Из Кампа-Гранде микроавтобусом едем по отличному асфальтированному шоссе, потом пересаживаемся в  грузовой джип и по боковой насыпной дороге, едва тронутой грейдером много лет назад, а потом и вовсе по бездорожью, как в Монголии, мчимся по колее, по высокой болотной осоке.

Мы в бразильской сельве, той самой, где "очень много диких обезьян".

Дорогу перебегают лисы, опоссумы и армадиллы. Летят журавли. Слышны крики попугаев и обезьяньи голоса. В лужах позевывают крокодилы. Промелькнула лань. Пара страусов-нанду, высоко поднимая голенастые ноги, важно вышагивают по обочине  как богомольцы с узелком. Огромные птицы разных цветов, нехотя расправляя крылья, взлетают буквально из - под колес джипа. Символ сельвы - длинноногий и длинноклювый журавль Ту-ю-ю смотрит на нас из центра болота как бы оценивая, есть ли у нас право его беспокоить.  И так,  не решив для себя этот вопрос, нехотя отрывает от земли свое почти стокилограммовое тело взмахом полутораметровых крыльев. Плотные, мясистые коровы лунного цвета  с нестандартными  фигурами, грациозно перебирая ножками, освобождают дорогу, а  потом, оттопырив горизонтально расположенные ушки, долго провожают джип туповато - кокетливым взглядом больших черных глаз. Внушительных размеров, но еще молодые горбатые  быки такого же лунного цвета сначала, задрав хвост, отбегают на обочину дороги,  а потом, на всякий случай, приняв боевую стойку, демонстрируют готовность защищать своих беспечных подруг.

Мы на болотах Пантанала.

К маленькой паромной переправе на реке Парагвай в Порто да Манга  наш джип подкатил около трех часов дня. Хозяин поусады (постоялого двора) где мы остановились предложил нам проехать на рыбалку, чтобы наловить свежей рыбы на ужин.

- А какая рыба у вас тут водится? - с видом знатока спросил я.

- Да всякая, но в основном пираньи,- отвечал он.

- Пираньи?!  Это те самые, которые до костей обгладывают любого, кто осмелится искупаться?

-Да, зубы у них, конечно, острые. Но вряд ли они станут есть всех подряд. Поехали. Все увидите сами.

Столь необычной рыбалки мне не приходилось видеть. Лодочный мотор ревел на форсированных оборотах. Мы громко переговаривались, стараясь перекричать шум мотора. А наш инструктор, вместо того, чтобы утихомиривать, наоборот предлагал как можно больше шуметь и стучать концом удилища по воде.

Удочка тоже была далека от совершенства. К бамбуковому удилищу была привязана толстая леска, на конце которой закреплялся крючок,

 

 

На этот крючок надо было насадить большой кусок свежей рыбы, закинуть в реку, издавая при этом как можно больше шума.

Несмотря на странность такого поведения, каждый из нас очень быстро вытащил по 2-3 рыбки. Это были настоящие пираньи - радужные, с большими толстыми и острыми зубами. Через полчаса решив, что рыбы для ужина вполне достаточно, поплыли домой.

 

А утром во время завтрака в столовую пришел молодой человек с анакондой на плечах. Дело в том, что вчера вечером мы ужинали жареными пираньями  на парапете у паромной переправы и спорили, кто  же там шевелится в затоне - крутит ли течением корягу, или аллигатор подплыл шугануть собак. И вот хозяйский сын, уловив суть нашего спора, принес, что называется, вещественное доказательство...