Все записи
17:51  /  16.07.18

1062просмотра

Судебные хроники из Нью-Йорка. Иск к зомбоящику. Часть 1.

+T -
Поделиться:

После того, как мы с Мариной Литвиненко объявили, что будем судится с Первым каналом и RT, поступило огромное количество вопросов. Пока наши адвокаты пишут исковое заявление, а драма в зале суда не началась, есть время, чтобы на них ответить обстоятельно и подробно.

Что произошло? 

После попытки отравления в Англии Сергея и Юлии Скрипаль, убийство Александра Литвиненко в 2006 году в Лондоне снова вышло на первый план. Британский премьер-министр и министр иностранных дел заявили в парламенте, что оба отравления - звенья одной цепи, обвинив в них Кремль и лично Путина. При этом в отношении Скрипалей доказательств пока не представлено, и доказанное дело Литвиненко стало прецедентом: мол, если они отравили Литвиненко, значит отравили и Скрипалей.

В ответ российские телеканалы сделали несколько передач, где доказывали, что Кремль не имеет никакого отношения ни к тому, ни к другому отравлению. В отсутствие фактической базы о Скрипалях, упор был сделан на Литвиненко. Его, мол, отравили западные спецслужбы вместе с людьми Березовского, поэтому нечего валить все на Россию.

Чтобы эта “альтернативная правда” выглядела убедительно, телепропагандистам необходимо было, во-первых, развенчать британское судебное расследование, установившее без тени сомнений, что Литвиненко отравили два российских агента, Андрей Луговой и Дмитрий Ковтун. Во-вторых - представить публике альтернативного “убийцу”. Эту роль отвели мне. Моим главным разоблачителем выступил престарелый отец погибшего Вальтер Александрович Литвиненко.

Для придания вящей убедительности своим фантазиям Вальтер Александрович заодно и обвинил меня в том, что я избавился от своей жены, которая не умела держать язык за зубами.

Развенчанием же английского судебного расследования занимался в основном Луговой.

Все это вранье. Но прежде, чем отвечать моим “разоблачителям” по существу, я расскажу о юридических аспектах нашего иска.

Юрисдикция, диффамация, компенсация 

Прежде, чем принять любой иск к рассмотрению, суд - в данном случае Окружной федеральный суд в Нью-Йорке - должен признать свою юрисдикцию в отношении истца, ответчика и предмета разбирательства. В отношении меня все просто: я гражданин и житель США. Первый канал и RT попадают под американскую юрисдикцию в силу обширных деловых операций, которые они здесь ведут - продают программы кабельным операторам, собирают рекламу, содержат корпункты и корреспондентов и т. д. К тому же Первый канал выступает в том же суде истцом против местных русскоязычных телеканалов. В отношении Марины, живущей в Лондоне, возможны возражения и нам придется доказывать, что у нее в США есть существенные интересы, которым ответчики нанесли ущерб.

Клевета (диффамация) относятся к разделу законодательства о персональном ущербе, нанесенном здоровью, бизнесу, репутации и т. д. или приченении эмоциональных страданий. Факт и размер ущерба необходимо доказывать, но для случаев клеветнических обвинений в совершении преступления, закон доказательств не требует - ущерб признается автоматически; это называется defamation per se - “клевета как таковая”.   Кстати, Марину тоже обвинили в преступлении - даче ложных показаний в лондонском суде; это утверждал Дмитрий Ковтун в одной из программ. 

Многие интересуются, можно ли предъявлять претензии к телеканалам, если они всего лишь передали утверждения третьих лиц - Лугового, Ковтуна и Вальтера Литвиненко, а сами никого ни в чем не обвиняли. Однако закон гласит, что ответственность за клеветнические утверждения несет не только их автор, но и передающий, в данном случае - телеканалы. 

Американские законы о диффамации в СМИ гораздо более предрасположены в пользу ответчика, чем английские. В Лондоне достаточно доказать только факт вранья и нанесенного ущерба; в Нью-Йорке нам придется доказывать злой умысел. Столь высокая планка доказательности вытекает из прецедентного дела New York Times vs Sullivan 1964 года, когда Верховный суд США постановил, что СМИ, публикующие ложную и порочащую информацию в отношении публичных фигур, должны знать, что лгут, чтобы данная ложь была признана злостной клеветой. Злой умысел признается также в случаях когда у СМИ имеются серьезные сомнения в правдивости информации, но тем не менее они передают ее без должной проверки (fact checking).

Такие нормы установлены в духе Первой поправки к Конституции США, грантирующей свободу слова, чтобы дать возможность прессе безбоязненно критиковать политиков, чиновников и прочих известных персон. В отношении частных лиц требования гораздо ниже; там достаточно доказать лишь ложь и ущерб.

Нашим отвтчикам не составит  особого труда доказать, что мы с Мариной - “публичные фигуры”, и поэтому нам придется доказывать их злой умысел, т. е. то, что редакторы, продюсеры и ведущие программ знали или догадывались, что Луговой, Ковтун и Вальтер Александрович врут на голубом глазу. Как мы будем это делать, я расскажу позже. 

Целью исков о диффамации явлается восстановление истины и возмещение ущерба. 18 июня наши адвокаты отправили руководителям Первого канала и RТ письма с тебованием опровержений и извинений в эфире. Ответа не последовало.

Мы не ожидаем, что ответчики предложат внесудебное соглашение, как часто бывает в исках о клевете.  В любом случае мы потребуем опровержений и извинений, что едва ли возможно. Что касается компенсации, то теоретически в случае победы мы можем рассчитывать на существенные штрафные санкции (см. фильм “Эрин Брокович”), но у наших ответчиков в Америке нет активов, которые можно арестовать. Есть, правда, доходы, но взыскать их будет не просто.  

В 2010 году, например, Борис Березовский выиграл в Лондоне иск о клевете у телеканала РТР и некоего Владимира Терлюка, который в программе РТР обвинил его в убийстве Литвиненко. Ему присудили 150 000 фунтов компенсации (истратил он на иск 300,000). Но он не получил с них ни копейки, т. к. РТР просто отказался платить. (Кстати запомните это имя - Владимир Терлюк, мы к нему еще вернемся).  

Так что неопределенная перспектива отсудить у клеветников деньги не есть причина нашего иска к двум телеканалам.  

Тогда зачем мы это делаем?

Рискуя впасть в пафос, - по высшим соображениям. В нашей картине мира столь наглое, беззастенчивое вранье, льющееся с экранов в умы и сердца сотен миллионов людей, не должно оставаться безнаказанным. Линкольн говорил: “Можно всё время дурачить некоторых, можно некоторое время дурачить всех, но нельзя всё время дурачить всех.” Однако, российское ТВ, похоже, опровергло Линкольна в России, и пытатся сделать это в остальном мире, где все больше и больше людей начинает им верить. Мы хотим вступиться за Линкольна, благо появилась такая возможность.

Мы хотим, чтобы суд вызвал давать показания руководителей каналов-лгунов Константина Эрнста и Маргариту Симоньян и чтобы наши адвокаты устроили им перекрестный допрос. Мы хотим, чтобы выслушав их, двенадцать американских присяжных сказали, где здесь правда, а где ложь. В общем, мы хотим показать им, себе самим, и всем остальным, что на них есть управа.

Продолжение следует 

П. С.: Это весьма затратный проект. Если вы хотите внести свои несколько долларов (фунтов, евро, рублей) в его реализацию, это можно сделать посредством PayPal, или посетив нашу страницу краудфандинга. Спасибо.