Все записи
14:00  /  25.03.21

694просмотра

Лекарство для Михаила

+T -
Поделиться:

За Михаила Сафронова я «болею». Конечно, мне хочется, чтобы выздоровели все люди, болеющие раком крови, о которых я пишу, но Михаил Сафронов – особенно.

 

Меня очень тронула его история. Он жил в Тульской области и работал в Москве охранником, когда с ним случился острый промиелоцитарный (самый стремительный и самый лютый) лейкоз. Лечение было тяжелым, заниматься ничем Михаил не мог. От беспомощности, чтобы скоротать как-то время мучительной химиотерапии, стал слушать в наушниках исторические лекции и сам не заметил, как прошел университетский курс. Когда химиотерапия кончилась, поступил в университет, проскочил несколько лет экстерном, защитил диплом, устроился работать в школу учителем истории и принялся писать диссертацию о строительстве железных дорог в Тульской губернии.

Я тогда нарадоваться не мог – надо же как! – смертельно-опасная болезнь перевернула жизнь человека решительно к лучшему.Но радовался я рано. У Михаила случился рецидив, болезнь вернулась. Михаил даже не успел поработать ни одного дня в школе. Пришлось делать трансплантацию костного мозга, за трансплантацией последовали серьезные осложнения – одним словом, еще полтора года Михаил провел не в школе, как мечтал, а в больнице.

И все время на лекарствах. После трансплантации человек нуждается в иммуноглобулинах, грубо говоря, в искусственных антителах. Дело в том, что наш организм годами учится бороться с болезнетворными бактериями и вирусами, вырабатывает антитела ко всем на свете болезнетворным микробам. А пересадка костного мозга – это как бы обнуление иммунной системы. Антител опять нет, как у младенца. И на то время, пока человек выработает антитела ко всем микроорганизмам на свете, ему нужны искусственные антитела – иммуноглобулины.

У себя в Тульской области Михаил не знал с иммуноглобулинами никаких проблем. На аптечных складах оставались их старые запасы, Михаил просто приходил в аптеку с рецептом и получал лекарства, гарантированные государством.

И знать не знал, что из-за эпидемии коронавируса, из-за того, что большинство производителей иммуноглобулинов переключились на производство вакцин, а еще из-за того, что доноры, из крови которых иммуноглобулин делают, стали реже сдавать кровь – из-за всего этого с поставками иммуноглобулинов беда.

Кризис иммуноглобулинов в Тульской области, где онкологических пациентов мало, был еще не заметен. В Москве, куда онкологические пациенты съезжаются со всей страны, кризис иммуноглобулинов бушевал во всю.

Михаил приехал в Москву лечиться от посттрансплантационных осложнений, спросил доктора про иммуноглобулин, но… доктор отвела глаза и пробормотала что-то нечленораздельное. Михаил разобрал только, что иммуноглобулинов сейчас нет, но со дня на день будут. Но они не появились ни на следующий день, ни на послеследующий.

Иммуноглобулинов -— нет. Российские производители способны закрыть не больше 10% процентов рынка. Иностранные производители заняты коронавирусом. Поставки возможны только из Китая, но российские медицинские власти не успели провести новых тендеров. Так и получилось, что гарантированных государством медикаментов нельзя достать.

Пока государство не устранит последствий своей нерасторопности, единственный способ обеспечить лекарствами пациентов, которые остро в них нуждаются – купить их силами благотворительных фондов. Благотворительные фонды не связаны законами о тендерах и могут покупать лекарства без бюрократических проволочек.

Да, государство должно. Нет, государство не может. Только мы с вами можем своими пожертвованиями заткнуть образовавшуюся в поставках лекарств дыру.

Помогите Михаилу и подобным ему пациентам здесь