Все записи
16:19  /  6.02.14

15920просмотров

О Pussy Riot в Нью-Йорке и «Болотном деле»

+T -
Поделиться:

Когда-то моя подруга Юля стала стоять в одиночных пикетах за Пусси Райот. Как-то раз она позвала меня с собой, а я ответила в том смысле, что это совсем не моя история.

"Почему", - спросила она?

"Ну понимаешь, - ответила я спокойно и абсолютно уверенно, - есть, все-таки, какие-то границы. Нельзя танцевать в церкви", - я сказала.

Юля говорит: "Почему?".

Я говорю: "Ну как почему? Ну что значит почему? Просто нельзя, и все. Ну вот когда ты приходишь в консерваторию, ты же выключаешь телефон?".

"Да, - говорит, - но когда было нужно, ты с балкона консерватории кричала фамилию Лубянцев. Криком. Потому что по-другому было нельзя".

Юля имела в виду ситуацию на конкурсе Чайковского, когда талантливого пианиста Лубянцева не пропустили в финал, и мы устроили по этому поводу большую бучу, организовали первую в истории нашей страны Премию Критики, и прочее, что было бы совсем невозможно, не привлеки мы внимание общества к той ситуации.

"Ты стояла на балконе московской государственной консерватории имени Чайковского и кричала криком, ты скандировала фамилию пианиста, с которым поступили плохо, несправедливо, и другого выхода, другого способа заставить людей что-то увидеть в тот момент не было", - сказала Юля.

Юля была (и есть) абсолютно права. Иногда и правда нет другого выхода. Да даже не в этом стало дело, чуть позже. Дело стало в той смелости, последовательности и достоинстве, с которым держались девушки в тюрьме. Не каждый смог бы поставить свои идеалы (пусть даже далекие от ваших, моих, чьих угодно) выше собственной свободы.

Как и многие, я сидела в суде, когда продолжался тот потрясающий процесс, я сидела у суда, перепощивала всю информацию о них, ставила картинку "free pussy riot" себе в фейсбук в качестве profile picture, пересылала информацию друзьям заграницу и так далее. Что мы еще могли сделать? Ничего. А потом их выпустили.

И они, конечно, сразу оказались суперзвездами. У них стали каждые 2 минуты брать автографы и интервью. Их стали чудовищно ругать. На них стали давить. Их стали восхвалять. Ими стали восторгаться. Обожествлять. И совершенно, напрочь, начисто сходить от них с ума.

Тот же механизм, что заставил многих написать злобные тексты о пресс-конференции только что отпущенного на свободу Ходорковского, вот ровно тот же механизм мгновенно обожествил двух молодых женщин, которые пока что, кажется, сами не поняли, что с ними произошло. Этот механизм можно назвать истерикой, можно инфантилизмом, можно отчаянием, но чем его не назови - он, конечно, грустный. Грустный такой механизм.

Мы все ждем и ждем, когда же, ну когда же придет кто-нибудь, кто нас спасет. Очаровываемся навек, разочаровываемся вмиг, мы такие быстрые ребята.

И вот, две молодые женщины прилетают в Нью-Йорк. Они окружены вниманием. Они горят происходящим, живут им. Кажется, им не надо есть, пить, ходить по магазинам, им надо только бороться, только спасать мир, только работать. Это вызывает уважение, ну правда. Я сейчас тоже в Нью-Йорке, и мне совершенно не хочется никого спасать, мне хочется в магазин, в парк на окраине города и в оперу. И спать все время хочется.

А им - нет.

Позавчера для них устроили вечеринку в пентхаусе на Park Avenue, так называемую Reception. Это была вечеринка правозащитной организации Amnesty International. В доме с коврами и диванами в холле, консьержами и милыми девушками, ласково придерживающими дверь лифта, чтобы вас, не дай господь, не прищемило его бесшумными дверьми, собрались люди - фотографы, светские львицы, Роджер Уотерс из Пинк Флойд, Йоко Оно, всякие журналисты, и прочие. Все они говорили речи, пили вино, фотографировались с девушками и Петром Верзиловым, плотность воздуха была такая, что его можно было резать на куски. И все время, проведенное там, казалось мне ужасно бессмысленным. Я злилась на них, на Amnesty International, и в общем на весь мир, устроенный несправедливо, и чествующий не тех, не там, и не так, как нужно. У меня не было конкретных идей, что именно мне не нравится. Ну то есть была, ровно одна. Меня злило, что никто не говорит ни слова о "Болотном деле". Хотя в эфире популярного шоу Colbert Report они, говорят, сказали об узниках 6 мая. И все равно, мне все было мало, недостаточно. Реакция на их освобождение казалась мне не адекватной. Как казалось не адекватным их заключение под стражу. Или крики "таким надо было не двушечку, а десяточку залепить". Или свидетельские показания "как-то они крестились в храме не по-христиански, не благоговейно". И все это совершенно перестало иметь для меня значение, после вчерашнего концерта Amnesty International в Barclays center. Это был ежегодный концерт AI, организации, самое лучшее описание которой легко находится в википедии: "К 1980 году правительства всё чаще критиковали Amnesty International, уже ставшую лауреатом Нобелевской премии мира и премии ООН в области прав человека. СССР обвинил организацию в шпионаже, правительство Марокко осудило её как защитника лиц, преступающих закон, а аргентинские власти запретили Годовой доклад-1983", хотя, возможно, это описание не организации, а страны.

На вчерашнем концерте выступили Blondie, Cake, Imagine Dragons, Lauryn Hill, Colbie Caillat, а отдельной строкой на афише красовалось: "Specia Address by members of Pussy Riot introduced by Madonna". Мадонна будет представлять "Пусси Райот" на концерте Amnesty International. Понимаете, да?

Ну и вот, совершенно откровенно говорю вам - меня это взбесило. Узники болотного дела не могут добиться и тысячной доли внимания, которого добились эти девушки, при этом о степени несправедливости в этих двух делах еще можно поспорить. Узники болотного дела вышли на "согласованный", разрешенный властями митинг. Они не занимались активной политической борьбой и не были готовы оказаться в тюрьме. На их месте могла быть я, моя подруга Юля или любой другой человек, из бывших там. Но Мадонна представляет "Пусси Райот", а болотники сидят в тюрьме.

Концерт был устроен следующим образом. Выступления музыкантов чередовались с речами знаменитостей и правозащитников. Актриса Сюзан Сэрэндон, например, сказала: "Каждый из нас должен переработать гнев в действие, и тогда мы изменим мир, в котором живем". Уровень этого шоу потрясал, конечно, воображение. После каждого из выступлений, на сцену выскакивали 20 техников, переключавших все оборудование за несколько минут, в то время как поворачивающийся круг сцены давал возможность практически без паузы выступить следующим музыкантам. Все было как в кино. Стадион, специальные люди разносят пиво и хотдоги, все четко, слаженно, show must go on, с этим здесь спорить совершенно бесполезно. Что поделать, интеллигентская испорченность, искалеченность "Весной в Фиальте", тихими разговорами взрослых на кухне, прозрачными листками самиздатовского Бродского, искалеченность невозможностью благополучия, невозможностью свободы, она, конечно, мешала enjoy the show. Потребовалось специальное усилие сознания, чтобы перестать снобствовать, злиться и сказать себе: "Сейчас десятки тысяч людей сидят на концерте, который устроила правозащитная организация". Попсовая, ужасно раскрученная и вполне себе коньюнктурная, но - правозащитная. Люди, сидящие в зале, напишут об этом в фейсбуках, расскажут друзьям, и будут воспринимать правозащитное движение как что-то знакомое, известное и вполне реальное. Значит, помогать будет легче. Всем. Нам всем.

"Ladis&Gentlemen, MADONNA!!!", раздалось в микрофон, и зал вскочил. Мадонна вышла на сцену, извинилась, что будет подглядывать в бумажку, поблагодарила группу Pussy Riot за то, что они легализовали слово Pussy в ее доме, и произнесла речь.

Она говорила о том, как ее шоу в Москве было признано "гей-пропагандой" и как на нее оказывалось давление, но она не изменила в шоу и секунды. Говорила о том, как 85 человек были задержаны на ее концерте за "слишком гейское поведение". Говорила о том, что "Счастлива жить в стране, пусть не идеальной, но позволяющей иметь собственное мнение и не сидеть за него в тюрьме. По крайней мере, пока". "Это честь для меня, представлять здесь Машу и Надю из группы Pussy Riot".

Маша и Надя из группы Pussy Riot вышли на сцену, обнялись с Мадонной, и стали, через переводчика, благодарить и говорить речь. Они стали кричать со сцены "Россия без Путина" и пытаться добиться от зала какой-то бурной эмоции (не добились), они стали кричать "Мы боролись за нашу и вашу свободу" (люди слегка удивились), они стали кричать "Давайте вместе сейчас скажем Russia will be free" (не то чтобы это было так важно для собравшихся на стадионе людей, но кто-то даже и крикнул вместе с ними), но они теряли внимание с каждой минутой. Их речь была слишком русской, слишком эмоциональной, а их шоу не было продумано блестяще. Именно это мне и понравилось, кстати.

Ну, они ходили по сцене, пока говорили речь. Не знаю, сами ли они придумали этот блестящий ход, или им посоветовали, но выглядело слишком театрально. Эдакие мятущиеся души, не знающие покоя, ни на секунду они не могут остановиться.

Но потом они попросили внимания зала, заговорили о "Болотном деле", крикнули "наша задача вытащить этих людей из тюрьмы, пожалуйста, обратите на это внимание!!!", а затем зачитали фрагменты "последних слов", сказанных вчера узниками Болотного дела. Я не знаю, опять же, сами ли они это придумали. Или им подсказали. Но я не могу представить лучшего "хода" для речи в этот вечер. Люди, о которых никто не знает, имен которых никто не пишет на афишах правозащитных концертов, люди, в суд к которым уже почти два года ходит только горстка родственников, вдруг обрели голос. Они выступили на концерте Amnesty International, их слова слушали, - и, судя по наступившей в тот момент тишине, - услышали - десятки тысяч людей.

Я не знаю, как закончить этот текст. Все же понятно. Обратите внимание на "Болотное дело", пожалуйста. 21 февраля им вынесут приговор. И есть крохотный шанс, что от нашего с вами внимания что-то в этом приговоре может измениться.

Маша, Надя, спасибо.

Комментировать Всего 19 комментариев

Варя, они все время говорят про Болотное дело. Но мало кто слышит. Таковы законы жанра, и в этом никто не виноват.

Когда-то очень давно, еще до того, как Сахаров поссорился с Солженициным, один русский националист в Москве предъявил мне претензию, мол, почему, когда у одного из ваших (имеются в виду евреи-отказники) просходит банальный обыск, об этои кричат все голоса, а чтобы вспомнили о нас, нужно, чтобы кого-то как минимум убили в тюрьме.

Я так и не смог ему объяснить, что с нашей стороны тут нет злого умысла, просто таковы законы жанра. Спрос на информацию определяет контент.

Факт в том, что лучшего способа напомнить человечеству о российских безобразиях вообще и о Болотной в частности, чем поездка двух девушек по миру, быть просто не может. 

P.S., Боюсь, что Прохорову нагорит за этот концерт на его стадионе.

Эту реплику поддерживают: Мария Генкина, Варвара Турова

Да все понятно про жанр. Просто характер у меня такой. :)

Эту реплику поддерживают: Александр Гольдфарб

Иду ;-) Вы тоже сегодня?  

Я в партере (который первый ярус). Буду рада увидиться там в баре (он маленький и людей немного) если есть желание.

Понравилось, но после Вашего 'При Сталине такого не было' я ожидала чего-то более острого. Хотя в последнем акте было много подтекста, и пожалуй он мне больше всего понравился. Хотя пляски тоже были хороши. И все хоровые сцены были отличные. Так, что-то я договорилась до того что мне даже очень понравилось ) А вам?

Эту реплику поддерживают: Варвара Турова

ну вот. че-то описала.http://www.snob.ru/profile/8458/blog/71735

Варя, абсолютно с вами согласна. Хочу только добавить, что эти девочки все решают и пишут сами. Они неисуцшенны и абсолютно искренни. Просто мне довелось пообщаться с ними в Москве и в Париже.

Эту реплику поддерживают: Варвара Турова

Хорошо написано.

Ирония состоит в том, что за права человека борется машина. В ее стальных объятиях человек может задохнуться и у Вас это замечательно описано. После огня и воды испытание медными трубами может оказаться наиболее серьезным...

Эту реплику поддерживают: Мария Генкина, Варвара Турова, Алексей Буров

Медные трубы это вообще самое сложное из испытаний.  Надеюсь, девушки и его пройдут достойно.

Эту реплику поддерживают: Мария Генкина, Alexei Tsvelik

Спасибо, Варвара - прекрасно Вам удалось передать ситуацию. Надя и Маша остаются собой, ведут свою благородную линию - не боясь даже и выглядеть нелепо. И это радует. Помогай им Бог! 

Эту реплику поддерживают: Alexei Tsvelik, Елена Загревская

Видел их у Колбера. Выглядело это всё очень отрепетированно-ненатурально. Незнание английского делу не способствовало. Девочек жалко - похоже Верзилов и Ко. стремятся на них заработать по максимуму ("куй зелезный пока голятий"). Ситуация уже сильно напоминает "по улице слона водили" . Им бы поскорее избавиться от повадыря с "phony British accent".

а почему вы думаете, что на них стремятся заработать? кто? что? что можно на них заработать, кроме тюремных сроков? 

Варвара, ваши вопросы мне показались немного наивными. Посудите сами:

1. "Почему?" - потому, что это обычное дело. Назовите это "fundraising", если угодно.

Более корректно было бы спросить "почему сейчас?". Потому, что через месяц-другой на западе про них все забудут. Характерная деталь: в 2012м по возвращении из Европы Мадонна открыла свой тур по США в Филаделфии где требовала свободу Pussy Riot. Публике было глубоко пофигу (я был там). К концу тура в Маями - про Pussy Riot ни звука.

2. "Кто?" - я же написал, Верзилов и Ко. It's a hunch, of course, типа "я их котов нутром чую" (далее по тексту). Можете первой бросить в меня камень, если докажете, что Верзилов - бессеребрянник.

3. "Что?" Money, money, money. Про сроки вы это, наверно, пошутили. ВВП второй раз на эти грабли не наступит, уверяю вас.

Эту реплику поддерживают: Alexei Tsvelik

имела ввиду неискушенны

Дмитрий Селезнев Комментарий удален редакцией Почему?