Все записи
22:12  /  8.12.13

1445просмотров

Теория и практика текущего момента. Учтет ли Евромайдан печальный опыт Болотной?

+T -
Поделиться:

Я написал эту статью в декабре 2011 года, когда на улицах Москвы появились толпы народу и заговорили о возможной смене режима революционным путем. В каком-то смысле статья оказалась пророческой. Сегодня она не менее актуальна в отношении Майдана, а может и более, если учесть печальный опыт Болотной.  

Публикуется с сокращениями и дополнениями.

 

Ленинская формула "верхи не могут управлять, а низы не хотят жить по-старому" как нельзя более точно отражает суть момента. Толпы народа на улицах, растерянность властей - очевидные симптомы.

Но революционная ситуация недолговечна и нестабильна, как шар, закатившийся на вершину: чуть подтолкни - и покатится в любую сторону. Она может и вовсе не привести к переменам: толпы устанут и разойдутся, власть оправится от шока, задействует свои нешуточные ресурсы, и все вернется на круги своя. Или, хуже того, закончится еще более жесткой диктатурой. Исход в первую очередь зависит от того, как воспользуются этой временной нестабильностью люди, которых судьба вывела на авансцену истории -  лидеры протестующих.

Ответ прост - они должны брать власть. При этом возникает правовая двусмысленность. Ведь захват власти - это нарушение закона.

Oпределим предмет. Революция - это смена режима неконституционным путем в интересах общества. Без общественной пользы революция превращается в переворот, мятеж, бунт. Революция всегда легитимна, однако хитрость в том, что законность революции обычно оформляется задним числом после победы. Как сказал поэт, "мятеж не может кончиться удачей, в противном случае его зовут иначе".

Но как определить правомерность захвата власти не задним числом, а сегодня – здесь и сейчас, когда исход дела неясен? Анализ мирового опыта показывает, что формальное нарушение закона в борьбе против тирании в действительности преступлением не является, а имеет серьезное правовое обоснование.

Основатель либерализма, автор идеи "социального контракта" между властью и обществом, изобретатель принципа разделения властей британский философ Джон Локк писал, что "право на восстание" возникает, когда власть перестает заботиться о народном благе и начитает думать исключительно о себе. Восстание против такой власти есть не только право, но и обязанность ответственных членов общества. Право на сопротивление власти, превратившейся в тиранию, прописано во многих юридических документах, например, в Декларации независимости США, Всеобщей Декларации прав человека, Конституции Германии и других.

Что же касается самой власти, она абсолютно не заинтересована в собственной смене. Люди, контролирующие государство, наломали столько дров, что в случае смены режима на спокойную пенсию им рассчитывать не приходится, их ждут суд и тюрьма. С какой стати они будут сами себя хоронить? Нет, они будут бороться до конца всеми доступными способами. Более того, если им удастся удержаться у власти, то, наученные сегодняшним опытом, они сделают все, чтобы не допустить подобных ситуаций в будущем.

Мимолетность революционной ситуации вытекает из ее остроты. Чем сильнее накал страстей, тем он краткосрочнее. События будут развиваться по схеме: нагнетание, кульминация, спад. Причем до кульминации время работает против действующей власти, а после – на нее. Момент кульминации - наиболее благоприятный для смены режима. Такая динамика связана с тем, что у сторон конфронтации в распоряжении разные ресурсы: у власти - долгосрочные, у протестующих - мимолетные. У власти - деньги и административные рычаги пусть малоэффективного, но все же государства. У гражданского общества - информационное преимущество, уверенность в собственной правоте, а главное - энергия справедливого возмущения.

Фактор времени – главное, что должны учитывать участники процесса. Власть упустила момент, когда еще было можно подавить протест в зародыше, не допустить, чтобы события вышли из-под контроля. Теперь тактика власти - переждать, пока протест исчерпает свои ресурсы и выдохнется. Рано или поздно люди устанут, толпы разойдутся по домам. Протестная энергия, получив выход в митингах и речах, рассосется. Лидеры рассорятся. Не хватит финансов.

Поэтому для лидеров протеста важно не упустить момент кульминации, когда власть наиболее уязвима. В этот момент и должны приниматься судьбоносные решения.

Рассмотрим разные сценарии. Первый из них: у власти не выдерживают нервы или происходит случайный сбой - и проливается кровь. Или же состоится жесткий разгон с применением спецсредств. Или арестуют лидеров протеста. Это самый плохой вариант для власти. Войска не станут стрелять в народ, полиция разбежится, и толпа снесет власть. 

Второй вариант: власть возьмет толпу измором. Площадь будет окружена благодушными, невооруженными ментами, и все будет чинно и благородно. Народ постоит и разойдется. С этого момента энергия протеста начнет снижаться. На последующие акции будет собираться все меньше и меньше народу. Через некоторое время вновь наступит апатия, протест маргинализируется, власть воспользуется своими долгосрочными ресурсами. Революция не состоится.

Третий вариант. В момент кульминации лидеры протеста сделают решающий шаг,  объявят действующую власть нелегитимной и предложат реальную альтернативу. Возникновение параллельного центра власти – необходимый этап любой революции. В 1917 году временному правительству противостояли Cоветы. В 91-м союзному центру противостояли структуры РФ. 

Решение объявить себя властью - необходимый шаг революции, после которого структуры реального управления - государственные слкжбы, армия, силовые ведомства, региональные власти будут поставлены в положение, когда им придется будет выбирать и заявлять о лояльности  одной из двух сторон. И только после того, как у самопровозглашенной власти появится реальный контроль, начнутся признания иностранных государств.

Если же лидеры, вместо того, чтобы брать власть, будут заботиться о своей легитимизации, например настаивать на новых выборах, то они обречены.