Все записи
03:14  /  10.02.19

458просмотров

Коллекционер искусства

+T -
Поделиться:

Собирание предметов искусства - забава очень древняя и неизменно увлекательная во все времена.  

В Древнем Риме собирали греческие вазы и египетское стекло, в средневековой Европе интересовались всевозможными античными древностями,  иллюстрированные рукописные книги - тогдашние образцы современного искусства стоили как неплохой дом в центре Рима.  

Но антиквариат - материал традиционный и в гораздо меньшей степени предполагает открытие нового художественного явления, которого так ждут с самого начала XXI века.  

Современное искусство ничего не требует от приобретателя кроме уверенности в своём вкусе и денежных вложений.  

Коммерческая или инвестиционная ценность коллекции современного искусства определяется простой формулой - время, вкус и уверенность. 

Современные коллекции чрезвычайно разнообразны.  

В 1980-90ых годах начался бум приобретательства предметов искусства.  Уорхол, Ротко,, другие «экспериментаторы в современном искусстве» выросли до сотен тысяч и миллионов долларов.  

Эстетика Поп-арта подготовила коллекционера к мысли, что гениальное произведение искусства способно улучшить приобретателя. Потребление искусства стало частью экономики, ее культурной отраслью. 

Примером для Коллекционеров искусства в 1980-90ых была собрание Г. Д. Костаки. Этот  человек с хорошим вкусом и сравнительно небольшим доходом сумел собрать более 5 тысяч произведений - первоклассных образцов живописи всех знаковых авторов ХХ века. 

Принадлежность к этой коллекции была своеобразным знаком качества для предмета искусства.  

На рубеже 1980-90ых появились и крупные корпоративные приобретателей совриска.  

Компания Даймлер успешно вложилась в начинающего художника Дамиена Херста, чья акула в формалине так удачно передала идею смерти, столь популярную в 1990ых. Для музея БМВ Э. Уорхол, Р. Лихтенштейн, расписывали аэрографами  автомобили, а металлургические компании с 1960ых инвестируют в художников, работающих с монументальными  объектами из стали и медного проката. 

Особенно интересны случаи покупок анонимными приобретателями предметов современного искусства. Так, например, в мастерскую Болеро - известного колумбийского художника как-то осенним вечером 1995 года пришёл неизвестный и выкупил за наличный расчёт более 100 вещей за несколько миллионов долларов наличными.  

В 21 веке приобретения стали в меньшей степени инвестиционны, но в большей мере имиджевым решением. 

Начало 2000ых было ознаменовано выставочным бумом, за которым, обычно, следуют множественные продажи хорошо репрезентованного материала. Так и произошло практически везде кроме России. Пока арабские коллекционеры оптом скупали европейский «контемпорари», российский рынок современного искусства оживлялся редкими покупками небольшого числа Коллекционеров.  После 1998 года, когда закрылись практически все коммерческие институции, занимающиеся совриском, рынок искусства перестал подавать признаки жизни вплоть до начала биеннального движения начала 2000ых. 

Крупнейшие приобретения в свои музейные собрания совершаются на востоке.  По свидетельству кураторов лувра в Абу-Даби, планируется ежегодно вкладывать по миллиарду долларов в коллекции совриска.  

Пополнения крупных корпоративных коллекций в этих регионах чаще всего происходят посредством конкурсов или грантов учреждённых приобретателями. Выглядит это как медийный повод, когда объявляется крупный приз или безвозмездное предоставление престижной экспозиционной площадки на конкурсной основе.  Отбор членов жюри, Пиар-обеспечение, презентация каталога — все это организовывается в ближневосточных культурных институциях как стратегически важные, имиджевые дополнения к покупке искусства. 

Вопрос цены тут, конечно, важен, но отнюдь не самый определяющий решение о покупки. Большинство авторов, которые обращаются на галерейных площадках Саудовской Аравии, ОАЭ, катара имеют европейские  рейтинговые позиции. Они многократно выставляются во Франции, Великобритании, обучаются в США или Голландии, но после нескольких серьезных выставок их привлекают «кураторы-рекрутеры» из числа сотрудников ближневосточных художественных институций. Главное  условие отбора — автор должен быть по-происхождению выходцем из мусульманского региона.  

Частные коллекции в Эмиратах или Катаре рано или поздно перерастают в музейные собрания.  Таков фонд Барджиль, располагающийся в Дубаях под эгидой Султана аль Казвини. В выставочных пространствах этой институции вы можете встретить и персов, и ливанских армян которые экспонируются, демонстрируя лояльность и толерантную политику ко всем этносам, населяющим мусульманские регионы. Ещё в 1990ые взаимная неприязнь арабов и, скажем, граждан Ирана была столь сильной, что никто и помыслить не мог, что спустя 10-15 лет всех подружит художественное производство и совместные артпроекты на крупных ярмарках в Дубае или Стамбуле. 

Не менее интересна система китайских  корпоративных собраний. Там существует забавная организация, которая де-юре диктует моду на приобретение искусства частным корпоративным собраниям. Такого рода «принудительная рекомендация» предполагает наличие у вас «патриотического обязательства». В каждой провинции наличествует филиал «комитет по культуре» состоящий из партийных функционеров, которые настоятельно советуют приобрести того или иного автора через соответствующую галерею с непременным государственным участием. Авторы, чьи работы были реализованы через госорганизации не облагаются налогами, а если и облагаются, то в весьма льготных режимах, и многие галереи современного искусства  существуют именно засечёт такого «принудительной благотворительности». 

Рынок современного искусства подобен человеческому телу. 

Многоуровневые связи, свободная циркуляция предметов искусства, обмен культурным опытом требуют единого художественного пространства. Обособить какой-либо регион или страну от глобального творческого вкуса так же невозможно как лишить кровообращения часть человеческого тела. 

Мода, вкус, стандарты художественного стилеобразования — все эти культурные коды едины для всего мира и выиграть при этих условиях может тот, кто раньше всех остальных пойдёт по этому пути.