«Санкционная независимость». Что будет, если отделить Рунет от мирового интернета

В течение следующих четырех лет Минкомсвязи собирается полностью отделить Рунет от мирового интернета. Значит ли это, что Россия по примеру Китая создаст собственный внутренний интернет? Станет ли он стабильнее и безопаснее или подвергнется цензуре и блокировкам? Об этом «Сноб» поговорил с советником президента по проблемам интернета Германом Клименко, специалистом по информационной безопасности Александром Барановым и юристом «РосКомСвободы» Саркисом Дарбиняном

Иллюстрация:  Juliеn Pacаud
Иллюстрация: Juliеn Pacаud
+T -
Поделиться:

Что случилось

К 2020 году зависимость Рунета от внешнего мира будет сведена к нулю — Минкомсвязи опубликовало поправки в государственную программу «Информационное общество», из которых следует, что 99 процентов интернет-трафика будет передаваться внутри страны, а 99 процентов «критической инфраструктуры» интернета будет находиться на территории России. В документе Минкомсвязи не поясняется, что имеется в виду под «критической инфраструктурой».

Чиновники убеждены, что до тех пор, пока часть трафика между российскими системами проходит через внешние точки обмена, у российских властей нет возможности гарантировать их безотказную работу, так как собственные системы в России не наделены официальным статусом резервных.

Когда это началось

В 2010 году по поручению правительства России Минкомсвязи разработало госпрограмму «Информационное общество», задача которой — регуляция информационной среды и повышение ее эффективности и безопасности в России. На реализацию программы из федерального бюджета выделено 1,2 триллиона рублей: в частности, в 2016 году 116,26 миллиарда, в 2017-м — 121,54 миллиарда.

В 2014 году Владимир Путин провел заседание Совета безопасности по вопросам противодействия угрозам в информационной сфере, где потребовал обеспечить устойчивость и безопасность российского сегмента интернета. Чиновники правительства обсудили отключение Рунета от мирового интернета в чрезвычайных ситуациях, хотя Путин подчеркнул: «Никаких необоснованных ограничений, тотальных тем более, не только не будет — мы даже этого не рассматриваем». В соответствии с поручениями президента и Совбеза Минкомсвязи и подготовило поправки в госпрограмму.

Как ограничивают интернет в разных странах мира

  • Китай. Самым известным в мире примером «закрытого интернета» является «Золотой щит», он же «Великий китайский файервол», запущенный еще в 1998 году. Система закрывает доступ к черному списку сайтов, блокируя их по IP- или URL-адресам. Кроме того, сайты блокируются с помощью фильтра данных по ключевым словам: при «неугодном» запросе, например, «Тяньаньмэнь», даже через крупнейшие иностранные поисковые системы Google или Yahoo! поиск не выдаст желаемого результата. Власти Китая ведут активную борьбу и против анонимайзеров, с помощью которых пользователи обходят «Золотой щит», регулярно блокируя адреса публичных анонимайзеров сети Tor.
  • Египет. Во время революции против режима Хосни Мубарака в 2011 году правительство «отрезало» страну от интернета, ограничив работу маршрутов египетских подсетей, которые отвечают за маршрутизацию данных между мировым интернетом и его египетским сегментом. Кроме того, точечно был запрещен доступ к Twitter, Facebook, Google, YouTube и Hotmail.
  • Мьянма. До лета 2012 года предварительной государственной цензуре подвергались все публикации в интернете, касающиеся религии и политики, а иностранные и оппозиционные ресурсы были полностью заблокированы. С приходом к власти Тейна Сейна эти ограничения были отменены, хотя доступ к интернету есть лишь у 2 процентов населения страны.
  • Иран. Право государства цензурировать интернет прописано в конституции, согласно которой СМИ должны способствовать «конструктивному столкновению различных мнений и идей и решительно воздерживаться от распространения деструктивных и антиисламских явлений», и в «Законе о компьютерных преступлениях» 2009 года, позволяющем правительству блокировать информацию, противоречащую «порядочности и общественной нравственности».
  • КНДР. У населения нет законной возможности пользоваться интернетом, зато на территории страны действует внутренняя национальная компьютерная сеть «Кванмен», которая по большей части состоит из пропагандистских материалов и нейтральных научных публикаций.

Что будет, если отделить Рунет от мирового интернета

Герман Клименко, советник президента по проблемам интернета, председатель правления Института развития интернета:

«Файервол» может быть насажен на любую интернет-архитектуру, как можно повесить замок на любую дверь, поэтому инициатива Минкомсвязи никак не связана с тем, чтобы создать в России «закрытый интернет» по аналогии с Китаем.

Независимый Рунет — это старая тема, появившаяся после Крыма. Тогда мы столкнулись с тем, что пути к нашим сервисам, которые хостятся в России, идут через зарубеж. В результате, как это случилось в Крыму, российские сервисы выпали из российского же сегмента. Когда мы живем в дружбе с соседями, они на наш общий холодильник замочков не вешают, но сейчас у них в руках оказался этот инструмент и они им воспользовались.

Поэтому Минкомсвязи предлагает перестроить архитектуру: для интернета это означает переадресацию доменов и маршрутизацию трафика. Есть хороший термин, емко объясняющий суть процесса — «санкционная независимость». При решении зарубежных коллег отключить нам доступ — раньше такое звучало дико, а теперь это наша реальность, — мы сможем обеспечить работу сервисов самостоятельно.

Хотелось бы изучить детали того, как Минкомсвязи реализует все на деле, но для пользователя Рунета все эти изменения будут незаметны.

Саркис Дарбинян, адвокат, глава юридической практики организации «РосКомСвобода»:

Любые попытки по созданию внутреннего интернета вызывают много опасений. Уже не первый год нам рассказывают, что критическая инфраструктура интернета находится за пределами страны, США якобы управляют DNS-серверами, отвечающими за маршрутизацию, и могут отключить Россию от глобального трафика. В то время как в реальности Штаты подтвердили готовность отдать управление серверами международным организациям, в которые будут входить не только представители власти, но и другие заинтересованные пользователи интернета.

Инициатива Минкомсвязи на фоне российско-китайского форума безопасности интернета, закона Яровой и массы других неоднозначных инициатив наших депутатов вызывает вопросы: а не будут ли власти использовать интернет в собственных целях, ограничивать доступ пользователям к большинству мировых сервисов? Ведь законы о персональных данных и блокировке сайтов показывают, что у властей есть интерес не просто регулировать интернет, а полностью поставить его под свой контроль. Это может нести серьезную угрозу и для бизнеса, и для свободного доступа к информации.

Конечно, в глобальном масштабе сделать что-то подобное не получится. Да и быть конкурентоспособной страной в IT-отрасли можно только в пределах существования единого глобального информационного пространства.

Александр Баранов, заведующий кафедрой информационной безопасности НИУ ВШЭ:

Сегодня, даже если мы отправляем электронное письмо из Москвы в Москву, оно идет через Осло, Хельсинки или Вашингтон. Это произошло чисто исторически: мы долго не вкладывали денег в собственную инфраструктуру.

Китай уже продемонстрировал, что у государства есть все возможности «закрыть» интернет, хотя это очень дорогое удовольствие. Но интернет сегодня — существенная производительная сила с продуктами и услугами на триллионы рублей. В отраслях управления или информационного взаимодействия тоже крутится немало денег. Поэтому обеспечить стабильность работы такого станка — независимость от потенциального внешнего влияния и отключения доступа — просто необходимо, это естественный процесс.

С другой стороны, все тот же китайский опыт показывает: как только появляется возможность автономизировать работу и создать внутренний интернет, контролируя все входы и выходы, возникает соблазн введения цензуры. Но это вопрос не к технической организации интернета, а к гражданскому обществу. Полностью ограничивать интернет, как это сделали в КНДР, у нас все равно никто не будет — это слишком сильно затормозит развитие экономики. Да и зрелое общество никогда такого не допустит, в крайнем случае найдет пути обхода блокировок.