Мне очень часто задают этот вопрос. А еще чаще предлагают мне, в том или ином варианте, «чемодан, вокзал, Израиль». И это понятно, когда, кажется, полстраны если не уезжает, то говорит об отъезде. Последнюю неделю социальные сети гудят по поводу заметки читательницы «Газеты.ру»: «Девять причин, по которым я уезжаю из России». Я прочитала эту заметку и согласилась почти со всем, что в ней написано. И при этом я не хочу уезжать. Почему? Кажется, причины выбирать то или иное место жительства — для меня, во всяком случае, — не такие крупномасштабные, как причины, по которым, например, я могу проголосовать за ту или иную партию. Я объездила полмира, и я понимаю, что для меня качество жизни определяется скорее чем-то трудно уловимым: то ли плотностью воздуха, то ли высотой неба. Я попробовала описать, почему меня держит Москва. Причин оставаться действительно меньше, чем причин уезжать. Но для меня они, кажется, важнее.

1. Распорядок дня. Я — сова. Мне нельзя звонить раньше 10 часов утра, а если вы хотите получить вменяемого собеседника, то лучше звонить после полудня. И я работаю до двух-четырех часов утра. В России у меня есть возможность построить свой рабочий график именно таким образом — и при этом не быть исключительно внештатником; насколько я знаю, ни в одной другой стране это невозможно.

2. В некотором смысле подпункт первого пункта. Москва — город, в котором можно соблюдать мои часы жизни, не беспокоясь при этом, что закроется магазин, я никогда не схожу в кино и т. д. Даже Нью-Йорк по сравнению с Москвой пользуется славой «города, который никогда не спит» незаслуженно.

3. Детское образование. У меня есть большие претензии к современной российской школе даже в лучших ее проявлениях. Но при всех недостатках школы мои дети растут в потрясающей питательной среде. Музыке и живописи их учат лучшие учителя на свете. Но главное, их окружают мои друзья и дети моих друзей, и перекрестное опыление, которое все они получают, составляет важнейшую часть их образования. Кроме того, дети с очень раннего возраста становятся полноценными жителями большого города, что само по себе подпитывает их впечатлениями, знаниями и умениями.

4. Продолжение предыдущего пункта и самое главное. У меня есть друзья буквально по всему миру. Это близкие мне по духу, по интересам, по взглядам на мир люди, так что никаких глупостей о том, как только в России можно поговорить про важное и умное, я писать не буду. Но все-таки только в России такой разговор может длиться, например, два дня подряд. Здесь для меня правильная плотность человеческого общения, здесь границы личного пространства расположены именно там, где они должны быть, чтобы мне было комфортно.

5. И еще. Я люблю готовить, кормить гостей и ходить в гости. Не только и не столько на званые ужины, когда приглашения рассылаются за несколько недель, соблюдается очередность комнат и блюд, и все расходятся, выдержав положенную паузу после десерта. То есть я так люблю, но еще больше я люблю приглашения из серии «а пошли ко мне» и трапезы, сочиненные на ходу.

6. Иными словами, это мой город и моя страна. Мне категорически не нравится власть этой страны. Меня коробит от проявлений нетерпимости, которые встречаются на каждом шагу, и еще больше коробит от всепроникающей коррупционной гнильцы. Я не подумаю о том, чтобы мои дети получали высшее образование здесь: они просто не станут образованными людьми, если не уедут хотя бы на несколько лет после школы. В большинстве случаев я и члены моей семьи вряд ли станем здесь лечиться. О климате я уже не говорю. И при этом я хорошо себя чувствую в Нью-Йорке, английский язык для меня такой же родной, как и русский. Но мне не кажется, что это повод для того, чтобы уйти из дома. Именно потому, что это моя страна, я считаю, что мое право и моя обязанность — делать что могу, чтобы изменить то, что мне не нравится. Ну а с климатом я как-нибудь смирюсь.