Все записи
00:12  /  21.02.20

803просмотра

Офицер должен воевать, а не танцевать

+T -
Поделиться:

Впервые я услышал эту песню в последние годы войны. Её часто предавали по радио. Она понравилась мне, как и многие песни военного времени. Но гораздо позднее, когда я начал взрослеть, постепенно превращаясь в юношу, я воспринял её совершенно иначе. 

В декабре 1942-го года, в районе Сталинграда, поэт Долматовский встретился с композитором Марком Фрадкиным. Так случилось, что он прочёл Фрадкину стихотворение «Танцы до утра», которое настолько понравилось композитору, что он моментально наиграл на трофейном аккордеоне мелодию, навеянную этим стихотворением. Песня обещала сталь лирической, но завершение работы над ней пришлось отложить -  подходила к концу Сталинградская битва, и для поднятия духа советских войск требовались боевые песни. Вспоминая об истории создания этого стихотворения, Долматовский рассказывал: «Стоит воинской колонне остановиться на ночёвку в прифронтовом селе или городке, и вот уже возникают знакомства, и откровенные разговоры, и влюблённость, и всё это носит грустный и целомудренный характер». А ранним утром – неизбежное расставание, и путь дальше, навстречу Судьбе...

В начале 1943-го года, после окончания Сталинградской битвы, Долматовский и Фрадкин были приглашены на заседание Военного совета Донского фронта, где им обоим были вручены ордена Красной Звезды. Отвечая на вопрос о творческих планах, Долматовский рассказал командующему фронтом Константину Рокоссовскому об идее создания песни. Присутствовавший там же начальник политического управления фронта Сергей Галаджев предположил, что в результате должно получиться что-то вроде офицерского вальса. На следующий день после этого Долматовский и Фрадкин уже были в поезде, который направлялся на север - они ехали в вагоне, выделенном для политуправления. Поезд шёл медленно, с остановками: путь от Сталинграда до Ельца занял семь суток. За это время и была сочинена песня «Офицерский вальс». 

Евгений Долматовский вспоминал, что история, описанная в этой песне, была связана с конкретным эпизодом, рассказанным Марку Фрадкину лётчиком Василием Васильевым. Как-то, оказавшись поздно вечером в одной из прифронтовых деревень, Василий увидел танцующих под музыку людей и стоявшую в стороне одинокую девушку - её звали Зиной  Василий пригласил Зину на вальс, но очень скоро им пришлось проститься, поскольку лётчика ждала машина, на которой он уезжал на фронт. Рассказав Фрадкину эту историю, Васильев добавил: «У меня к вам просьба: напишите песню о том, что я рассказал. Если всё точно опишете, Зина поймёт, что эта песня про нас с ней. Может, она услышит и откликнется». И действительно, через некоторое время эта девушка прислала на радио письмо, в котором просила узнать адрес лётчика. Фрадкин рассказывал: «Мы связались с Авиасоединением, где служил лейтенант. Но Василий Васильев уже не мог ответить Зине: в одном из воздушных боёв он погиб смертью героя… 

Первым исполнителем песни «Офицерский вальс», впоследствии получившей название «Случайный вальс», стал Леонид Утёсов. Песня быстро приобрела популярность - многие артисты, выступавшие перед солдатами во время Великой Отечественной войны, включали её в свой репертуар. При этом с самого начала слова песни подвергались критике - в частности, когда Утёсов записывал песню на пластинку, цензура разрешила оставить только один куплет, а другой был убран со следующей аргументацией: «Откуда это такое? Офицер приходит в незнакомый дом, танцует там с незнакомой женщиной, говорит, не зная о чём, и чувствует себя, как у родного очага!». 

Ночь коротка, спят облака,
И лежит у меня на ладони
Незнакомая ваша рука.
После тревог спит городок,
Я услышал мелодию вальса
И сюда заглянул на часок.
Хоть я с вами совсем не знаком,
И далёко отсюда мой дом,
Я как будто бы снова
Возле дома родного…
В этом зале пустом
Мы танцуем вдвоём,
Так скажите хоть слово,
Сам не знаю о чём.
Будем дружить, петь и кружить.
Я совсем танцевать разучился
И прошу вас меня извинить.
Утро зовёт снова в поход,
Покидая ваш маленький город,
Я пройду мимо ваших ворот.

Смена названия песни могла быть связана ещё и с тем, что она «бросала тень» на советского офицера. Ведь в её раннем варианте одна из строчек звучала так: «И лежит у меня на погоне незнакомая ваша рука». Согласно одной из версий,название и слова были изменены по желанию самого Иосифа Виссарионовича Сталина, который после прослушивания песни заявил: «Как может хрупкая девушка достать до погона боевого офицера? Он же гигант. Вы хотите унизить нашу армию? И почему вы назвали вальс офицерским? Офицер должен воевать, а не танцевать». Как бы то ни было, после окончания войны, осенью 1946-го года, дальнейшее тиражирование и официальное исполнение песни было запрещено, и запрет этот продлился до хрущёвской оттепели. А сейчас посмотрите подлинный текст этой песни.

Тогда эта песня поразила меня каким-то особенным оттенком романтики случайно встретившихся людей, прекрасно понимавших, что минуты внезапно возникнувшего чувства никогда на повторятся. Да ещё на тревожном фоне войны. Строки: «Утро зовёт, снова в поход, покидая ваш маленький город, я пройду мимо ваших ворот» говорят о многом. Во-первых, ясно, что ночь эти двое провели вместе. А из фразы «Так скажите хоть слово, сам не знаю о чём…» - ясно, что эти случайно встретившиеся люди ничего не знают друг о друге, и поэтому предпочитают молчать.

Песня «Случайный вальс» в исполнении Леонида Утёсова звучит в фильме Якова Сегеля «Первый день мира» (1959).