Референдум в Великобритании конечно же не приведет к краху королевства, как пишут некоторое мои знакомые. Университет, прекрасно существовавший в год основания Рязани, не закроется. Фунт, ходивший по такой же разобщенной Европе в годы, когда киевляне наконец одолели половцев, не рухнет. Династия, пережившая казнь королей и королев, Кромвеля и крамолу, вышедшая победительницей во всех мировых войнах, не падёт. И как бы не хотелось русским либералам, начинающим свой день с проклятий в сторону Путина, свой Путин в Англии к власти не придет. Не будет там никого, кто наплюет на мнение своего народа, кто растопчет бюллетени, заболтает, зашикает, поиграет в "настоящего мужика". Великобритания выйдет из Евросоюза, в который никогда до конца и не входила. Не будет судорожной перемены валюты, денонсации визовых соглашений. Британия никогда не вводила ни Евро, ни Шенген. При этом английские компании, столетиями управлявшие финансовыми потоками во всем мире, никуда не денутся. В сущности для Британии ничего не изменится. Да и для оставшегося Евросоюза – тоже. Но повсеместно начнет исчезать очень важная вещь, которую так нежно все эти послевоенные десятилетия воспитывала в европейских колхозниках европейская элита – вера в абсурдное. В то, что поляк или латыш равен британцу. Что гей не хуже натурала. Что мусульманин имеет те же права, что и христианин. Что член палаты лордов ничем не замечательней девонширской деревенщины. Что беженец из Сирии – тоже европеец. Что за взрывами в метро или расстрелами в гей-клубах не следуют погромы мечетей, но совсем наоборот должны начинаться митинги против исламофобии. Что твое богатство копилось все эти годы – с победы над Великой Армадой, – чтоб потом помочь бедным фермерам Латвии и Португалии. Что Великая Хартия Вольностей подписывалась для того, чтоб свобода распространилась на все племена континента. 

Десятилетия после войны в Европе правили любовь и самопожертвование. Истинное христианство. В которое верить, как и писал Тертуллиан, было абсурдно. Как абсурдно было считать, что люди когда-нибудь станут христианами, поверив в равенство слабого и сильного, богатого и бедного, белого и цветного. 

Европа, как и Россия, так и не была крещена. И это дает нам – русским – надежду, что когда-нибудь мы вместе встанем на этот замечательный путь веры, поверить в который так трудно. И так важно.

Перепост.