Все записи
06:22  /  11.02.21

251просмотр

Перевод как рефлексия - Часть 3

+T -
Поделиться:

 Продолжение. Начало здесь и здесь

Отступление, написанное на несовершенном языке

Самое раннее его детское воспоминание – вдруг перевернувшаяся картинка дороги, деревья ветками вниз и летящие кверху брюшками осы. Хотя, откуда ему было тогда знать, что все вокруг вдруг стало с другим знаком. Это был просто мир, в котором лежал он, безъязыкий, маленький великий немой. Отец бросил его, полугодовалого, и отмахивался от ос. Он ничего не помнил и не знал, не мог еще знать, но осталась, навсегда врезавшись в память, перевернутая картинка:

И как картина с подрамка
мир кувыркнулся и пал
глазами того подранка,
что принял пулю у лба

2

Утром, как всегда, болела голова, и страшно не хотелось вставать.

- Черт бы их всех побрал, - подумал Борис. – Работы нет, а приезжать все равно извольте к восьми.

Он натянул футболку, прошлепал на кухню и включил телевизор. В новостях сообщили результаты вчерашних прений в сенатской подкомиссии о введении в стране Окончательного языка в качестве государственного. Затем шел блок экономических новостей с рассказом о том, что Дау Джонс уже второй день топчется на отметке сорок тысяч, но акции Корпорации Ухтел, производящей программное обеспечение Окончательного языка, все равно поднялись до двух тысяч.

Потом была продемонстрирована сводка прибылей компьютерных компаний. Об акциях некомпьютерных компаний сообщили вскользь, поскольку они все стоили не больше одной пятнадцатой или одной тридцать второй. Обычно их закупали школы и раздавали ученикам средних классов для отработки навыков игры в монополию.

В разделе международных новостей корреспондент Ю-Ти-Ти, аккредитованный на его бывшей родине, показывал сюжет о вручении книжной премии. По ходу репортажа он пояснял соотечественникам, давно миновавшим этот этап культурного развития, суть происходящего на экране. Борис хотел уже отправиться в душ, но тут стали показывали репортаж об одном из дошкольных учреждений Ближнего Запада, и он задержался на кухне.

Оператор снимал классную комнату, уставленную компьютерами, принтерами, терминалами, еще какими-то устройствами, названий которых Борис не знал. Комната была опутана проводами и мигала сотнями индикаторов всех цветов. На стульчиках перед компьютерными мониторами и маленькими (под детские ручонки) клавиатурами важно восседали малыши в возрасте от двух до четырех лет.

- Мы с вами находимся в компьютерном классе по изучению Окончательного языка, – частила в камеру журналистка в голубоватом парике и маленьких овальных очочках а-ля Леннон. - Все оборудование класса было куплено на деньги, выделенные Конгрессом в рамках программы финансирования всеобщей языковой грамотности населения.

Камера наехала на маленькую эбонитово-черную девчушку, вся голова которой была разделена проборами на искусно свитые косички. Девчушка лихо барабанила по клавиатуре, и на экране монитора с пулеметной скоростью возникали ряды точек, запятых и наклонных палочек.

- Скажите, насколько важным является обучение Окончательному языку в раннем возрасте? – в камеру просунулся голубоватый парик и очочки. – Я обращаюсь к учителю класса, бакалавру Хейтского университета по специальности «Метод маршрутизации пакетов в сети данных» Лоре Коббс.

- Мне представляется совершенно необходимым, - молоденькая учительница в строгом деловом костюме явно смущалась, - чтобы изучение навыков Окончательного языка у детей шло параллельно с развитием их способностей к отмирающему несовершенному языку, которым старшие поколения пользовались в качестве второй сигнальной системы. В этом случае сознание детей не отягощено примитивной и зачастую лишенной всякой логики структурой несовершенно речи. В результате они получают возможность очень быстро освоить всю систему команд Окончательного языка. Кроме того, на их зрительные рецепторы оказывает успокаивающее воздействие так называемая «бегущая строка», т.е. совокупность движущихся простых символов белого цвета на черном фоне монитора.

- Ну а как же картины окружающего мира? – голубоватый парик постарался перехватить инициативу на себя. - Я помню себя в их (кивок в сторону головок за мониторами) возрасте, когда мы выезжали в лес и там, на природе, наш преподаватель учил нас различать разных букашек, паучков, ну, и разной там всячины.

- На переходном периоде от несовершенных языков и несовершенного сознания, - голос учительницы окреп, и было видно, что она, наконец, поймала правильный тон, - такой метод, э-э-э, сканирующего обучения может иметь место, но постепенно он будет вытесняться прямым методом имплантации команд Окончательного языка.

Учительница сделала несколько, как ей казалось, непринужденных движений по классу и чуть не упала, зацепившись за толстый пучок проводов.

- Да, но преподавателям все же приходится использовать несовершенные языки для начального ознакомления учащихся с командным кодом Окончательного языка, - не унимался голубоватый парик, стараясь вызвать у зрителя ощущение экранной коллизии.

- Интересно, - подумал Борис, - можно ли использовать драматургию виденного им очень-очень давно спектакля «Заседание парткома» для целей популяризации Окончательного языка среди населения. В спектакле, кажется, рекламировали хозрасчет. Но это неважно. И в том, и другом случае, ответ на вопрос был уже спущен сверху. Нужно просто закрепить в головах, что решение за ними, и оно непросто и драматично.

В этот момент, повинуясь широкому жесту учителя, камера опять наехала на головку в проборах и с косичками.

- На самом деле, - учительница развернула девчушку вместе с партой и монитором к зрителям, - несовершенный язык был усовершенствован корпорацией Ухтел и в настоящее время является прекрасным вспомогательным инструментом освоения командного кода Окончательного языка. То есть из него были изъяты все неколичественные и неконкретные понятия и конструкции, как например, э-э-э… - учительница заглянула в бумажку, - сверху донизу, до последнего дыхания, ни на йоту, - а также большую часть прилагательных, междометий, причастных и деепричастных оборотов. Словом, все, что делает несовершенный язык громоздким и нелогичным. В результате получился относительно компактный речевой массив с фиксированными границами для присваивания программе или блоку данных неизменяемое в дальнейшем положение в памяти. Я имею ввиду память обучающегося.

- Например, Молли, - учительница повернулась к обладательнице проборчиков, - занимается программированием сопроцессора для выполнения операций над числами с плавающей запятой. Не могла бы ты прокомментировать для зрителей алгоритм командного кода этой операции.

Девчушка оставила свой пулемет, предварительно зафиксировав последнюю команду цепочки на мониторе, и хорошо поставленным голосом («отличница, наверное», - подумал Борис) оттарабанила без запинки:

- Алгоритм командного кода предназначен для представления чисел в виде двух полей фиксированной длины – порядка и мантиссы для последующей лавинной маршрутизации пакетов данных в сети.

И, повернувшись к монитору, снова взялась за свой пулемет.

- Как видите, - в свою очередь прокомментировала в камеру учительница, - усовершенствованный несовершенный язык позволяет вполне на первых этапах обучения адекватно ставить и реализовывать задачи, решаемые с помощью Окончательного языка. В дальнейшем он полностью вытесняется из сознания системой символов и команд.

В этот момент память Бориса сделала странный кульбит и выдала что-то вне массива с фиксированными границами:

Я лишь нагромождение картин,
смущающих сознание другого –
творец еще неведомого слова
и эхо, порождаемое им.

Он длинно и тяжело выругался и выключил телевизор.

3

Как и всегда по пятницам, парковка перед ресторанчиком «Карабас» была забита машинами. Можно было, правда, бросить джип у ближайшего супермаркета, но по удушающей жаре невозможно было пройти даже сотню метров. Покружив по парковке минут пять, Борис все-таки увидел натренированным глазом щель между двумя громадными Фордами, куда и втиснул свой джип. Форды мрачно нависли над джипом, и вылезавший, кряхтя, из машины Владимир Карлович, напомнил выбирающегося из-под завала спелеолога.

К счастью, очереди у дверей ресторанчика не было, иначе пришлось бы стоять на палящем солнце. Несколько лет назад, когда Борис только приехал в этот южный город на Заливе, рестораны работали по старинке. У входа посетителей встречали две обтянутые брючками девицы и, снабдив, огромными картонным меню, провожали в зал. Если же зал был полон, можно было посидеть в специально для этого оборудованном «предбанничке», посмотреть телевизор и пропустить стаканчик-другой.

Теперь все ресторанное пространство буквально от самой двери, похожей на контрольно-пропускной пункт, было заполнено столиками. Борис нажал на кнопку у входа, и из боковой панели выдвинулась небольшая клавиатура. Владимир Карлович страдальчески покосился на нее.

- Какие будут пожелания, мэтр? – пальцы Бориса забегали по клавиатуре, а на маленьком, вделанном в боковую панель экране, заскакали запятые, точки и наклонные палочки. – Ты у нас, я знаю, вегетарианец, я курящий, из спиртных напитков предпочитаем пиво и джин с тоником, еда умеренно-острая, освещение столика естественное, воздух кондиционированный с влажностью не выше… и температурой не ниже…. Ну, что там еще, мэтр?

Владимир Карлович молчал, отсутствующий взгляд его скользил по бегающим пальцам Бориса.

- Вторая и третья струна зажимаются указательным пальцем, а четвертая струна немного придавливается подушечкой мизинца. Звук извлекается тремя пальцами, сложенными щепоткой, - бормотал старик.

- Само собой разумеется, мэтр. - Борис сделал вид, что не расслышал бормотания. – Еще вводим примерную продолжительность ужина и вид оплаты. Теперь все. Главное ничего не перепутать в алгоритме.

Он щелкнул большой сиреневой клавишей. Внутри панели зажужжало, и из торцевой прорези вылез листок с символами. Входная дверь мягко отошла в сторону.

Сверяясь с листком, Борис нашел их столик, отгороженный от остального зала витражным стеклом. Владимир Карлович присел на краешек дивана, а затем вдвинул свое грузное тело между столиком и перегородкой. В этот момент у столика бесшумно возник официант-мексиканец с двумя дежурными стаканами холодной воды.

- Могли бы и это поручить какому-нибудь роботу, - проворчал Владимир Карлович.

- Могли бы, - согласился Борис. Но мексиканцы обходятся дешевле. И вообще, мэтр, не надо драматизировать. Приедете на место, отдохнете, осмотритесь, обустроитесь.

Он машинально отметил несколько следующих друг за другом «о», как в неприличной детской частушке, в которой все слова начинались на эту букву – «Отец Онуфрий, обходя огороды односельчан, оглядел обнаженную Ольгу». Это было как будто в другом веке.

- Ты думаешь, я смогу сдать этот экзамен? - старик вопросительно взглянул на Бориса. – Мне же много не нужно. Только заработанную пенсию. И вдова мне предоставляет комнату совсем бесплатно.

Голос старика дрогнул. Он достал платок и вытер желто-розовую лысину.

- Безусловно, – бодро, как на утреннем поднятии флага, отрапортовал Борис. – Кроме того, все старше шестидесяти семи сдают экзамен по Окончательному языку в облегченном варианте.

- Легко тебе говорить. Ты хоть на работе с Окончательным языком дело имеешь.

Борис старался не смотреть на старика, делая вид, что сосредоточился на маленьком терминале, установленном на стойке рядом со столиком. Алгоритм ввода данных для выдачи заказа был гораздо сложнее, чем «входной контроль», и любая ошибка могла привести к тому, что поданное блюдо будет несъедобным. Кроме того, операционную систему этого ресторана Борис знал не особенно хорошо. Правда, на столике лежали еще маленькие засаленные меню размером с салфетку на обычном английском, но они предлагали лишь пасту и пиццу.

- Надо было, мэтр, в свое время китайский учить, - попытался разрядить он обстановку.

Комментировать Всего 1 комментарий

Отец Онуфрий офонарел