Все записи
11:23  /  14.10.20

2037просмотров

Ядерная семейка: отношения между странами в эпоху СOVID-19

+T -
Поделиться:
Иллюстрация: Мария Аносова
Иллюстрация: Мария Аносова

До начала пандемии я, выпускник факультета международных отношений Джорджтаунского университета, был уверен, что разбираюсь в мировой политике. Иначе и быть не могло, ведь мной была потрачена уйма времени на изучение политических теорий, общение с учеными и политическими деятелями, отслеживание новостей. Как жестоко я ошибался!

Моя информированность оказалась так же полезна для осмысления происходящего, как постоявшая на летнем солнце бутылка лимонада «Буратино» для утоления жажды перебравшего накануне диабетика.

Например, я был поражен, узнав, что в начале пандемии, когда Италия обращалась к соседям по Европе с мольбами о помощи, лидеры Евросоюза не только «придерживали» сделанные в Китае санитарные маски, но и перекупали зарезервированные для соседних государств партии этих масок. Американцы вели себя не лучше, приостанавливая поставки масок в Европу. По сути, цивилизованный мир «отмедведился» от итальянцев: фраза «масок нет, но вы держитесь» могла бы стать девизом первых недель начавшейся новой эры.

Когда дело зашло о человеческих жизнях или, скорее, о голосах избирателей, модные концепции наднациональной солидарности и взаимопомощи близких по духу государств испарились и были заменены старыми добрыми национальными интересами в духе Макиавелли.

Помощь в понимании политических процессов пришла из неожиданного источника — моих дочерей. Никакая аспирантура не научит геополитике лучше, чем бойкие девочки 16, 11 и 7 лет.

Взаимодействие детей разных возрастов напоминает игры Великих держав. За долгие годы практики, я научился прогнозировать детское поведение, с учетом уникальных черт, свойственных каждой возрастной группе.

То же самое можно сделать с государствами. Взяв для примера несколько хорошо знакомых мне стран, я определил их психологический возраст на основе культуры, истории и поведения. Оказалось что Россия — это вечный ребенок предподросткового возраста, Америка — государство-тинейджер под пятой семидесятилетнего подростка, а Франция — дама бальзаковского возраста, которая пытается победить надвигающуюся старость, заведя интрижку с молодым президентом.

Я привожу примеры лишь тех стран, которые изучал и в которых жил как минимум пять лет. Читатели, если захотят, могут предложить свои версии возрастного развития Китая, Японии, Индии или любой другой страны, которую хорошо знают. Было бы занимательно и полезно.

Россия: детское царство

Тургенев писал, что у настоящего русского — сердце ребенка. Если воспринимать слова классика буквально, многое в российской внешней политике становится понятным.

Когда моя младшая дочь в шестилетнем возрасте пошла во французскую школу, ей было непросто. Из-за языкового и культурного барьера, французские дети не хотели с ней играть, а иногда посмеивались над ее внешностью и акцентом. Дочь какое-то время терпела, а потом начала отвешивать тщедушным французским детям заслуженные тумаки. Нас с женой пару раз вызывали к директору. Когда дети немного повзрослели, и моя дочь научилась хорошо говорить по-французски, все пришло в норму.

Россия, по мнению многих, тоже плохо себя ведет. К директору ее не вызовешь. Но приглашать на дни рождения и школьные праздники уже перестали. Попробуем разобраться, почему.

Россия, как любой ребенок, — творческая страна с особенной энергетикой и огромным вечно нереализованным потенциалом. В отличие от прагматичного и скучного западного мира Россия огромна, загадочна и непредсказуема. По крайней мере, в глазах иностранцев.

Оборотная сторона детства — зависимость от взрослых, страх одиночества и отсутствие ответственности за свои действия. 

Детские черты, хорошие и плохие, угасают со временем, когда дети находят себя и становятся независимыми. Секрет России в том, что она застряла в детстве. Этот факт можно воспринимать как беду или как божественный дар, но это так.

«Детскость» во многом определяет российскую политику. Например, руководители России — не просто временные управляющие, а скорее родители, которых, как известно, не выбирают. 

Живя за границей, я вижу, что образ современной России уже многие годы переплетен с личностью президента. Он, в глазах европейцев, и есть Россия. Это происходит, потому что в условиях отсутствия разделения властей, гражданского общества и серьезной оппозиции, президент несет личную ответственность за все принимаемые в стране законы и решения, в то время как россияне стоят в стороне, как дети, держа папу за ручку. Образ конечно же неприятный и, я надеюсь, ошибочный.

Внешняя политика страны-ребенка нацелена на попадание в самую «крутую» компанию сверстников, желательно в статусе лидера. Циничный западный мир редко давал России надежду на партнерство и равноправие, флиртуя с «медведем» исключительно ради штыков и ресурсов. Подобное поведение было обидным для России, поэтому в то время как, например, китайцы, тихо наращивали свою экономическую мощь, наша страна, едва поднявшись с очередного дна, упорно несла в мир свои идеи и образ жизни, противопоставляя себя закрытому для нее Западу.

Я всегда прошу старших дочерей побольше играть с младшей, посвящать ее в свои дела и приглашать на тусовки. Они редко меня слушают, а зря! Когда сестры, ворча, впускают младшую дочь в заветную комнату, она, немного побесившись, становится вполне ручной и коммуникабельной.

Лучшим способом помочь России преодолеть свой инфантилизм, был бы ее возврат в компанию европейских стран. Пожалуйста, не говорите мне про «особый путь» или азиатские корни: все эти разговоры происходят от того, что на «европейском пути» Россию всегда встречала глухая стена.

Прогуливаясь по мосту Александра III в Париже, глядя на внушительные купола Русского Православного Культурного Центра, вспоминая спроектированный французами Троицкий мост в Петербурге, я думаю о том, что Россия — европейская страна, которой не следует сжигать мосты со Старым светом в надежде на поддержку с Востока.

Если вы найдете хоть одно стихотворение Пушкина, написанное им на китайском или арабском, буду рад выслушать ваши аргументы. А на французском Пушкин говорил и писал прекрасно, так же как Тургенев, Толстой, Грибоедов, Чернышевский и другие.

К сожалению, прагматичным «взрослым странам» выгодна застрявшая в детстве Россия. Она достаточно страшна, чтобы форсировать расширение западных альянсов и оправдывать растущие военные бюджеты, и одновременно вполне рациональна в вопросах использования атомного оружия и экспорта ископаемых.

Поэтому, по всей видимости, взрослеть нам придется в одиночку. А жаль! Признание со стороны западных стран помогло бы России перестать концентрироваться на внешних угрозах и понять, что основная проблема находится внутри нас. Ведь оставаться вечным ребенком — противоестественно.

США — альфа-тинейджер

Когда я попросил свою 16 летнюю дочь перечислить три типичные характеристики тинейджеров, она назвала любопытство, надменность и страх перед другими подростками. От себя добавлю, что многим тинейджерам свойственны приливы энергии, сменяющиеся апатией, идеализм, сочетающийся с эгоцентризмом, стремление быть лидером, чередующееся с желанием послать всех подальше. Одним словом, подростки нестабильны.

Каждый раз когда я, десять раз постучавшись, захожу в комнату дочери-подростка, я не знаю, какая из ее версий меня встретит: доброжелательный кроткий ангел или мечущая гром и молнии богиня войны. Порой, вылезая из под обгоревших руин, я задаюсь вопросом, какие внешние обстоятельства могли привести к дурному настроению богини. Чаще всего — никакие. Это просто отклик на процессы в ее внутреннем мире.

Америка — страна-тинейджер, со всеми прелестями и недостатками этого возраста. Причем «помолодела» Америка сравнительно недавно. Раньше ее внешняя политика была прагматична и заключалась в преследовании экономических интересов под предлогом борьбы за победу демократии. Нынешние действия США противоречат этой стратегии. США выходят из международных договоров и организаций, идут на конфронтацию с ведущей экономикой мира и важным торговым партнером Китаем, подрывают отношения и начинают торговые войны с европейскими союзниками, игнорируют важные для мира вопросы, такие как изменение климата и загрязнение окружающей среды. 

Такое впечатление, что внешняя политика США нацелена на уничтожение экономических и политических преимуществ, которые эта страна накопила благодаря неуемной энергии, любознательности и практичности своего народа. За 250 лет Америка превратилась из глухой провинции в мирового лидера, но сейчас ее действия грозят ускорить процесс политической изоляции и упадка США. 

Страх потерять завоеванное лидерство — определяющая черта нынешней американской внешней политики. Этот страх стал особенно актуальным из-за роста экономического и политического влияния Китая на фоне эксцентричного правления Трампа и катастрофической для имиджа страны ситуации с COVID-19. 

Трамп стал настоящим наказанием для США, потому что его безответственно-подростковый стиль правления наложился на залихватский менталитет Америки в самое исторически неподходящее время, когда этой стране, да и всему миру, нужен мудрый и стабильный президент.

Многие эксперты считают, что Pах Americana подходит к концу, и вышеназванные действия США ускоряют этот процесс. Непонятно, как будет реагировать на угасание своего господства альфа-тинейджер, особенно если Трамп будет избран на второй срок. Скорее всего, эскалации отношений США с Китаем, претендующим на роль «преемника», не избежать.

Чтобы этого не произошло, кто-то взрослый должен взглянуть Америке в глаза и спросить — дорогая, ты что-то курила? От саморазрушения подростка страдает вся семья, и Западный мир — не исключение. 

На мой взгляд, таким «взрослым» могла бы стать Европа. У многих американцев чувство превосходства над Европой странным образом сочетается с восхищением и любовью. Достаточно вспомнить, сколько произведений литературы — от «Кентервильского привидения» до «Господина из Сан-Франциско» — затрагивают тему отношений Старого и Нового света, сколько американских писателей, музыкантов и режиссеров — от Хемингуэя и Фицджеральда до Гершвина и Аллена — восхищались и одновременно подтрунивали над Европой.

Мне кажется, именно европейские страны, такие как Англия и Франция, могут помочь США успокоиться и заняться собой. В отличие от Америки, эти страны уже прошли болезненный путь утраты мирового лидерства. И ничего ужасного с ними не произошло. Они изредка вспоминают о былом величии, по мере сил участвуют в мировой политике, а сами живут вполне сносно. 

Политически интегрированная и независимая от США Европа, могла бы уравновесить ситуацию в мультиполярном мире, смягчить процесс выхода Америки из роли мирового арбитра, поддержать в США силы, готовые сфокусировать внимание страны на накопившихся внутренних проблемах. Возможно, изоляционизм США — это то, что сейчас нужно Америке и всему миру. 

Для осуществления этого сценария требуется воля и время. К сожалению, ни того ни другого нет. Процесс интеграции Европы пошел вспять, отношения между Америкой и Китаем стремительно ухудшаются, а качество кандидатов в президенты США, мягко говоря, оставляет желать лучшего.

На этом фоне, нам всем остается молиться, чтобы тинейджер пошел на поправку.

Франция и кризис среднего возраста

Мне 47 лет, и довольно часто меня преследуют мысли о надвигающейся «зрелости» — так в моем возрасте называют старость. Я слышал много историй о том, как пытаясь омолодиться, мужчины среднего возраста делают пластические операции, заводят любовниц и покупают дорогие машины. Видимо, все это у меня впереди, а вот Франция уже обзавелась молодым, симпатичным и мозговитым президентом. 

С самого начала это был неравный брак. Выпускник Института Политических Исследований, Эммануэль Макрон в свои 40 лет стал самым молодым президентом в истории Французской республики. 

Первые несколько месяцев отношения Франции и Макрона напоминали интрижку миссис Робинсон и Бена Брэдока из комедии «Выпускник». Через несколько недель после начала романа, юноше захотелось поговорить, но Франция не слушала. А надо было. Макрон задумал реформы во Франции, Евросоюзе и НАТО. Когда юноша перешел от слов к делу, дама не на шутку рассердилась. 

Революционная идея Макрона, заключающаяся в том, что за деньги необходимо работать, не пришлась по вкусу многим французам. Спустя три года, на фоне пандемии Макрону пришлось избавиться от популярного премьер-министра Эдуарда Филиппа и развернуть свою политику в сторону желто-жилетного народа.

Все во Франции понимают, что стране нужны реформы, но никто не хочет лишаться из-за них голосов избирателей, работы, пенсии или медицинской страховки. Поэтому, меняться таким «зрелым» странам крайне тяжело, как бы этого ни хотелось.

На международной арене деятельность Макрона напоминает приключения Дороти в стране Оз. 

Президент Франции планировал ускорить интеграцию Евросоюза с целью излечить этот альянс от хронической импотенции и малодушия. Но английский лев трусливо сбежал, и будущее объединенной Европы после пандемии — под вопросом.

Макрон ищет новые мозги для НАТО, но «Страшила», кажется, безнадежно застрял в эпохе холодной войны. Наконец, президент Франции хочет смазать маслом и вдохнуть новую жизнь в заржавевшую деголлевскую концепцию Европы «от Атлантики до Урала». Прекрасная идея, но как сочетать в одном альянсе стареющую Европу и инфантильную Россию, чтобы не разозлить нестабильную Америку и не привлечь внимание надвигающегося угрожающей тенью Китая? 

Планы Макрона подрываются не только злыми ведьмами Востока и Запада. Главный враг — это закостенелость и бюрократизм существующей международной системы и нежелание союзников Франции чего-либо менять.

Мне симпатичны взгляды Макрона, какими бы утопическими они не казались. Мир станет лучше, если Россия сблизится с Европой, НАТО изгонит духов холодной войны, а Евросоюз перестанет быть полуфабрикатом, завершив процесс интеграции. 

Будет ли у Макрона время, чтобы реализовать свои планы? Это во многом зависит от того, надоел ли даме Бальзаковского возраста молодой выскочка и решит ли она завести себе нового, более спокойного кавалера в 2022 году.