Виктор Ерофеев   /  Владислав Иноземцев   /  Александр Баунов   /  Александр Невзоров   /  Андрей Курпатов   /  Михаил Зыгарь   /  Дмитрий Глуховский   /  Ксения Собчак   /  Станислав Белковский   /  Константин Зарубин   /  Валерий Панюшкин   /  Николай Усков   /  Ксения Туркова   /  Артем Рондарев   /  Архив колумнистов  /  Все

Наши колумнисты

Валерий Панюшкин

Валерий Панюшкин: Газохранилище

Ко дню рождения компании «Газпром»

Иллюстрация: Corbis/East News
Иллюстрация: Corbis/East News
+T -
Поделиться:

Некоторое время назад я написал про компанию «Газпром» книжку и был совершенно недоволен результатом. Мне казалось, что история компании, которая организует вокруг себя страну, должна свидетельствовать о чем-то важном. Но никаких пронзительных откровений я не нашел, кроме нескольких афоризмов Виктора Черномырдина, который был еще жив, дал мне интервью и пару собственноручно выращенных помидоров. Да еще нашелся трогательный факт, что многоквартирный дом на улице Наметкина, выстроенный для отставных сотрудников из команды Рема Вяхирева, сохранившие работу менеджеры «Газпрома» зовут сиротским домом. А больше ничего.

Когда книжка вышла по-немецки, корреспондент газеты «Бильд» люто пытал меня по поводу того, что я недостаточно осветил историю про то, как «Газпром» кинул миноритарных акционеров, а мне было смертельно скучно отвечать на его вопросы. Ну, подумаешь, кинул! Ну, подумаешь, миноритарных акционеров! Может, у них в Германии это и удивительная история, а у нас — рутина, и говорить особо не про что.

Я летал на газпромовских вертолетах над тундрой, задавал в газпромовских кабинетах каверзные вопросы, участвовал в устраиваемых «Газпромом» культурно-спортивных мероприятиях. Книжка неплохо продавалась, многие читатели говорили мне, что я будто бы все им рассказал про 90-е годы, но меня не оставляло чувство, что я упустил в повествовании своем самое главное.

И вот однажды, совершенно не в связи с «Газпромом», а ради подледного лова налима, я отправился в гости к приятелю своему в деревню, расположенную на Оке неподалеку от старинного города Касимова Рязанской области.

Что уж греха таить, мы выпили, конечно. Иначе с чего бы нас потянуло на подвиги. А нас потянуло на подвиги. И подвиг, который мы себе придумали, заключался в том, чтобы съездить на дискотеку в соседнюю деревню. И вернуться живыми. Ибо трудно вернуться с дискотеки, если ты мало того что живешь в соседней деревне, так еще и по происхождению своему москвич.

Стояла зима. Мы ехали на машине. Никто не пенял нам за то, что мы управляли автомобилем в подпитии. Там все так управляют. Там стрезва, пожалуй, и не проедешь зимой по их дорогам. Что ни день, машины трезвых кувыркаются на лед с высокого берега Оки, а пьяные ничего — проскакивают. Мы ехали по берегу мимо бескрайних лугов, в которые уходила заброшенная линия электропередач. Когда-то она была нужна, чтобы летом снабжать электричеством угоняемое в луга колхозное коровье стадо. А теперь нет стада. Мы ехали мимо заброшенных коровников на тысячу голов. Мимо полей, поросших молодыми березками. Когда-то тут выращивали хлеб, а теперь — березки.

Дискотека располагалась в избе на краю деревни. Отопления в дискотеке не было. С утра молодые люди топили на танцполе печку, но все равно к вечеру холод был все еще собачий и танцевать приходилось в пальто.

Завидев нашу машину у дискотечной избы, на дискотеку пришла жившая в той соседней деревне кума моего приятеля с мужем. Кума была крупной женщиной, мастером спорта по метанию диска. Говорят, она могла кулаком свалить с ног бычка, но единственный бычок на всю округу был у моего приятеля, и он не позволял куме над бычком таких экспериментов. А муж кумы во всем околотке известен был своим добросердечием: трижды участвовал в лютых драках и каждый раз после этого сидел не за убийство по неосторожности, а всего лишь за нанесение тяжких телесных повреждений. Они пошли на дискотеку с нами, пьяными дураками, чтобы предотвратить кровопролитие. Но опасности не было.

Местная молодежь встретила нас радушно. Молодые люди нам рассказали, что они не деревенские гопники какие-нибудь, а работают на компанию «Газпром», трудятся на расположенном неподалеку газпромовском газохранилище.

Я спросил, что такое это газохранилище. И молодые люди с гордостью описали мне огромный зарытый под землею завод, великанские насосы, перекачивающие газ и гонящие его в Европу по трубам, мимо, мимо, мимо разрушенных коровников, мимо опустевших полей и мимо их деревенского клуба, отапливаемого дровами. Я подумал, что и весь «Газпром» вроде этого газохранилища: штука огромная и мощная, обеспечивающая работой кучу народу, аккумулирующая невероятную силу нашей земли, но перекачивающая эту силу мимо, мимо наших сирых полей и кособоких коровников. Пытался делиться этим ощущением с новыми знакомцами. Пытался говорить, что вот же, под боком великанское газовое озеро, а клуб топите дровами. Но они не понимали, про что это я клевещу, и добродушно списывали мой недостаток национальной гордости на то обстоятельство, что я москвич.

Мы всю ночь мило беседовали. Единственным проявлением не враждебности даже, а недоверия было то, что молодые люди отказались пить привезенную нами водку. Боялись, что мы их все же отравим.

Расставались мы друзьями. Обнимались на прощание и договаривались наутро идти вместе ловить из-подо льда налима. Отъезжая от дискотечной избы, товарищ мой открыл в автомобиле окно, достал травматический пистолет и несколько раз салютовал в воздух. В том смысле, что, если бы встреча соседей прошла не в такой дружественной атмосфере, а завершилась бы дракой, то он готов был бы стрелять. А местная молодежь в ответ тоже достала травматы и тоже салютовала в воздух. В том смысле, что, случись конфликт, стреляли бы и они.

В лунном свете до самого горизонта тянулись поля, заросшие березками, и заброшенная линия электропередач. Под землей неподалеку работали исполинские насосы. И мимо нас по огромным трубам летел в Европу газпромовский газ.

Комментировать Всего 3 комментария

Жизнь пролетает мимо. Россияне "чужие на этом празднике жизни".

Это все понятно и печально, но я, извиняюсь, что не в тему, "за налима" хотел прояснить. Неужто в Оке налим еще водится? У нас в Татарстане уже и судака с бершом не осталось ни на Волге ни на Каме, окунь штучный, щуки почти не осталось, да даже лещ поредел и измельчал до крайности. Что с природой сотворили....

Налима в Оке полно. Встречается жерех, судак и стерлядь. Щуки море, заплывает в разлив в озерца и потом, когда они пересыхают, гниет тоннами и очень воняет.

Спасибо, хоть где-то жизнь есть. Куйбышевское водохранилище практически мертвое. И никому до этого дела нет. Вы будете смеяться, но сейчас обычный улов - 1-2 бершика грамм по 150 за весь день.