Хьюго обернулся и обнаружил Георгия стоящего на пороге с двумя чашками кофе в руках. На "консультанте" был все тот же пижонский френч.

- Я мог упасть кому-нибудь на голову, - сказал Хьюго, закрывая окно.

- Не могли. На уровне тридцатого этажа широкий, бетонный "козырек", - сообщил Георгий и протянул одну чашку гостю.

- Пустили на самотек? - забирая чашку, полюбопытствовал Хьюго.

- Убийство грех.

- Самоубийство еще больший.

- Вы верующий? - искренне удивился "консультант" и уточнил - Кибергуманист или все-таки сторонник традиции?

- В анкетах писал "КГ", - признался Хьюго.

- Почему так? Почему в анкетах "КГ"? - не понял его Георгий.

- Удобнее, "КГ" включает в себя традицию, а традиция не включает в себя кибергуманизм, - ответил он и попробовал кофе, - Хороший кофе.

- Хороший, - согласился с ним "консультант" и присел на край кровати, - Понимаете зачем я здесь и кто я?

- Думаю, что вы какой-нибудь секретный сотрудник из не менее секретной службы и вы пришли сообщить мне о моей дальнейшей судьбе, - равнодушно поделился своими соображениями Хьюго и спросил, - Что было в том шприце? Слишком комфортно себя чувствую. Можно мне еще?

- Не стоит, вызывает привыкание, - ответил "консультант", - Вы проницательный человек.

- Я не человек. Я штамповка.

- Не упрощайте. Вы человек. Правда, это все, что у Вас, на данное время, есть.

- Неужели у меня может появиться что-то еще?

- Некоторым репликантам удалось в "зоне непричастности" завести семью и начать жить заново.

- Для этого нужно забыть все, что я любил. Невозможно, - покачал головой Хьюго.

- Можно посвятить себя работе, - продолжил Георгий, - Я знаю одного, подобного Вам, он служит в армии.

- В этой "зоне"?

- Нет. Но у него не было близких.

- Расскажите о "зоне".

- Ничего особенного - несколько больших территорий, готовых взять на себя ответственость за содержание репликантов.

- Что-то вроде тюрьмы?

- Отнюдь. Нормальная жизнь. Правда, покидать "зону" нельзя.

- А если все-таки покинуть?

- Принудительное возвращение.

- А если опять?

- Медицинское вмешательство.

- Точнее?

- Психиатрическая клиника.

- Понятно, - Хьюго допил кофе и поставил чашку на стол, - Можно вопрос, ни относящийся к нашему делу?

- Сколько угодно, - радушно согласился Георгий.

- Сколько вам лет?

- Пятьдесят три.

- Почему вы не репродуцируетесь?

"Консультант" помолчал несколько секунд, размышляя, и ответил, - Я сторонник философии "одной жизни". Слышали о такой?

Хьюго изумленно уставился на Георгия, - Я думал, что это журнальные байки. У этой дикой теории есть сторонники?

- Как видите, - подтвердил "консультант", - Немного, но есть. К слову: на территориях "зоны" сторонников этой "дикой теории" гораздо больше.

- И какой в этом смысл? Зачем умирать?

- Чтобы жить.

- Фраза лишенная смысла.

- Для вас "да", для меня "нет", - Георгий поднялся на ноги и пошел к входной двери, на пороге он остановился и добавил, - Какой смысл в движении, если нет цели!?

- Вы хотите сказать, что Ваша цель в смерти? - недоверчиво усмехнулся Хьюго.

- Нет, но может быть, в том, что за ней. Хочется определенности, - признался "консультант", - К этому нужно придти. Пока отдыхайте, через двадцать минут я за вами вернусь и провожу на самолет. Да и вот еще... Последнее: Вы считаете, что вы - тот, простите, настоящий, не опасны для общества? Я должен был это спросить.

- Хотите, чтобы я сообщил о самом себе? - усмехнулся Хьюго.

- Что удивительного!? Это мой долг, - пожал плечами "консультант", - Ни кто его не знает, так хорошо, как вы.

- Он оставил мне жизнь, - напомнил Хьюго.

- Звучит величественно. Вы романтик, - заключил Геогий, - Я подберу вам хорошее место в "зоне". Там много таких, как Вы.

- Он не представляет ни какой опасности, - заявил Хьюго в спину уходящему консультанту, - Его единственный противник - это он сам.

- Как и у большинства из нас, - не оборачивась произнес офицер.

 

Предоставленное время Хьюго провел сидя на краю кровати, рассматривая собственные ладони рук. Линия жизни и на правой и на левой руке прерывалась в самом начале и продолжалась с новой точки. Сразу после свадьбы они с женой две недели путешествовали по миру. На рыночной площади в Милане молодожены зашли в павильон цыганки и после внимательного изучения руки Андрея косая старуха сообщила, что тому выпало прожить две жизни. Жена предположила, что гадалка имела ввиду его жизнь до и после женитьбы. Теперь для Хьюго давнее гадание обретало новый, неожиданный смысл.

Слабость от укола почти прошла. Он захотел пить и осушил едва ли ни половину графина, стоящего на туалетном столике у кровати.

По истечению часа Георгий, как и обещал, вернулся. С ним в комнату вошел врач и произвел внешний осмотр пленника. Удовлетворившись увиденным, он кивнул Георгию.

- Теперь действительно пора, - сообщил тот Хьюго, - Самолет ждет.

- Куда сейчас? - поинтересовался пленник.

- Я сначала познакомлю Вас с Вашими спутниками. Вместе вам будет полегче, - ответил Георгий, - Они нас ждут в аэропорту.

- Это обязательно?

- Это протокол, а значит обязательно. И потом: что Вас смущает?

- Да нет, ничего. Дурацкая привычка вникать в лишние детали.

- Тогда - вперед, - поторопил офицер.

Хьюго послушно последовал его распоряжению, закрыл окно и направился к распахнутой двери. Там его встретили два охранника Ассоциации. Они молча пристроились у него за спиной и зашагали рядом.

Мимо потянулись, облицованные зеленым карбоном стены пешеходных тонелей. Навстречу шли обычно одетые люди, не обращая никакого внимания, на странный кортеж. Видимо зрелище это было для них обычное, не представляющее особого интереса. За очередным повором карбон сменило толстое, тонированное стекло и перед Хьюго открылся вид утреннего города: алое солнце уже на треть диска выползло из-за горизонта и размножилось на миллионы оконных проемов, преломилось в сотнях тысяч спутниковых антенн, подкрасило облака, скрывающие среднюю часть комплекса, в цвет киновари.

После седьмого или восьмого поворота, они добрались до транспортного сектора и, миновав строгих гвардейцев, охраняющих входные двери, вышли на платформу. Двухмоторный корвет с эмблемой Ассоциации на бронированном боку ждал их.

- Всего доброго, - пожелал пленнику Георгий, - Постарайтесь принять себя нового. Некоторым удавалось.

- Постараюсь, - искренне пообещал Хьюго.

Помимо двух охранников и пилота в самолете находились два пассажира: испуганный, худенький брюнет лет двадцати и мрачный тип неопределенного возраста в камуфляжной форме без каких-либо опознавательных знаков.

- Вас как зовут? - приветливо поинтересовался брюнет, - Я Фархат.

- Ан..., - начал было Хьюго, но тут же поспешил оговориться: Хьюго.

- Дикая ошибка произошла! - чуть пожавшись к нему, прошептал Фархат: Дикая. Они не могут отличить настоящего человека от клона! Я сегодня женился, а они не могут.

- Все они могут, - подал голос мужчина в форме: Только делают - как им выгодно.

- Что Вы имеете ввиду? - не понял Хьюго.

- Долго объяснять, - отмахнулся от него мужчина и раздраженно плюнул себе под ноги: Главное двигаться точно по расписанию.

Один из охранников захлопнул входной люк и корвет начал подниматься в воздух. Набрав необходимую высоту, самолет скользнул к огромному транспортному шлюзу, ведущему к внешнему миру, по ту сторону "китайской стены". За иллюминаторами, далеко внизу потянулись бесконечные массивы промышленных районов.

- Досчитайте до десяти и ложитесь на пол, - неожиданно приказал хмурый попутчик в камуфляже, глядя на наручные часы.

- Зачем!? - удивился Фархат.

- Ложись говорю! - крикнул мужчина и, не дожидаясь остальных, первым распластался в проходе между сидениями. Хьюго рефлекторно последовал его примеру. Охранники обеспокоенно переглянулись, но предпринять ничего не успели, потому что корпус корвета потрял мощный взрыв. Самолет качнуло и резко повело левым боком вниз.

- Страха нет! - невразумительно взревел мужчина и бросился на ближайшего к нему охранника и вырвал у него из рук автомат. Охранник пытался сопротивляться, но мужчина одним ударом кулака в грудь, отбросил его в самый конец салона, где тот ударился головой о круглую скобу, торчащую из потолка и рухнул без сознания на пол. Второй конвоир было бросился товарищу на помощь, но еще один взрыв, прозвучавший с левого борта, отшвырнул его в сторону. Пока он вставал на ноги, нападавший разрядил ему в грудь почти всю обойму. Причем, как отметил про себя Хьюго, он делал это явно с удовольствием. Пилот так же пытался воспрепятствовать убийце и, не выпуская одной рукой штурвала, выстрелил в сторону нападавшего из пистолета. Пуля пропорола спинку сидения, где еще несколько секунд тому назад сидел Хьюго. Второй раз выстрелить не удалось, потому что мужчина всадил в него остатки обоймы и тело пилота безжизненно обмякло.

- Вот таконьки и отлично! Ни хочешь, как хочешь. Мы сами дорогу знаем, - проревел обладатель камуфляжа, сбросил труп летчика с кресла и занял его место.

По всему выходило, что пилотировать воздушный корабль было для него дело привычным.

- Не бояться! - крикнул он, - Я генерал Мамаев. Наверно слышали. Это я с ребятами Лондон в шестьдесят шестом взял. Сослать меня хотели предатели! Ерунду всякую наплели.

- Мы падаем! - закричал Фархат, размазывая ладонью по лицу кровь, льющуюся из разбитого носа.

- Ты сынок падаешь, а я на свободу выхожу! Не дрефь! Дотянем, - рявкнул на него генерал, - Через несколько минут нас транспортер подхватит. Мои орлы дело знают!

И действительно: не успел еще он договорить фразу, как огромная тень, налетевшая невесть откуда сверху, накрыла искалеченный корвет. Через мгновение последовал толчок, на этот раз в правый бок корабля, потом, оглушительный скрежет и падение прекратилось.

- Баста! - удовлетворенно сообщил Мамаев, покидая кресло пилота: Добро пожаловать господа клоуны, простите, клоны в Двенадцатую дивизию!

Сверху вновь что-то прогрохотало и часть крыши корвета рухнула на пол. В образовавшееся отверстие начали спрыгивать тяжело вооруженные морские пехотинцы. Последним в салоне появился офицер альбинос. Осмотревшись по сторонам, он подошел к Мамаеву и отрапортовал: Господин генерал, операция проходит по точно запланированному Вами графику! Дивизия ждет Вашего приказа!