Все записи
11:33  /  3.09.20

117просмотров

Нужно ли государству кино, которое не врёт?

+T -
Поделиться:

Антону Дрекслеру приписывают слова: «Историю пишут победители». Но есть самая правдивая форма отражения действительности – документальное кино, которое важнее документа. Только что в Москве завершился VI Международный фестиваль документального кино Doker. Как живёт фестиваль без государственной поддержки и почему рискует навсегда остаться элитарным?

Первоначально Doker появился десять лет назад как проект показов авторского неигрового кино. И на протяжении шести лет он мощно заявляет о себе как событие, собирающее авторитетных продюсеров, режиссёров, операторов, сценаристов и кинокритиков. Его движущая сила – энтузиазм организаторов. Кстати, это единственный в России фестиваль документального кино, профессиональное жюри которого по отдельности оценивает творческий вклад в фильм режиссёра, звукорежиссёра, оператора и режиссёра монтажа.

Впервые в своей истории Doker прошёл в новом формате. Из-за короновируса на фестиваль не приехали иностранные конкурсанты и члены жюри. Среди номинантов из 35 стран - участники престижных киносмотров Берлинале и «Санденс», а в основном конкурсе было заявлено 12 лучших историй со всего мира: кинохроника, мокьюментари, артхаус, поэтическое киноповествование, социальные блокбастеры, научно-популярное кино, классика, экспериментальные и нестандартные формы.

Как-то Андрей Кончаловский сказал, что документальное кино предназначено для людей читающих. Это тонкое замечание, исходя из которого в современной России, утратившей пальму первенства в чтении, такое кино остаётся за единицами-индивидуальностями. «Оно для думающих, которым неинтересно заранее угадать то, как будет развиваться сюжет. Это не развлечение, а рефлексия – способ погрузиться в другую культуру, переживания героев и ответить на вопросы, которые нас волнуют», - считает Сергей Качкин, исполнительный директор по международным связям, член отборочного комитета фестиваля.

Размышляя над словами представителя оргкомитета, я задаюсь вопросом: что же интересует большинство и каковы его вкусы? И ответ – на поверхности: посыл министра культуры РФ Ольги Любимовой, которая сообщила, что после снятия карантина в кинотеатрах будут идти «светлые и простые фильмы». В эфире «Русского радио» глава Минкульта заявила, что у большинства россиян вообще нет потребности в «тяжёлых фильмах», они предпочитают лёгкие картины. И как итог – в главном премьерном кинотеатре страны – «Октябрь», где с 21 по 30 августа проходил Doker, ко Дню российского кино первым после карантина на экраны выходит фэнтези со звёздным кастом «Вратарь Галактики». За прошедшие выходные фильм Джаника Файзиева собрал в прокате в России и СНГ 37,4 млн рублей. Да, кино не документальное, которое всегда считалось фестивальным. Но задумаемся над портретом массового зрителя. Александр Сергеевич Пушкин красноречиво об этом написал ещё в «Моих замечаниях о русском театре»: «Публика образует драматические таланты. Что такое наша публика? Пред началом оперы, трагедии, балета молодой человек гуляет по всем десяти рядам кресел, ходит по всем ногам, разговаривает со всеми знакомыми и незнакомыми. «Похлопаем ей - вызовем её! она так мила! у ней такие глаза! такая ножка! такой талант!..» Можно ли полагаться на мнения таковых судей?»

Подобно Дон Кихоту Сервантеса, борющемуся с ветряными мельницами, Дон Doker взывает к нашему сердцу и совести. Документальное кино не врёт, а значит, автоматически переходит в категорию неудобного. Стефан Цвейг замечательно описал в романе 1935 года «Триумф и трагедия Эразма Роттердамского» жизнь философа, об аудиенции с которым мечтали короли. Он грезил сделать рай на Земле, но пришёл поддерживаемый толпой Мартин Лютер и смял его, человека высокой культуры. А известное позорное судилище над Прокофьевым, Шостаковичем и Хачатуряном, когда композиторы были вынуждены извиняться перед советской властью за музыку, непонятную для крестьян и рабочих? «Эра индивидуальности не закончилась, и это отражается на документалистике», - уверена директор и продюсер фестиваля Ирина Шаталова. Она подчеркнула, что любое художественное кино - игровое или неигровое - зависит от опыта, который пережил создатель кино. «Очень важно, что автор выбирает именно этого героя – это как вступать в отношения с человеком», – резюмировала Шаталова.

И поэтому на закрытие фестиваля выбрана экологическая мелодрама «Нерка. Рыба красная» от создателей рекордсмена российского документального проката 2018 года «Медведи Камчатки. Начало жизни». Это кино, на первый взгляд, о диком лососе, на котором строится вся экономика южной Камчатки. «Я приехал в Кроноцкий заповедник в 2007 году снимать фильм. Но оказалось, что снимать в тех условиях невозможно, - поделился режиссёр Дмитрий Шпиленок. - Масштабы браконьерства на Курильском озере потрясали. Браконьерские бригады каждую ночь добывали по 500 кг икры нерки!» Находиться в местах рядом с золотым дном было опасно. Идея снимать фильм о лососе прямо рядом с теми, кто незаконно его истребляет, казалась невероятно дерзкой. Кинокартина, по сути, занимает положение совершенно кафкианское: с одной стороны, замысел потрясает красотой и буйством дикой природы: бурые медведи, нерка, чайки, человек, - с другой - тонко и деликатно прорисовывает тему потребительского отношения людей к природе. А может, ещё на уровень круче – алчность государственного масштаба, возведённая в принцип? Кинодраматургу Петру Шпиленку пришлось сделать около 7-8 драфтов сценарного текста, чтобы убрать резкость, сохранив выразительность лейтмотива. «Не надо искать национальную идею, - сказал после премьеры во время дискуссии сценарист, директор Кроноцкого заповедника. – Она – на поверхности: это нерка, наши леса, недра, вся природа и бережное к ней отношение».