%. Та же стратегия должна применяться и к EdTech-компаниям.

Важно обратить внимание на то, что инвестиционная политика напрямую зависит от налоговой. Образование — это продукт, который не дает быстрых результатов, поэтому инвестиционный капитал не особо склонен вкладывать в EdTech. Если ввести налоговые льготы, инвесторы с большим энтузиазмом будут вкладываться в индустрию, поскольку будут рассчитывать на то, что капитал работает эффективнее, и компания не нагружена налоговыми обязательствами. 

Для EdTech индустрии важны ангельские инвестиции, поскольку здесь много очень молодых и начинающих участников. Неплохим примером служит инициатива Сколково, согласно которой инвестор-физлицо получает 50% от своих инвестиций из бюджета, выделенного на проект государством, но сумма возврата не должна превышать сумму НДФЛ, уплаченную за последние три года. В сущности, это можно рассматривать как налоговый вычет. А льготные кредиты студенты могут получать только на обучение в государственных вузах, хотя гарантия трудоустройства у EdTech компаний не ниже, а доступность при этом снижается.

IV. Совместное решение социальных проблем.

Всё это время мы говорили о том, чем государство может помочь EdTech-бизнесу, но важно смотреть на это с точки зрения взаимопомощи. Образовательные технологии могут обеспечить помощь в решении социальных проблем — в частности, неравного доступа к образованию среди:

  • Людей с инвалидностью
  • Заключенных
  • Малоимущих семей

Для реализации задач по созданию более или менее равного доступа к образованию среди разных слоев населения применима концепция Equitable EdTech. Она направлена на создание таких экосистем в образовании, которые будут ставить цели по улучшению положения людей, лишенных привилегий. Привычно думать, что это — задача исключительно государственных организаций, а у бизнеса другие цели. Но очевидно, что как для бизнеса, так и для государства приоритетна интеграция этих людей в экономику — например, сами EdTech-компании нанимают выпускников-людей с инвалидностью на работу.

Почему важно присутствие цифровых образовательных программ в тюрьмах? Как уже говорилось, онлайн-образование прежде всего фокусируется на профессиональном обучении. В данном случае получение образования — это не иллюзорный социальный лифт, который возможно поможет людям когда-то реализоваться за пределами места лишения свободы. Это обучение конкретным актуальным навыкам внутри профессии. В США особенно острой является проблема повторных тюремных заключений, поскольку бывшие заключенные не могут найти работу и заново попадают в криминальный сектор. На данный момент американские тюрьмы сотрудничают с образовательными компаниями, самые крупные из них — Edovo и APDS. И уже есть поразительные истории того, как люди меняли свою жизнь после отбывания наказания.

Пандемия лишь в очередной раз подчеркнула необходимость эффективного сотрудничества между государством и EdTech за пределами субсидирования и государственных инвестиций. EdTech-компании сегодня уже не могут рассматриваться как вторичные производители образовательных продуктов, которым нужна государственная поддержка. Требование скорее состоит в том, чтобы признать индустрию как такого агента образования, в сотрудничестве с которым государственные институции могут перейти на новый уровень качества. Уже существует удачный опыт коллабораций государственных вузов с EdTech проектами — например, совместные программы бакалавриата и магистратуры РАНХиГС, ГУУ и ФУ со Skillbox. В 2021 году запустился совместный проект Ростелеком и Mail.ru Group «Сферум» — это российская образовательная платформа для школ.