Зачем тебе идти в депутаты? Разве ты юрист? Какие законы ты предлагаешь принять в первую очередь? Что из решений прошлой Думы требует пересмотра? 

Такие вопросы я часто слышу в последние дни. В лучшем случае спрашивают с сочувствием. В худшем – с пренебрежением.

Причины этого понятны. Сегодня в глазах людей у слова «депутат» много смыслов. И хороших среди них нет.

Депутат – это тот, кто пишет законы (или плохие, или неработающие). Депутат – это тот, кто все запрещает. Депутат – это тот, чье дело – нажимать кнопки, закрыв глаза и заткнув уши. Любой легко продолжит этот список.

Хочу ли я становиться одной из них? Смешной вопрос – конечно, не хочу.

Признаемся честно. В советское время был Верховный совет. Он собирался два раза в год – на пару дней. И единогласно утверждал все придуманные за это время законы. Если в нынешнюю Думу вернуть такой формат, счастливы будут все. И телезрители, и журналисты, и, конечно, сами депутаты, которых заставляют, как школьников, каждый день ходить в зал заседаний и в случае прогулов грозятся вызвать родителей.

 Мы сами легко смирились, что «депутат» – звучит жалко. Статусно, перспективно – но жалко. Это – люди, которые должны пройти испытание повиновением и абсурдом, чтобы заслужить потом продвижение по карьерной лестнице и какую-нибудь «настоящую» должность.

Но можно же по-другому.

 Если вспомнить уроки обществознания или просто залезть в Википедию, то можно обнаружить, что у парламента есть, как минимум, три функции.

Первая – та самая законодательная. Писать законы, спорить о них, убеждать в их правоте и принуждать жить по ним всех, включая исполнительную власть. Тут, конечно, много вопросов – сами ли депутаты пишут законопроекты, с кем они их согласовывают, как относятся к их «творческому» воплощению в жизнь. Но в целом понятно – принтер работает, законы худо-бедно принимают.

Вторая – представительная. А именно – представительство интересов разных общественных групп, отраслей экономики, поколений, территорий, идеологий. Для того, чтобы находить разумные компромиссы между ними. Порой легко, порой мучительно. Это и есть политика. Забытое слово в ситуации, когда все как один чиновники произносят привычную мантру: «Политик в стране один».

Третья – контрольная. Даже не знаю, что про это написать. Депутаты и сами наверняка удивятся, если им об этом напомнить. Парламентские комиссии, расследования и все так знакомое нам по зарубежным новостям и сериалам и забытое в рамках «импортозамещения».

В моем понимании депутат – это прежде всего политик, а во вторую очередь законодатель. Созывающий слушания, как только случилось что-то атипичное – будь то пандемия, вакцинация, необъявленная война, спорный арест или нарушение правил игры где бы то ни было. Не просто направляющий запрос в правительство, но получающий быстрый и внятный ответ, а если не получает – вызывает министра или любого чиновника в парламент. Имеющий доступ не только к внезапным решениям чиновников, но и к их проектам. Не стесняющийся обратиться в суд, если что-то не так.

Утопия ли это? Точно утопия, если смириться с тем, что депутат – не источник власти, а просто клерк для одобрения законов. Если на депутата нет смысла давить, потому что он ничего не решает. Как это уже было с эпидемией и вакцинами. Тогда решения принимали кто угодно – правительство, Собянин, губернаторы, Роспотребнадзор, Росгвардия – но точно не депутаты.

Можно ли попробовать одновременно надавить на систему изнутри и снаружи? Таких попыток тоже было немало. Но избирательная кампания – то время, когда система не может откровенно признать: выборы ничего не значат и ничего поменять не могут. Выборы – самое время для такого давления.

Иначе, истосковавшись по настоящей политике, мы по-прежнему будем включать не новости, а Netflix, чтобы посмотреть на перипетии политической борьбы в американском или британском сериале.