Все записи
23:00  /  30.05.19

655просмотров

Непедагогическая несентиментальность.

+T -
Поделиться:

Александра Николаенко. Небесный почтальон Федя Булкин. АСТ, Редакция Елены Шубиной, 2019.

Есть такая традиция (нечасто, впрочем, поддерживаемая): писать книги от лица детей, но не для детей совсем. Вторую тут уже прочел, но пока про нее не буду... Зачем это делается? – спрашиваю я себя. И с бытовой точки зрения даже, наверное, могу ответить: да, вероятно, для того, чтобы мы, озверевшие, зачерствевшие, заскорузлые и злые взрослые могли б поставить себя на место нежных ранимых организмов и не делать им плохо.

Но. 1) Кто знает, кто помнит: так ли мы себя чувствовали в детстве? Так ли именно надо было с нами обращаться – или вовсе не те струны нашей нежненькой душечки не надо было трогать? 2) Все ли дети одинаковы и одинаково ранимы, и требуют ли они одинакового отношения – в конце концов, из них не зря же получаются разные взрослые (иногда даже – одинаково хорошие, но, тем не менее, разные)?

Поэтому воспитательную часть оценки я отдам кому-то более педагогичному, а сам подумаю про литературную часть. И она, надо сказать, невероятно, немыслимо, наидушевнейше слезовыдавливательна. Можно было б сказать: сентиментальна – ан, нет! Как раз верная, неспекулятивная доля трогательности туда заложена, нет там перебора с псевдодобренькой провокативностью, а есть нормальная честная открытость и искреннее желание, поместив себя, автора, в ребеночью шкурку, рассказать нам о своем представлении (и, вероятно, воспоминании) о том, каково в ней находиться.

Ребеночек-мальчик-сирота, живущий с бабушкой – просто живет себе, мечтает о своем ребеночьем-мальчиковом, а из этой недидактической нарративности как-то сама по себе (нет, конечно) получается литература, очень похожая на идеал русской словесно-художественно-гуманистической идеи, про который никто не знает, каким он должен быть, но к которому стремится каждый пишущий по-русски реалист и всякий, таковым надеющийся быть.