В своей предыдущей колонке я начал знакомить участников и читателей проекта "Сноб" с творчеством валлийского поэта Дилана Томаса. Сегодня я продолжу это знакомство.

And Death Shall Have No Dominion (И смерть не обрящет владений)  Читает Том О'Бедлам 

Это стихотворение было написано в 1933 году, когда Томас был еще подростком, в ответ на вызов своего друга. Как предполагает само его название, это стихотворение о бессмертии и одно из наиболее любимых самим поэтом. Как и поэма Перси Шелли Ozymandias (Озимандия), стихотворение Томаса является результатом соревнования между друзьями: Берт Трик был поэтом-любителем, работавшим в продовольственном магазине, и именно он предложил Томасу посоревноваться в написании поэтического произведения о бессмертии.

A Refusal to Mourn the Death by Fire of a Child in London (Отказ оплакать смерть ребенка на пожаре в Лондоне) Читает Дилан Томас

Это стихотворение написано во время Второй мировой войны, когда Лондон подвергался частым немецким бомбардировкам и было опубликовано в журнале New Republic (Новая республика) в мае 1945 года. Как ясно следует из его заголовка, стихотворение является отрицанием смерти, особенно смерти маленькой девочки – замысел, кажущийся бессердечным, однако основной аргумент Томаса – глупо и неподобающе оплакивать одну смерть (особенно, когда само «оплакивание» не возвратит умершего), когда в мире всегда было столько много страданий. В стихотворении есть отсылки на иудейские символы (синагога, Сион), которые предполагают, что страдания эти не только описаны в Ветхом Завете, но и происходят в настоящее время, когда миллионы евреев «сгорели» в Холокосте, новости о котором достигли Лондона именно в то время, когда создавалось это стихотворение. История этого стихотворения простирается и в наше время.  В субботу 17 июня 2017 года сразу же после пожара в одном из высотных зданий Лондона, унесшего около ста жизней, английские газеты вышли под страшными заголовками: «Исчезнувшие в Гренфелл Тауэр — этаж за этажом — дети и целые семьи» (Metro); «Сколько погибло детей?!» (Express); «МЫ ИХ ПОТЕРЯЛИ — воспитанники детского сада Гренфелл» (The Sun). История действительно повторяет саму себя, и гениальность этого стихотворения Томаса именно в его вневременности.

Do Not Gentle Into That Good Night (Не уходи отрешенно в ночной угасающий бред) Читает Дилан Томас

Это стихотворение - наиболее известное и любимое читателями произведение Томаса – относится к поэтической просодии, именуемой вилланелой. Оно состоит из трехстрочных строф, причем две повторяющиеся строки приходятся чередуются в каждой из строф в качестве их заключительных. Эта поэтическая форма позволяет Томасу использовать заглавие стихотворение в его тексте как в качестве своеобразной просьбы, так и утверждения. Стихотворение написано на смерть отца поэта в 1952 буквально за несколько месяцев до его собственной смерти в 1953 году в возрасте 39 лет.

Poem On His Birthday(На его день рождения) Читает Дилан Томас

Существует буквально единицы стихотворений, написанных «по случаю», в которых «дни рождения» рассматривается так буквально, как у Томаса. В этом довольно объемном произведении Томас буквально возвращается к истокам своей жизни, словно реконструируя чревоподобные океанические силы, которые привели к его рождению. Поэма была написана, когда Томас было уже за тридцать (driftwood thirty-fifth wind turned age - Тридцать пять своих лет как прибитую к плавням корягу), и является рефлексией как на феномен старения, так и рождения.

Poem in October (Стихи в октябре) Читает Дилан Томас

Это стихотворение – другой пример стихотворения «по случаю», было написано в 1944 году, когда Томасу исполнилось тридцать лет. Стихотворение описывает прогулки по Лахарну – небольшому городку в Уэльсе, где Томас поселился после свадьбы со своей женой в 1937 году.

In My Craft Or Sullen Art (Моя угрюмая забава – ремесло)  Читает Том О'Бедлам 

Это стихотворение было опубликовано в 1952 году в сборнике стихов за 1934-1952 годы. На двадцати строчках оно описывает желания поэта в отношении своего литературного наследия. Томас рассуждает о своей писательской практике, которая очень требовательна (поскольку он может писать только во время still night (под пологом бессуетных небес). То есть только тогда, когда на небе молчаливая луна. Он продолжает. что целью его творчества не является сделать себе имя, но выразить глубинные порывы своего сердца и сердец других. Читатели, разговор с которыми ему интересен, это любовники, живущие настоящей правдивой жизнью.