Все записи
12:34  /  14.07.20

446просмотров

Принцесса Лея из созвездия Большого Пса

+T -
Поделиться:

Автор обложки: Анна Иванцова для ТД

Цындыма начала терять зрение в 27 лет. У нее было двое маленьких детей, любимая работа и неукротимое желание жить как прежде. Ее желание исполнил Орех

Сейчас Цындыме пятьдесят, вот уже двадцать лет она живет, учится и работает с помощью собаки-поводыря. Первый пес появился у нее благодаря случаю и большой удаче. В 1997 году она увидела по телевизору незрячего молодого парня, тот пришел в студию со своей собакой. К тому времени Цындыма уже очень плохо видела и понимала, что скоро не сможет самостоятельно передвигаться по городу, боялась, что придется оставить работу массажиста в реабилитационном центре. Она обратилась в общество слепых, и там ей ответили, что ждать особенного питомца придется несколько лет. Но через полчаса внезапно перезвонили: оказалось, что какой-то человек не смог взять собаку-поводыря по семейным обстоятельствам: «Вы можете приехать через две недели и забрать ее домой». Так у Цындымы появился черный лабрадор Орех.

Цындыма Фото: Анна Иванцова для ТД

«Я была, конечно, жутко неопытная, вообще не понимала, как жить с собакой, — рассказывает Цындыма. — Мне казалось, что это какой-то очень свободный зверь, которому нужно много пространства и свободы. Но Орех оказался совершенно другим: он все время был около меня, и я видела, что ему нравится со мной жить, где бы я ни находилась».

Собака-поводырь Лея Фото: Анна Иванцова для ТД

Подготовить собаку-поводыря к работе невероятно сложно: нужно, чтобы она могла ориентироваться на местности, обходить препятствия, не отвлекаться на раздражители и других животных, быть максимально на связи со своим хозяином. Лучше всего с этими задачами справляются лабрадоры, но не все: кинологическому центру приходится тщательно выбирать щенков. Все собаки до года живут в волонтерских семьях, привыкая к городу и к людям. Раз в неделю с будущими поводырями занимаются тренеры-кураторы. Они вместе с хозяевами-волонтерами учат собаку не бояться транспорта, лестниц, громких звуков, не теряться перед любыми препятствиями. Орех попал в школу из волонтерской семьи, имя у него тогда было другое — Дик. Но сотрудники решили, что ласковому лабрадору оно не идет, и поскольку первые восемь месяцев он воспитывался в Орехово-Борисове, то кличку ему дали в честь места, из которого он прибыл, — Орех. Восемь месяцев он, как и другие собаки, тренировался в школе. А потом встретил Цындыму.

Абсолютно доверяя собаке

«Лена [Елена Карлова, тренер Ореха] купила ему столько красивой амуниции: поводки, ошейники, цепочки, — рассказывает Цындыма. — Но я ее почти не использовала. Я была тогда еще очень молодая, юбка короче пиджака — такая модница конца девяностых. И первым же делом порвала шлейкой колготки, так что отказалась от нее. Ходила только с поводком и цепочкой, даже без трости. То есть не было практически никаких опознавательных знаков для людей, мне тогда еще было сложно признать, что я незрячая. Только когда появился Тоша (Ньютон), я ужаснулась тому, как я могла вот так ходить и даже бегать, абсолютно доверяя собаке, без трости. Сейчас с Леей я использую все».

Когда Цындыма говорит «бегать», то она не преувеличивает: активности этой женщины позавидовал бы любой зрячий человек. С Орехом она не только продолжила работать, но и пошла учиться, ездила на автобусе с одного конца Улан-Удэ на другой: с работы — на лекции и обратно.

«У меня на работе, в детском реабилитационном центре, он был любимцем всех детей и сотрудников, конечно, — вспоминает Цындыма. — Везде был рядом: ждал меня на крылечке в теплую погоду или спал в раздевалке, даже в ванную комнату со мной ходил, где я мыла руки. Мы с ним были самые мобильные: территория центра огромная, он был создан на базе бывших правительственных дач, и мы с Орехом бегали из корпуса в корпус».

Дома Орех стал главной игрушкой детей. Цындыма со смехом вспоминает, как ее сын, который сейчас работает реаниматологом в Москве, в три года обвязал пса всей амуницией, что была в доме. Дети росли, Цындыма работала и училась — все чаще она уезжала в другие города ради повышения квалификации, затем поступила в МГУ. К тому времени Орех был уже стар, брать его с собой она не стала. Но верный пес был привязан к ней до самой смерти.

«С Орехом было очень трогательно: я приехала на каникулы, было какое-то невероятно теплое лето, — рассказывает Цындыма. — И каждый день я уговаривала его выйти из дома, погулять. Он до последнего сам всегда поднимался, но очень нехотя и лениво. А потом, когда я улетела обратно в Москву, перестал есть и умер. Он был уже очень старенький пес, тринадцать лет. А вот Ньютон ушел от нас, к сожалению, слишком рано, у него был пироплазмоз».

Цындыма и ее собака Лея Фото: Анна Иванцова для ТД

Ньютон, или, как его ласково звала Цындыма, Тоша, стал ее помощником в Москве, сопровождал в общежитии и на лекциях, пока его хозяйка училась в магистратуре и аспирантуре. Даже в университетскую поликлинику, к которой Цындыма до сих пор прикреплена, они ходили вместе.

«Иногда мне звонили и просили привести собаку на защиту диссертаций, чтобы как-то задобрить комиссию, — улыбается Цындыма. — Не знаю, насколько это помогало, но, кажется, в итоге все были довольны».

После защиты Цындыма планировала вернуться в Бурятию, но решила немного задержаться в Москве, пока сын заканчивал ординатуру. А потом она встретила в метро человека, с которым была знакома до этого, и три года назад они поженились. Еще через год у Цындымы появилась новая помощница — золотистая красавица Лея.

В начале нашего разговора по скайпу собака вертелась на заднем плане, изредка подскакивая: это ее любимое занятие — гоняться за солнечными зайчиками. Цындыма хохочет, спрашивает: «Хотите, я покажу вам Лею поближе? — и поворачивает камеру на собаку. — Такая смешная девочка. Прыгает на солнечные зайчики и удивляется: “Откуда ты? Я же тебя только что съела!” Она, конечно, абсолютно квартирная, домашняя, мы с ней не совершаем таких подвигов, как с Орехом и Ньютоном».

Впрочем, и потребности в подвигах у Цындымы больше нет: с ее квалификацией опытного тифлопедагога она комфортно работает из дома и покидает его довольно редко. В студию радио ВОС, где Цындыма ведет программу, Лея ее не сопровождает. Туда можно доехать на метро, а служба сопровождения не помогает незрячим в компании собак-поводырей — такие инструкции. Но Лея совершенно незаменима на прогулках и пеших маршрутах.

«Я не могу обойтись без Леи там, где дорога меняется, — говорит Цындыма. — Тропинки, обходные пути, ступеньки. Если надо найти нужный вход, обойти лужи, препятствия, в этом она помогает очень. Единственный недостаток Леи — она неравнодушна к другим собакам, иногда даже может себе позволить пойти знакомиться, просто падает перед другой собакой на землю, если та ей очень симпатична».

Легкое светоощущение

Когда Цындыма говорит о своих собаках, голос ее, и без того мелодичный и ласковый, становится еще нежнее. Спрашиваю, сколько она ждала каждую, как их для нее выбирали. На подготовку поводыря в среднем уходит полтора-два года, и это если незрячий человек уже стоит в очереди. Каждому человеку стараются подобрать помощника по размеру и характеру — в школе очень чутко относятся к тому, чтобы пара была гармоничной. Цындыма с восхищением упоминает Наталью Громову, которая обладает фантастическим чутьем и на собак, и на людей.

Собака-поводырь Лея Фото: Анна Иванцова для ТД

За почти час нашей беседы я не услышала ни одной жалобы, ни одного грустного или тяжелого воспоминания от своей героини. Женщина, которая полжизни не видит ничего, кроме легкого светоощущения, вырастила двоих детей, дважды стала бабушкой, отучилась в университете и до сих пор продолжает учиться на курсах повышения квалификации, ни слова не сказала о том, как ей непросто. Только добрые слова о людях и собаках, которые ей помогали. Спрашиваю: «Цындыма, наверняка же бывало, что с Орехом, Ньютоном или Леей вас не пускали?»

Цындыма Фото: Анна Иванцова для ТД

«Я, наверное, не такой сильный человек, — тихо говорит она. — И, когда есть какие-то плохие моменты или кто-то негативно относится к собаке, меня это очень ранит. И после такого мне очень сложно куда-то выходить, конечно. Поэтому я стараюсь ходить только в те места, где нам рады, где нас точно не обидят».

К счастью, таких мест становится все больше, незрячие люди получают возможность вести полноценный, независимый образ жизни. А центр «Собаки-помощники инвалидов» дарит им возможность быть под защитой и получить лохматого проводника и друга. Бесплатно. Поддержать их — так же легко и просто, как для большинства из нас — видеть.

 

Мы рассказываем о различных фондах, которые работают и помогают в Москве, но московский опыт может быть полезен и использован в других регионах страны.

Перепост

Сделать пожертвование
Собрано
Нужно