Все записи
00:30  /  3.02.10

542просмотра

СОВЕТУЮ ПОЧИТАТЬ НОВУЮ И ПОЧТИ ЕДИНСТВЕННУЮ КНИГУ О РУССКОЙ ХУДОЖНИЦЕ В ЯПОНИИ!!!ИРИНА КОЖЕВНИКОВА. ВАРВАРА БУБНОВА. РУССКИЙ ХУДОЖНИК В ЯПОНИИ И АБХАЗИИ. Москва. «Три квадрата». 2009

+T -
Поделиться:

 

 

 

Сказать про эту книгу, что она хороша или плоха, никак не получается. Междисциплинарна по части жанра, претендует, казалось бы, на позицию искусствоведческого труда, но больше всего это роман о необычной женской судьбе, написанный женской рукой. Который  интересно читать. Автор, филолог-японовед  познакомилась с В.Д.Бубновой (1886-1983) в Сухуми, где та жила последние годы. Из бесед и писем составилась книга, практически об этой художнице у нас единственная.

По матери Варвара Дмитриевна приходилась родственницей тем самым Вульфам, с которым водил дружбу Пушкин. Учась в Академии художеств вместе с Павлом Филоновым и Давидом Бурлюком,  тусуясь с футуристами и абстракционистами (Варвара была подругой Вольдемара Матвейса (Матвея), художника и теоретика авангарда, автора  труда "Искусство негров") даже вступив в петербургское объединение «Союз молодежи» и  участвуя в выставках «Бубнового валета» и «Ослиного хвоста», она оставалась верной реалистической манере, позволяя себе ну разве что экспрессионизм.

В 1914 году Матвейс внезапно умирает, Бубнова перебирается в Москву.  Коллеги, почитая её  за  футуриста, принимают в Инхук. Древин, увидев портреты, написанные Бубновой в академической манере,  закипел: «Если б я не знал, что вы были женой Матвея, я бы и знакомиться не стал». Родченко утешал за его спиной: «Так как вы написали, ему не написать».   Пытавшейся  делать абстрактные работы для поддержки  «левого» имиджа, художнице казалось, что  «сохнут мозги от такой работы». И не ей одной.  Возвращаясь с многолюдного собрания, на котором «хоронили изобразительность», Любовь Попова призналась Бубновой «Мне иногда так хочется написать цветы или какой-нибудь натюрморт». В 1922 году жизнь закладывает резкий и неожиданный вираж. Младшая сестра Варвары, скрипачка Анна Бубнова,  вышедшая замуж за  японцаСюньити Оно (кстати, ставшего двоюродным дедушкой Йоко Оно), и уже переехавшая в Японию,  вызывает ее и мать к себе. Наркоминдел выдает загранпаспорта. Отъезд в Англию, получение виз, в Ливерпульской гавани посадка на пароход и пятьдесят два дня пути по морю. Полукругосветное путешествие. Чем занялась Бубнова-сан в стране Восходящего солнца? Становиться посредником между культурами, учиться и учит. Поступив в Токийское художественно-прикладное училище, предается изучению цветной литографии. Японцы восхищаются работами русской художницы, устраивают ей персональные выставки. Кроме того, Варвара Дмитриевна вносит вклад в дело ознакомления японцев с русской литературой и языком, эти предметы она преподает  

в университете Васэда. В Японии выходят в свет переводы пушкинских «Евгения Онегина», «Гробовщика», «Пиковой дамы», «Сказки о царе Салтане», с бубновскими  в них  иллюстрациями. Любопытно, что в японском переводе «Капитанская дочка» называлась «Дума цветка и мечты бабочки».

Заодно налаживается и личная жизнь художницы: Варвара Дмитриевна  выходит замуж за русского инженера, Владимира Головщикова.  Однако, прожив  тридцать шесть лет в Японии, Бубнова-сан решает возвратиться в Советский Союз. К этому времени и муж ее умирает, и мать,  и Анна тоже остается совсем одной. Они отправляются в Сухуми, где все это  время  живет  их третья сестра, Мария.

Там Варвару Дмитриевну принимают в абхазское отделение Союза художников , в Тбилиси проводят персональную выставку, а затем и в Москве, в ГМИИ им Пушкина. Ее статьи об искусстве, однако, при жизни напечатаны не были, их возвращали из редакций с вежливыми отказами: «Нам думается, что Вы внимательно читали речь Никиты Сергеевича Хрущева, в которой говорилось, что единственно питательной средой для художника должна быть жизнь народная. И от того ваш тезис о том, что «изучение мирового искусства должно стать высшей школой и питательной средой для  художника - неверен». Когда Бубновой исполнилось восемьдесят лет, ей присвоили почетное звание Заслуженного художника Грузии. «С тем и войду в царство теней или духов», комментировала юбиляр. Япония кажется далеким сном. Однако и она не забывает:  в 1982 году японское правительство награждает Варвару Дмитриевну орденом Драгоценной короны четвертой степени. Вот такая  в целом  жизнь.

 

 

 

(подробности в Артхронике -февраль)