Фото: Алина Десятниченко для ТД

Говорят, что человек очень хорошо запоминает своих мучителей, помнит все до мелочей, включая их имена. Артем сначала задумывается, а потом говорит: «Одного Карен, кажется… Второго… не помню». Единственным желанием было покинуть клетку — так он называет СИЗО, в котором провел полтора года. Потом — чтобы полицейских, издевавшихся над ним, уволили. Но государство не дает

«Откачали и ждут»

«Наташа погибла 3 апреля 2019 года».

Артему Данилову тридцать три года, а выглядит лет на десять старше. Невысокий, худой, усталый. Чтобы прийти на нашу встречу, отпросился: рабочий день до восьми вечера. Работает в выездной бригаде на разных объектах. По профессии электрик, но приходится браться за любую работу.

Весной 2019 года правоохранительные органы Гулькевичского района Краснодарского края обвинили Артема Данилова в причинении тяжкого вреда здоровью Натальи Н., повлекшем ее смерть. С тех пор он находился в СИЗО, пока в ноябре 2020 года суд присяжных не признал его невиновным. Данилова освободили в зале суда. Прокуратура обжаловала приговор. В июне 2021 года судебные заседания по этому делу возобновились. Теперь Артему Данилову приходится ездить в суд в Гулькевичи из Краснодара.

Я прошу рассказать, как погибла Наташа.

Он долго молчит, потом рассказывает подробно. С Наташей и ее детьми жили в хуторе Тысячном. Артем работал, Наташа должна была находиться дома по уходу за сыном: у старшего сына Вити ДЦП — но, чтобы заработать, тоже трудилась, неофициально, на полях. В конце марта в один из вечеров приехала с работы и пошла к подруге. Затем позвонила Артему и сказала, по его словам, что «либо она ударилась, либо ее ударили — я не понял, она тогда выпила, — и что ее нужно забрать». Он пошел за ней, встретил по дороге, отвел домой и уложил спать.

Артем Данилов. Фото: Алина Десятниченко для ТД

На следующий день у нее болела голова, неделю пила обезболивающие таблетки. Утром 1 апреля средний сын Наташи, восемнадцатилетний Данил, позвонил Артему и сказал, что маме плохо. Тот вернулся домой, вызвал скорую.

«Сказали, что похоже на инсульт. Сделали укол, на каталку, в скорую. Нас не взяли».

Наташу отвезли в Гулькевичи, потом в Кропоткин, после этого — в Армавир. Там ей сделали операцию. На следующий день Артем приехал в больницу и поговорил с хирургом; тот сказал, что у Наташи внутренняя гематома, обширная. «Откачали и ждут, пока она придет в себя. Вечером 2 апреля сказали, что повезут в Краснодар, в первую краевую», — вспоминает Данилов.

К вечеру 3 апреля ему сообщили, что Наташа умерла, не приходя в сознание. В официальном заключении причиной смерти назван ушиб.

Наташу похоронили в Казани, откуда она родом. После похорон Артем вернулся в Тысячный.

«Вода была горячая, было очень больно»

Он продолжал работать в колхозе и помогал Данилу оформить опеку на брата. Их отец не жил с семьей.

В середине мая Артему позвонили с незнакомого номера, представились оперуполномоченными и сказали, что нужно задать им с Данилом пару вопросов: «Ничего серьезного, просто формальность». Он сразу согласился.

Двое в гражданском, не представившись, велели садиться в машину.

«Я сел сзади. Они с ходу: “Давай, говори, как что было”. Я рассказываю: “1 апреля ей стало плохо, я приехал домой, вызвал скорую…” Они говорят: “Ладно, хватит, все, тормози. Мы тебя услышали, поняли, надо проехать в отдел”».

Полицейские сказали ехать домой, одеваться, взять паспорта. Когда все было готово, они уже стояли у калитки. Вместе поехали в отделение.

«На КПП постовая попросила у нас документы, на что опера ответили, что не надо нас записывать. Она сказала: “Да мне же влетит”. Они ответили: “Ничего не бойся, старший знает”; якобы с нами нужно поработать», — вспоминает Артем.

Прошли на второй этаж, стали в коридоре. «Из кабинета вышли люди, один сразу ко мне подходит и бьет мне в лоб рукой. Стали смеяться, угорать чего-то. Данила отвели по коридору за угол. Потом я узнал, что он там на стуле сидел».

Артем. Фото: Алина Десятниченко для ТД

Артема завели в небольшой кабинет: шкаф, диван, спереди два стола. Поставили около шкафа и стали бить по ребрам кулаками. «Давай рассказывай, давай правду говори», «ты врешь». Затем велели лечь на пол, головой к двери. Он вспоминает: «Лег я на живот, руки за спину. Тот, что бил по ребрам, сел на диван и начал бить ногами по бедрам».

Полицейские принялись распахивать дверь и ею бить задержанного по голове. Вдруг один из них сказал: «Давай тащи кипяток, будем лить ему на шею».

«Взяли стаканчик пластиковый… — говорит Артем и умолкает. Затем продолжает: — Взяли стаканчик пластиковый. Взяли, наверное, воду — я не видел, на полу был. Начали лить мне на шею. Вода была горячая — не могу сказать, кипяток был или нет, но было очень больно, я стал кричать, просить этого не делать. Они смеялись только».

Его подняли, вывели в коридор и там снова сказали лечь на пол. Вновь начали бить ногами по ребрам и бедрам. Стали лить кипяток на икры ног.

«Я кричал, просил этого не делать: было очень больно. Люди мимо ходили, не знаю, что за люди были, всем было по фигу, как будто это нормально у них там считается».

После этого полицейские сказали Артему, что, если он «не расколется», следующим будет Данил.

— И мне пришлось себя оклеветать. Они сняли на телефон.

— Что?

— Мою псевдоявку с повинной.

— Что вы на ней сказали?

— Что якобы я ударил ее камнем.

— Как, если она была у подруги?

— Они уже и дату изменили, и это. Ну то есть что они мне велели говорить, то я и сказал. Камень, такая-то дата, при таких-то обстоятельствах. Якобы она меня вывела из себя, я был злой, взял якобы камень и ударил по голове. Оклеветал себя.

После «явки с повинной» Артема отвели к напуганному Данилу, который слышал крики и как Артем просил, чтобы его не били. «Когда его отпустили и он ушел, он даже забыл свой телефон там».

Десять камней и «явка»

Данилов рассказывает, что его повезли в Следственный комитет и один из полицейских, допрашивавших его, предложил купить ему пива. «Основываясь тем, что мне долго сидеть придется», — объясняет Данилов. Он отказался. После повторения «признания» в следкоме его повезли в больницу на освидетельствование. «Я в трубку дыхнул, я трезвый, — говорит Артем. — Потом только понял, для чего они мне пиво хотели купить».

Артем. Фото: Алина Десятниченко для ТД

Он говорит, что у полицейских такая практика: сначала на сутки сажают по административному аресту и за эти сутки готовят дело. Но, поняв, что с алкоголем не выйдет, они придумали, что Данилов якобы, стоя около своего дома, кричал матом на всю улицу — хулиганил в общественном месте — и его за это задержали.

«Но дело в том, что этот дом стоит на отшибе, кругом поля. До ближайшего дома метров двести, наверное. То есть это абсурд — что я кому-то мешал и матом кричал. Ну они на этом остановились, меня посадили в обезьянник, в клетку».

Его слова подтверждает Анна Коцарева, юрист «Комитета против пыток», который помогает Артему Данилову, представляя его интересы в рамках проверки сообщения о преступлении — применении насилия. «Свидетеля, который указан в деле об административном правонарушении, не существует по указанному в протоколе месту проживания, — говорит Коцарева. — У нас есть справка, которая подтверждает отсутствие такого человека. И место, где он (Артем Данилов. — Прим. ТД) находился, не общественное — дом в полях расположен».

После суда, назначившего штраф 500 рублей, Данилова повезли к следователю повторять «явку с повинной», затем отправили в изолятор временного содержания. На следующий день в суде, избравшем для Данилова арест как меру пресечения, он сказал, что его били, пытали, он невиновный человек и ему пришлось оклеветать себя. Судья ответила: «Это уже не ко мне, это вот к товарищу прокурору».

Зафиксировать следы побоев у судмедэксперта Артему удалось 21 или 22 мая, по его воспоминаниям. «Есть медицинские документы, которые подтверждают наличие у него телесных повреждений, — говорит Анна Коцарева. — Есть свидетель, который находился в отделе полиции, когда к Артему Данилову применяли насилие, — сын погибшей женщины».

После того как на следственных действиях в хуторе Тысячном Данилов отказался изображать, как якобы ударил камнем Наталью, потому что этого не было, ему угрожали в отделе полиции.

«Я в клетке, ко мне подходит опер, такой мордатый, бородатый, и говорит мне: “Жди, вечером мы к тебе спустимся на ИВС, мы не то что тебе стаканчик воды выльем горячей, мы на тебя выльем чайник целый кипятка”».

Артем. Фото: Алина Десятниченко для ТД

Когда его вновь привезли в изолятор, испугавшись, Артем снова написал, что от него требовали, — якобы он оклеветал сотрудников полиции, его никто не бил и так далее. Затем — СИЗО, еще один суд, еще месяц ареста. Уже после этого Данилов окончательно отказался от явки с повинной.

Друзья помогли ему и связались с «Комитетом против пыток», юристы которого приезжали на заседание.

— Мы мало верили, что выиграем суд, — признается Артем. — Это такая система…

— Думали, что присяжных могут подкупить?

— Да, я думал так. Запугать, подкупить. Из «доказательств» были десять камней и моя «явка». Оставалась какая-то надежда, что [присяжные] люди все-таки, должны понять, что я невиновный. И они признали, что даже не было этих событий, в которых меня пытались обвинить.

Эти «десять камней», по словам Данилова, полицейские сами набрали на улице. Экспертиза, которую запросили юристы, показала, что ушибов на теле погибшей не было. Другая экспертиза — что и на камнях не было никаких следов ударов, только слой пыли.

Присяжные оправдали Артема Данилова, несмотря на то что о пытках им не было известно. По российским законам, говорить о пытках на судебном заседании в присутствии присяжных нельзя: якобы это сбивает их с толку.

«Есть человек, за которого некому заступиться»

Через несколько дней после признания Артема невиновным и освобождения его в зале суда представители «Комитета против пыток» приехали к нему в Тысячный, чтобы отвезти в санаторий на реабилитацию. В Анапе он пробыл три недели. «Сдал все анализы, прошел курсы лечения, там были ванны, спортзал. Гулял, отдыхал, ел — наслаждался жизнью, — улыбается Артем. — После тюрьмы все было ново, все изменилось. То в клетке, а тут свобода — ходи куда хочешь, звони кому хочешь, общайся с кем хочешь».

Он вспоминает, что особенно помогла терапия. Психолог спрашивала, «о чем думаешь, что тебя волнует, как будешь себя дальше вести», говорила, что все будет хорошо. «Я с ней общался — и становилось легче», — говорит Артем.

Несмотря на бросающуюся в глаза усталость, он действительно настроен бороться и выиграть.

— Я думаю, что опера решили, что это дело будет очень легкое, — рассуждает Артем. — Есть человек, за которого некому заступиться, и его очень легко посадить. Ну и думали, сейчас мы [на него] повесим, сделаем так, что это якобы он. Мы его посадим, нам звездочки, премию — и все хорошо.

— Вы сейчас боитесь их?

— Да, я боюсь. И Данил тоже боится. Это одна из причин, почему он уехал в Казань. Он даже на суде отказался свой адрес сказать, опасается, что его могут найти и приехать и фиг его знает, что еще сделать.

Артем. Фото: Алина Десятниченко для ТД

Данил зовет Артема к себе в Казань, где работает на мебельной фабрике.

— Пока никак, суды. Дай бог, все будет хорошо, наверное, поеду туда, — говорит Артем.

Тем временем в доме, где они жили с Наташей и детьми, поселился ее бывший муж с той самой подругой, у которой она была в гостях тогда, в мартовский день 2019 года. Он оформил опеку на дочку и получает за нее детские выплаты. Девочка, говорит Артем, живет с бабушкой.

* * *

Сегодня Артем Данилов вместе с юристами и представителями комитета снова и снова подает ходатайства о возбуждении уголовного дела против избивавших Артема оперативников. «Хотим добиться, чтобы эти опера, которые меня били, которые меня посадили, сфабриковали это дело, — мы хотим, чтобы их наказали, как минимум убрали из органов. Потому что это нелюди», — говорит Данилов.

Но Следственный комитет исправно отказывает в возбуждении уголовного дела против полицейских — по словам Анны Коцаревой из «Комитета против пыток», к началу июня было уже тринадцать таких отказов. Она добавила, что Следственный комитет по Северо-Кавказскому федеральному округу дал распоряжение отменить очередное постановление об отказе и продолжить проверку. В «Комитет против пыток» уже дважды обращались другие пострадавшие от насилия со стороны тех же оперативных сотрудников. Кроме того, в случае Данилова в распоряжении комитета есть заключение экспертов о видеозаписи явки с повинной, устанавливающее, что на задержанного оказывалось давление. «Есть и заключение почерковедческой экспертизы явки с повинной, где указано, что присутствовали сбивающие факторы», — продолжает Анна.

Окончательного решения по сообщению о применении полицейскими насилия против Артема Данилова все еще нет.

Вместе с тем прокуратура обжаловала оправдательный приговор Данилову, и краевой суд отменил этот приговор. Начался новый судебный процесс над ним по тому же делу, отправленному в суд первой инстанции. Все сначала.

«Комитет против пыток», помогающий Артему Данилову отстаивать свои права как гражданина России, работает благодаря пожертвованиям — других таких же граждан нашей страны. Каждый день юристы комитета собирают доказательства по делам, обращаются в правоохранительные органы, организуют экспертизы, следят за ходом официального расследования и вместе с тем ведут свое собственное.

Сотрудники комитета направляют пострадавших от пыток людей к специалистам, когда это невозможно по полису ОМС, помогают приобрести лекарства, предоставляют места в реабилитационных центрах. Иногда приходится прибегать к вынужденной эвакуации пострадавших и членов семьи — например, когда тем угрожают, когда на них давят или пытаются «договориться» об изменении показаний по делу о пытках.

Работа юристов, независимая экспертиза, медицинская помощь стоят дорого. И любое, даже совсем небольшое регулярное пожертвование может повлиять на то, чтобы дела о пытках получили справедливый результат.

Главная цель «Комитета против пыток» — чтобы пытки перестали существовать. Давайте добьемся этого вместе!

Перепост.