Все записи
16:38  /  19.11.15

1290просмотров

Новая Улицкая. Тени жизни.

+T -
Поделиться:

"Лестница Якова" - не самая худшая книга Людмилы Улицкой. Был у нее и ходульный "Искренне ваш, Шурик", и, скорей, изготовленная, нежели написанная "Сквозная линия".

"Лестница Якова" - безусловно, и не лучшее ее сочинение, - что особенно заметно из-за соседства с "Зеленым шатром", предыдущей книгой - замечательной, где теме - судьбы советских диссидентов - найдена оптимальная форма: пэчворк-принцип, он же, по словам автора, "фасеточный глаз стрекозы".

Прочитав "Лестницу Якова", вновь убедился, что Людмила Улицкая - не романист, а мастер малой формы; на марафонской дистанции сбивается дыхание, теряется принципиально важное свойство ее прозы - естественность повествования, его ненадуманность. Растянутый до романа, фирменный стиль Улицкой тускнеет, смазывается. Мучительно строя роман, автор допускает выражения совсем уж стертые, вроде "милых барышень", "очаровательных мальчуганов" или небрежностей, не вымаранных почему-то редакторами: "...американский фильм..., который давно уже превратился в очаровательное старье, но не утратил обаяния...".

Людмила Улицкая написала пара-биографию своей семьи, ее альтернативную историю, что не очень скрывает: Улицкая рассказала о семье Осецких, начиная с истории любви Якова и Маруси. В героиню, которой выпало читать письма деда, можно запросто вдумать и самого автора - в той подчеркнуто строгой версии, какой, надо полагать, писателю хочется видеть себя. Нора Осецкая на семи сотнях страниц не улыбается, не смеется - она серьезно любит, много думает и постоянно выполняет обязательства - перед собой и людьми.

Выполнением долга можно объяснить и появление этой книги, а центральную фигуру, ради которой все и устроено - можно назвать и главной удачей. Превращение Якова Осецкого - умного юноши в мудрого мужчину - и ярко, и достоверно, чего не скажешь, например, о возлюбленной жене его, Марусе, впечатлительной киевской барышне, которая дурно монтируется с Марусей-старухой, женщиной сухой, строгой, заглянувшей, вроде, на огонек совсем из другого романа.

Людмила Улицкая хороша тем, что, найдя мысль глубокую, придумывает к ней историю. Она и плоха бывает, когда идея, сквозная метафора, остается нагой, мясом жизни едва прикрытой - и если в "Зеленом шатре" инфантильность современной цивилизации, личиночность личности жизнеспособно представлены, то в новом романе диалоги о человеке, как о сумме сущностей его предков, ступеньке ступенек, выглядят вставными оперными номерами.

Читателя Улицкая на сей раз не щадит, дневники деда, сумбурные, пестрые выкладывает обильно, а все остальное - к финалу все очевидней - играет роль обрамляющую, необязательную, служебную: судьба сына Якова и его внучки, его правнука. И потому герои уж очевидно второстепенные и появляются чуть ли не впопыхах, и исчезают - как схлопываются: где, в какой-такой Аргентине пропала медсестра Таисия? Из какой-такой мыльной субстанции изготовлена полуслучайная Ася, которой выпало стать последней спутницей Якова? А Лиза, суженая Юрика, из какого подручного материала сделана Лиза? Если поднатужиться, можно, конечно, и в эскизности этой разглядеть принцип: герои второстепенные вторичны по отношению к героям из других книг Улицкой, они - ступеньки ступенек, малокровное о них напоминание, "тени жизни".

Выступов и провалов у лестницы Якова Осецкого много, выполнены эти плоскости с различным тщанием, к концу норовя не то развалиться, не то рассыпаться в прах. Соотношение главного с прочим получилось таким, что цепочка смертей и рождений вынуждает вспоминать неприличный анекдот о мышах: какие прекрасные люди были раньше, а сейчас?

Что осталось от них?

Теги: книги