Все записи
20:06  /  31.08.12

3188просмотров

Ассасин, хирург, дочь, отец и послевоенные дети.

+T -
Поделиться:

Марина Степнова. Хирург.

Отыскал я книгу, вышедшую лет шесть назад и предшествующую прекрасному роману "Женщины Лазаря". Собственно, эти два романа плюс несколько рассказов – и есть все, что написано Мариной Степновой (о чем страшно сожалею, но надеюсь на то, что автор не бросит трудное писательское дело) . В этой книжке, как мне показалось, столько же ловкого и красивого владения языком, как и в последующей, но побольше запутанных смыслов. И что-то я не уверен, что книжке это пошло на пользу – но это вопрос сугубо личного вкуса. Здесь параллельно рассказаны две истории – древнего начальника ассасинов и современного хирурга с непростой биографией. Зачем религиозно-мистический маньяк и неприятный доктор-самородок существуют в книге рука об руку – мне понять не удалось. Но процесс чтения не всегда должен сопровождаться процессом успешного разгадывания загадок. Можно же просто читать, и, не понимая, не страдать от непонимания.

Валерий Попов. Плясать до смерти.

Хотел было написать: "слишком честная книга", но задумался... Честность, открытость, искренность – то, чего жутко не хватает нынешней модной литературе, вот и начинает с непривычки казаться, что вывернутая перед читателем душа – это как-то сильновато, брутальновато... может, так уж прямо не стоило... Стоило, все-таки. Стоило. В этой книге две истории – про дочь и про отца. Истории настоящие, то есть дочь и отец – они подлинные, Валерия Попова. Тут любовь и боль – два главных и чуть ли не единственных чувственных лейтмотива. И читать это тяжело, и читать это надо. Потому что эта книга (среди свежевышедших) не имеет соперников по силе проникновения в заскорузлое и натренированное постмодернистскими циничными изысками нутро читателя.  Проймет, не сомневайтесь. 

Людмила Улицкая. Дество сорок девять.

Переиздание. Я купил, несмотря на то, что преждеизданная книжка у меня где-то точно есть. Потому что это редчайший ныне образец цельности книги как предмета (ох, не побоюсь этого слова) искусства. Электрические виртуальные изделия, конечно, наступают, я и сам довольно большую часть читаемого читаю с айпада. Но тут настолько славно получилось – и добрые слова, и добрые картинки, и одни с другими в таком гармоническом симбиозе, и напечатано все хорошо... И хорошо эту книжку держать в руках. И хорошо ее читать детям на ночь, и хорошо ее дать на растерзание даже тем совсем мелким детям, которые не только читать не умеют, но даже и слушать читаемое. Пусть листают и рвут. Рвать-то, знакомясь, тоже лучше не уродливое, а прекрасное – заодно, глядишь, как-то с ним и соприкоснутся. Да, а внутри там – рассказы Улицкой про детство и картинки Любарова про прошлое, в котором это детство было.

Комментировать Всего 12 комментариев

Ну и опять спасибо. А то я все пишу и рисую и читать некогда.А так хоть буду знать что я упустила.

Мне понравились" электрические изделия", кторые "наступают" почему-то по прихоти воображения сначала я представила утюг и тостер.Ужос!

В смысле я где-то в шестядисятых нахожусь не позже.

Ну, а что? Утюг нынче важнее книжки. Не говоря о тостере – тот вообще вне конкуренции. 

Мы уже прикупили все рекомендованные тобой книги. Часть даже прочли.

Начать читать, что ли? Писать надоело.

Алексей будь другом прочти и перескажи мне близко к тексту своими словами.

А то я точно не смогу так много прочесть.Да и что толку? Потом ни пса не помню.

Эту реплику поддерживают: Алексей Насретдинов

:))) попробую, потихонечку

Но я тоже потом нифига не помню

Я тоже ни фига не помню. Поэтому записываю.

Отличная мысль! Я иногда даже умные разговоры друзей и родственников записываю,а потом им показываю и они удивляются, мол,"неужели я это сказала? Все-таки я не совсем дура...".

Так иногда талантливый переводчик делает произведение интереснее оригинала.

Не знаю Мария.Может быть. Все говорили мол "над пропастью во ржи" переведена лучше оригинала, что-то не заметила.

Может у всех разное чувство возникает.То есть я хочу сказать родной язык он более ассоциативен для нас.

Любое слово дает сонм ассоциаций, а чужой язык он как бы одномерен.Никакое слово столь ярко не звучит как сказанное на родном языке.

Я тоже прочитал Степнову с большим удовольствием. И тоже не понял в "Хирурге" смысла сосуществования двух сюжетов. И тоже не расстроился особенно, книга все равно хорошая, хотя, на мой вкус, уступает "Женщинам Лазаря".

Эту реплику поддерживают: Стас Жицкий