Очень-очень давно люди догадались (или даже унаследовали от животных – см. классические исследования К.Лоренца), что структурировать жизнь племени или общины весьма удобно с помощью системы традиционных табу. И в течение тысячелетий успешно это делали. Это было не только удобно, но и разумно, ибо даже при наличии второй сигнальной системы объяснить каждому полупитекантропу целесообразность того или этого с помощью причинно-следственных связей никогда (и сейчас ничего не изменилось) не представлялось практически возможным. Некоторые из известных табу (например, запрет половых сношений перед охотой или «нечистота» женщины в период менструаций) из сегодняшнего дня легко объясняются логически, другие (например, запрет рубки деревьев в строго отведенном участке леса) наверняка тоже когда-то имели какой-то смысл, но утратили его в процессе изменений условий жизни племени.

 

 

Достаточно давно ученые эту систему табу заметили и описали. Сначала, естественно, заметили многочисленные «соринки в чужом глазу». Уже в конце 18 века педантичные немецкие этнографы, с трудом скрывая за строгостью слога свою брезгливость, описывали ужасные обычаи «открытых» и изученных ими «дикарей», и в том числе очень удивлялись тому, что нарушивший племенное табу «дикарь» ложился и умирал, будучи физиологически совершенно здоровым (чтобы сделать этот вывод, немцы проводили обследование). Значительно позже обнаружили здоровенное бревно в своих собственных органах зрения – у развитых европейцев были строго табуированы такие вещи, которые «дикари» находили совершенно естественными.

 

 

Писали, да. Геродот, Фрейд, Леви-Стросс, Фрэзер, Энгельс, эт цетера. Можно, я не буду дуть щеки, гуглить и приводить строгие цитаты на языке оригинала? Ибо читала и знаю, о чем. А также не буду мимоходом упоминать Гераклита, Канта, Прудона, Вернадского и Витгенштейна, ибо их высказываний на данную тему не помню (хотя они, вполне возможно, тоже об этом писали). Спасибо.

 

 

И вот, собственно, мысль. Система табу нужна, как зданию или памятнику, чтобы стоять, нужно сколько-то (определенное минимальное количество, но можно больше) опор. Нужна в любом случае.

 

Нарушение или даже полная отмена табу (руби всю священную рощу на фиг!) зачастую ведет к прогрессу или сопровождает прогресс (после изобретения охоты на медведя с помощью ружья – необходимость в половом воздержании перед охотой пропала, а с усовершенствованием повседневной гигиены не так опасно стало и сношение в период менструаций) - это наши предки тоже давно заметили. Но – здание должно стоять! – и на место сломанных или разрушившихся опор приходят (строят) новые. Закон Ломоносова-Лавуазье, что поделать.

 

 

Что только не табуировали! Сексуальную жизнь, естественные отправления, вообще - человеческое тело. В некоторых культурах и странах женщина не смела поднять глаза на свекровь, где-то мужчина не мог увидеть женскую ножку выше лодыжки. Нельзя было даже подумать, что рабы (всех сортов) и хозяева (всех разновидностей) равны между собой. Табу было сидеть в присутствии короля. Были табу сословные, национальные, религиозные, были кодексы, по сути те же системы табу (рыцарский кодекс, кодекс ниндзя и т.д.). В период, когда все просвещенные люди уже бредили «либерте, фратерните» практически под полным общественным запретом находился вопрос «откуда берутся дети» и для обозначения состояния беременности существовало почти столько же эвфемизмов, сколько для именования Волан де Морта в выдуманном мире Гарри Поттера.

 

 

Потом были социальные, сексуальные и прочие революции. И вот, мне кажется, что в современном обществе существует и даже господствует мысль: прогресс помогает освобождаться от табу, мы становимся все более и более от них свободными. Я с ней не согласна. Мне видится, что табу (опоры существования общины) просто эволюционируют. И также, как немецкие этнографы 18 века отчетливо видели чужие табу и не видели своей собственной зашоренности, так же и мы сегодня… Если бы мы их сегодня спросили, то наверное они (немцы из 18 века) ответили бы нам приблизительно так: это у них дикарские табу для управления их племенем. Примитивная, недоразвитая раса, что с них возьмешь, они же почти не могут по-человечески мыслить, как еще поддерживать порядок? Да, у нас тоже есть запреты, но это совсем другое – разумная организация просвещенного общества. Конечно, в культурном слое, в гостиной никто не будет говорить об испражнении или протекании беременности. Это действительно запрещено. Но это показывает именно нашу немецкую просвещенность, превосходящую большинство других народов.

А где же все это нарушается? Да вот же площадь, на ней – площадный театр, каждое представление – нарушение табу, вот на площади немецкая харчевня, где за пару монет для развлечения публики толстенная немка выдергивает из стены гвозди, зажав их между могучих ягодиц…

 

А мы не так? Мы далеко ушли от немцев 18 века – и ученых-этнографов, и тех, которые на площади? И уж совсем бесконечно далеко от «дикарей», которых они изучали? Да что вы говорите!

 

 

Да, в нынешних просвещенных обществах рухнули почти все старые табу. Но – здание должно стоять! – народились новые.  Уже можно без предварительного полового воздержания охотиться на волков с вертолета и покупать путевки на сафари в Африку, можно вырубить все леса (священные и несвященные), можно говорить о том, откуда берутся дети, ходить голым по улице, можно поднять не только взгляд, но и, по случаю, сковородку на свекровь, можно нарисовать и опубликовать карикатуру на короля или президента. Еще сто лет назад все было не так.

 

Но нельзя не принять на работу человека, потому что он – беременная пятым ребенком одноногая австралийская аборигенка. Если она вам как сотрудник категорически не подходит, придется придумать причину, отличную от вышеизложенных. Нельзя завести интрижку на работе. Нельзя сказать: «цыгане воруют коней» или «кавказцы склонны к насилию». Вообще нельзя утверждать, что на личность человека влияет его здоровье, раса, национальность, среда в которой он вырос и страна проживания (хотя они, конечно же, влияют). Даже в языках, где отсутствуют отрицательные коннотации, категорически нежелательно употреблять слова «негр» и «еврей» по отношению к конкретным людям (слова «монгол» и «француз» пока можно). Слово бог можно писать с маленькой буквы, но некоторые другие – только с большой, и на это строго указывается. Еще сто лет назад все было не так.

 

 

То есть, система табу никуда не исчезает. Она просто эволюционирует вместе с обществом. Если это принять, тогда сразу исчезает смысл считать кого-то «дикарями» только потому, что у него другая система табу, а твою (которую ты сам называешь «немецкой культурностью» или «демократическими завоеваниями») он не приемлет.

 

П.С. А еще очень интересный феномен из этой области такой: время от времени (обычно на крутых поворотах истории, но не обязательно – иногда это называется «возрождением традиций») люди из той или иной общности снова приглядываются к старым, уже отвергнутым когда-то табу, достают их из сундуков этнической памяти и снова пробуют – а вдруг еще пригодятся для обустройства?