Все записи
20:22  /  25.07.18

1003просмотра

Другой роман другого.

+T -
Поделиться:

Александр Пелевин. Калинова Яма. Пятый Рим, 2017.

Случайно несколько лет назад наткнувшись на другого Пелевина и прочитав его роман «Здесь живу только я», я уж стал вожделенно ждать, что еще напишет однофамилец (у которого, как мне кажется, есть некоторые шансы сделать пред лицом истории однофамильцем другого Пелевина – но тут я не сильно уверен, ибо другого просто перестал читать). Вот же ж парадокс какой – сколько у нас в России каких-нибудь Ивановых, Петровых или там Мироновых (а то и даже Кацев, к примеру, или хотя б Билялетдиновых), но два интересных писателя носят нечастую фамилию Пелевин и привносят в нашу литературу всякое любопытное (про второго не скажу, что он нынче привносит – но ведь привносил же).  Пелевин-другой сочинил снова историю вязкую, тревожную, обволакивающую и затягивающую. Начинается всё как шпионский роман про бывшего российского, а теперь немецкого немца, заброшенного с некоей миссией в предвоенный СССР – роман, кажущийся довольно складным по своей бульварной увлекательности, но достаточно быстро шпионскость сворачивается в метафизический сновиденческий рулон – и (если читателю не надоест, а мне – не надоело), то читателя загипнотизируют постоянными, типично сонными возвращениями шпиона на станцию Калинова Яма, которая каждый раз иная, и со шпионом происходит (если пользоваться отсылами и параллелями) нечто жуткое – то гоголевское мистическо-чертовщинное, то булгаковское мистическое же, но экстравагантное, то... да не важно, какое. 

 

В общем, есть смысл и желание снова подождать, что там Пелевин дальше насочиняет. И понадеяться, что издательство найдет другого художника, поскольку такие картинки ни на обложке, ни внутри не нужны и невыносимы.

Комментировать Всего 1 комментарий

Нашел вот такое стихотворение:

«здесь однажды дружно жил

память в толпах прежней свиты

пар дыханья пальцев жир

скоро с камня будут смыты

пункт прибытия нигде

сосны топчутся робея

до осей стоит в воде

подвижной состав пробега

с полустанка телу вплавь

сеть растянута худая

полуснится полуявь

постепенно совпадая

даль в зазубренных лесах

в темный ветер станом нотным

морду выпростал в усах

обитавший тут животным

вспять над ржавым полотном

свет болотный неопрятен

ветер сшит из бурых пятен

сам становишься пятном

дальше миссия одна

кто на свете позже вымрет

пусть пятно за прежним вытрет

чтобы не было пятна»

Это Алесей Цветков. Я без его разрешения публикую, просто оно как-то уникально соответствует....