Анна Карпова /

Французы, бельгийцы и шведы. Кто атакует Европу

Подавляющее большинство терактов последних лет в странах ЕС, принимающих беженцев с Ближнего Востока, совершены боевиками, которые родились и выросли в Европе. О жизни террористов мало известно, если ранее они не попадали в криминальные хроники из-за мелких преступлений. Однако каждый из них в какой-то момент решил отдать свою жизнь борьбе с «неверными»: кто-то подался в радикальный ислам, выйдя из тюрьмы, кто-то — увидев во сне пророка Мухаммеда, чьи-то мотивы остаются неясными. «Сноб» рассказывает, что известно о жизни террористов, убивших сотни людей за последние два года, а политологи Андрей Казанцев и Федор Лукьянов — почему убийцами европейцев становятся граждане Европы

Фото: Emmanuel Foudrot/REUTERS
Фото: Emmanuel Foudrot/REUTERS
+T -
Поделиться:

«Месть за пророка»

Париж, Франция, 7 января 2015 года. Расстрел редакции Charlie Hebdo; 12 погибших

Кто: братья Саид и Шериф Куаши, французы алжирского происхождения.

Биография: Куаши рано потеряли родителей и росли в одном из парижских детских домов. Когда Саиду было 23 года, а Шерифу 21, они познакомились с радикальным мусульманским проповедником Фаридом Беньету, сильно повлиявшим на их взгляды. Это был 2004 год — военная операция американцев в Ираке шла полным ходом. Братья Куаши были резко против действий США и вступили в группировку «Сеть Бют-Шомон», которая занималась вербовкой молодежи для отправки в Ирак. Через год Шерифу предъявили обвинения в организации группировки и в причастности к организации побега Омара Алави, члена «Вооруженной исламской группы», которая ставит своей целью свержение светского режима в Алжире. Но за недостаточностью доказательств реального срока Шерифу удалось избежать. Саид в это время уехал в Йемен, где прошел боевую подготовку в лагере «Аль-Каиды на Аравийском полуострове». В 2014 году братья Куаши встретились на свободе в Париже и спланировали теракт в редакции Charlie Hebdo.

Теракт: Братья не сразу нашли офис журнала, который неоднократно публиковал карикатуры на пророка Мухаммеда. Сначала преступники подъехали к архиву редакции, но нужное им здание находилось дальше по улице. Дорогу до него Куаши спросили у двух прохожих, после чего одного из них застрелили. Дверь офиса Charlie Hebdo была закрыта на кодовый замок, но одна из сотрудниц как раз собиралась войти в здание. Куаши на чистом французском обратились к женщине с угрозами, назвав себя боевиками «Аль-Каиды». Попав внутрь, террористы убили главного редактора Стефана Шарбоннье. Стрельба продолжалась еще 10 минут, погибло 12 человек. Затем нападавшие покинули здание и скрылись. Саид и Шериф Куаши были убиты французским спецназом через два дня в ходе спецоперации.

«11 сентября по-французски»

Париж и Сен-Дени, Франция, 13 ноября 2015 года. Расстрел посетителей «Батаклана» и ресторанов, взрыв на стадионе «Стад де Франс»; 130 погибших

Кто: организатор Абдельхамид Абаауд — бельгиец марокканского происхождения; Салах Абдесалам — француз марокканского происхождения; Ибрагим Абдесалам — француз марокканского происхождения; Биляль Хадфи  — француз марокканского происхождения; Шагиб Акру — бельгиец марокканского происхождения; Исмаил Омар Мостефаи — француз алжирского происхождения; Сами Амимур — француз алжирского происхождения; сириец Ахмад аль-Мухаммад 

Биография: Абдельхамид Абаауд родился в семье марокканца Омара Абаауда, который переехал в Бельгию в середине 1970-х. Омар владел магазином одежды в Брюсселе, а сам с женой и шестью детьми жил в одном из районов столицы — Моленбеке. Абдельхамида отдали учиться в престижную католическую школу Collège Saint-Pierre, но через год он был отчислен за «неудовлетворительное поведение». Несмотря на благополучную семью и хорошие условия жизни, Абаауд попал в криминальную среду: в 2000-х он познакомился с братьями Абдесалам — Салахом и Ибрагимом. В 2010-м Абдельхамид и Салах совершили вооруженное ограбление, за что попали в тюрьму — о сроках заключения неизвестно. Из тюрьмы Абдельхамид вышел глубоко верующим мусульманином, а в 2013-м отправился воевать в Сирию на стороне «Исламского государства» (террористическая организация, запрещена в России). Он завербовал своего 13-летнего брата Юниса, который стал известен как самый молодой европеец, примкнувший к ИГИЛ. Отец семьи назвал действия сыновей позором и уехал на родину в Марокко. Абаауд вернулся в Бельгию незадолго до теракта 13 ноября в Париже и стал искать сообщников. Среди них оказались и братья Абдесалам, и другие граждане Бельгии и Франции с арабскими корнями. Лишь сириец Ахмад аль-Мухаммад специально для совершения теракта прибыл в Европу маршрутом через Турцию и Грецию.

Теракт: Вечером в пятницу, 13 ноября, в Париже и Сен-Дени почти одновременно было совершено шесть атак: взрыв прогремел возле стадиона «Стад де Франс», а в концертном зале «Батаклан» и нескольких ресторанах французской столицы террористы расстреляли посетителей из автоматов. В результате атак погибло 130 человек, больше 350 получили тяжелые ранения — теракт стал крупнейшим в истории Франции, а ИГИЛ, взявшее на себя ответственность за его исполнение, назвал атаку «11 сентября по-французски». 8 из 10 боевиков были убиты в результате самоподрыва либо застрелены полицией. Двое арестованы, в том числе Салах Абдесалам, несколько месяцев скрывавшийся от полиции в Бельгии.

Эхо парижского теракта

Брюссель, Бельгия, 22 марта 2016 года. Взрывы в аэропорту и метро, 35 погибших

Кто: организатор Мохаммед Абрини — бельгиец марокканского происхождения; Ибрахим и Халид эль-Бакрауи — бельгийцы марокканского происхождения; Наджим Лаашрауи — бельгиец марокканского происхождения; Осама Крайем — швед, сын сирийских иммигрантов палестинского происхождения.

Биографии. Мохаммед Абрини родился в Брюсселе и с детства дружил с братьями Абдесалам, будущими участниками парижского теракта 13 ноября. О детстве Абрини больше ничего не известно, а прежде чем стать террористом, он работал в брюссельской пекарне, за что получил прозвище «Бриош». По некоторым данным, Абрини ездил в Сирию воевать за ИГИЛ. Кроме того, после парижского теракта в ноябре полиция предположила, что именно Абрини подвозил Салаха Абдесалама до Парижа. Еще одними участниками ячейки Абрини были братья Халид и Ибрахим эль-Бакрауи, бельгийцы марокканского происхождения с богатым криминальным прошлым. Ибрахим в 2010 году был приговорен к 10 годам лишения свободы за вооруженное нападение на полицейского при попытке ограбления, но вышел на свободу через 4 года условно-досрочно. Халид в 2009 году ограбил банк и угнал машину, был задержан, но получил условный срок. В 2011 году Халиду дали 5 лет за незаконное хранение оружия, он вышел незадолго до окончания срока по УДО.

В тюрьме Халиду приснился сон, в котором он помогал пророку Мухаммеду бороться с инаковерующими, «пуская во врагов стрелы». Это, рассказал Халид в материале «Дабика», пропагандистского издания ИГИЛ, вдохновило его на религиозную борьбу. Второй сон приснился Халиду во время подготовки атаки в Брюсселе: «Я стоял на возвышении, будто в космосе среди звезд». Вскоре ему приснился третий сон, в котором он подорвал пояс смертника, убив двух турецких солдат, державших в заложниках джихадистов, а потом попал в рай. После этих видений Халид твердо решил, что станет смертником в брюссельском теракте, и занялся планированием действий с сообщниками.

Теракт: Полиция уже несколько месяцев искала в Бельгии боевика Салаха Абдесалама, участвовавшего в ноябрьских терактах во Франции, но это не помешало Абрини спланировать серию атак в Брюсселе: два взрыва в аэропорту и один на станции метро «Маальбек», совершенные тремя смертниками, унесли жизни 32 человек. Еще одна бомба была найдена и обезврежена полицией в пригороде Брюсселя. Недалеко от нее в мусорном баке был найден ноутбук Ибрахима эль-Бакрауи и записка: «Я не знаю что делать. Я в бегах, меня везде ищут. Если я сдамся, я окажусь за решеткой». В следующие месяцы по подозрению в причастности к организации теракта арестовали 12 человек.

Нерелигиозный сторонник ИГИЛ

Ницца, Франция, 14 июля 2016 года. Наезд на толпу на грузовике; 84 погибших

Кто: Мохамед Лауэж-Булель, уроженец Туниса с французским видом на жительство.

Биография: Мохамед Лауэж-Булель родился в небольшом городе Туниса Мсакен, но с 2005 года жил во Франции, в Ницце. О жизни на родине ничего не известно, а о жизни во Франции известно лишь то, о чем рассказали его родственники; по их словам, Булель работал на грузоперевозках, изучал боевые искусства, много отдыхал в ночных клубах, пил, употреблял наркотики и вел беспорядочную половую жизнь. К 2016 году у Мохамеда было трое детей, и он собирался развестись с женой. В этом же году в январе Булель попал в поле зрения французской полиции: напал на человека и избил деревянным подносом, за что получил 6 месяцев условно. Родители Мохамеда, которые разведены и тоже проживают во Франции, рассказали, что их сын уже много лет страдал от депрессии и наблюдался у психолога. Сестра Булеля сообщала, что он никогда не был религиозным человеком, даже не молился в Рамадан. Но в последние годы он часто посещал Тунис, где жили его сестры и братья. За несколько месяцев до теракта Булеля уволили с работы: заснул за рулем грузовика. За несколько дней до теракта мужчина перевел родственникам в Тунис около 100 тысяч евро.

Теракт: Грузовик, за рулем которого сидел Булель, въехал в толпу людей, празднующих День взятия Бастилии на набережной в Ницце. На территорию ему удалось попасть, притворившись доставщиком мороженого. Булель проехал 2 километра, прежде чем полиция застрелила его. В результате теракта погибло 84 человека, более 200 получили ранения. Полиция нашла в грузовике муляжи оружия и документы нападавшего. После обысков по месту жительства спецслужбы установили, что Булель был завербован боевиками ИГИЛ. Во время нападения он сделал несколько фотографий за рулем грузовика, которые отправил предполагаемым сообщникам, а также, со слов очевидцев, кричал «Аллаху акбар!» Сейчас по делу о теракте в Ницце арестовано пять человек: трое выходцев из Туниса и мужчина и женщина из Албании.

Аполитичное массовое убийство

Мюнхен, Германия, 22 июля 2016 года. Расстрел в торговом центре; 9 погибших

Кто: Али Давид Сонболи, гражданин Германии иранского происхождения.

Биография: В 1990-х родители Али Сонболи приехали в Германию, сначала получили статус беженцев, а потом и гражданство. Они поселились в криминальном мигрантском районе Мюнхена Хазенбергл, отец устроился на работу таксистом, мать — продавцом в магазин. Уже в Германии у них родились двое сыновей. Когда Али Давид поступил в школу, семья получила социальное жилье в благополучном районе, что пришлось очень кстати, потому что в начальных классах мальчик не ладил с одноклассниками и подвергался буллингу. Али перевели в новую школу, но заводить друзей ему уже не хотелось, он был одиночкой, а свободное время посвящал компьютерным играм и, как оказалось, изучению случаев шутинга в школах и на улицах Европы и США. В 17 лет ездил в немецкий Винненден, где несколько лет назад подросток Тим Кретчмер расстрелял 15 человек в школе и совершил самоубийство. Али сделал фотографии с места преступления и хранил их у себя дома. Родители мальчика замечали, что общение со сверстниками их сыну дается тяжело: в прошлом году Али даже лежал в психиатрическом стационаре в связи с депрессией, социофобией и СДВГ. Врачи прописали ему курс медикаментозной терапии и выписали, но лечение не помогало: отношения с одноклассниками не складывались, настроение не улучшалось. Сверстники продолжали травить Али, а он пообещал их за это убить.

Теракт: День мести был выбран не случайно — пятая годовщина теракта норвежца Андерса Брейвика. За несколько часов до атаки молодой человек через фальшивый аккаунт в Facebook опубликовал приглашение в McDonald's на бесплатную раздачу еды. Затем взял пистолет Glock девятого калибра и 300 патронов, приобретенных через Darknet, и отправился в торговый центр «Олимпия», где находится ресторан. Подросток расстрелял людей в McDonald's, затем в торговом центре, вышел на улицу, прошел через парковку, выкрикивая «Я немец!» и «К черту иммигрантов!» Сонболи выпустил 57 пуль: убил 9 человек, ранил 35. 58-й пулей Али покончил с собой. Среди его жертв не оказалось ни его одноклассников, ни приглашенных через Facebook людей. Полиция с уверенностью исключает наличие сообщников массового убийства и называет его абсолютно «аполитичным».

«Акт возмездия Германии»

Ансбах, Германия, 24 июля 2016 года. Взрыв на музыкальном фестивале; 15 раненых, террорист погиб

Кто: 27-летний сирийский беженец, имя не разглашается.

Биография: Молодой человек приехал в Германию из Сирии один в 2014 году, но через год получил отказ, так как выяснилось, что он уже получил право на гражданство в Болгарии. Мужчину пытались депортировать в Болгарию дважды, но это оказалось невозможным из-за проблем с психическим состоянием: по данным полиции, он совершил несколько неудачных попыток суицида.

Теракт: В воскресенье вечером беженец отправился на музыкальный фестиваль под открытым небом, где собралось уже 2,5 тысячи слушателей. Охрана не пропустила мужчину внутрь, тогда он активировал взрывное устройство, которое принес с собой в рюкзаке. В результате взрыва он погиб, 15 человек получили ранения, трое находятся в тяжелом состоянии. В центре для беженцев, где проживал злоумышленник, нашли свидетельства его связи с «Исламским государством», в частности многочисленные видео о салафитах, а на телефоне преступника обнаружена запись, на которой он присягает одному из лидеров ИГИЛ и говорит, что его атака — «акт возмездия Германии».

«Европа уже поняла, что проблему радикализации не решить силовыми методами»

Андрей Казанцев, политолог, директор Аналитического центра Института международных исследований МГИМО:

Во многих странах Европы, а во Франции особенно — там процент мигрантов среди населения очень высок, — образовались гетто. В них живет большое количество мигрантов не первого поколения, и они никак не интегрируются в общество. Многие арабы во Франции, прежде всего алжирцы, которые иммигрировали во время Алжирской войны, были сторонниками Франции. А вот их внуки уже не испытывают такой любви и лояльности к стране, в которой родились. Они, как правило, не желают учить язык и работать, живут на социальные пособия и образуют очень взрывоопасную маргинальную среду. Это богатый ресурс и для криминала, и для террористов. Недаром Франция занимает первое место среди европейских стран, откуда в Сирию и Ирак едут завербованные боевики воевать на стороне «Исламского государства». Почему это происходит, у правых, левых и либералов — разные объяснения.

Объяснение либералов, усредненное и нейтральное, заключается в том, что проблема интеграции — проблема всех современных обществ. В начале XX века тоже был резкий взлет уровня террористической активности по всему миру,  со временем он трансформировался в государственный террор и войны. Общество переходило на следующий этап развития, но не было к этому готово: аграрные, патриархальные и монархические общества резко становились урбанизированными, индустриальными и демократическими. Сейчас этот переход приобрел еще более резкие формы: общества трансформируются из замкнутых в глобальные, ориентация на материальное производство заменяется на виртуальное. А особенно существенно то, что рухнули привычные традиционные отношения в семье и представления о гендерных ролях. Не только мигранты, в частности представители исламской культуры, не готовы к таким изменениям, западное общество тоже сопротивляется. Доказательство тому — рост правых настроений, успех Трампа в США, популярность антизападных движений в Европе, в частности в Великобритании, которая грезит о Брекзите. Неприятие в некоторых социальных группах приобретает очень радикальные формы, отсюда и рост сторонников террористов и вербовка новых боевиков.

Позиция левых строится на социально-экономических причинах провала интеграции: само западное общество виновато в том, что принятые меры культурной и социальной адаптации оказались недостаточными, это оно не сформировало атмосферу здорового инклюзивного мультикультурализма.

Объяснение правых строится на культурно-цивилизационных отличиях обществ, которые способствуют или не способствуют интеграции мигрантов из разных стран. Причем они подчеркивают, что пропасть между западным обществом и мусульманским очень велика.

Сам я считаю, что все три позиции верны и именно их совокупность привела к проблемам интеграции.

Если смотреть и читать российские СМИ, складывается впечатление, что Европа эти проблемы решает только силовыми и запретительными мерами. Это большая ошибка. Методы борьбы с радикализацией, которые практикуют европейские страны, очень разнообразны. Ставка сделана на ненасильственные методы борьбы и профилактику ранней радикализации молодежи, потому что уже состоявшегося боевика перевоспитать невозможно.

Во Франции, например, действует «Массовая мобилизация системы образования для борьбы с радикализацией»: десятки тысяч педагогов проходят специальную подготовку для работы со школьниками и студентами. В скандинавских странах ведется работа полиции с родителями: что делать мамам и папам, которые увидели, что их ребенок увлекся радикальными идеями? Не сдавать же собственное чадо спецслужбам, чтобы его посадили в тюрьму. А когда в полиции есть специальное подразделение, в котором работают психологи, они помогут с адаптацией, не обрекая ребенка на тюрьму. В Австрии действуют интересные пропагандистские программы, например, «Почему я горжусь Австрией»: конкурсы для семей мигрантов, телевизионные шоу. Мигранты, которые живут в Европе благополучной жизнью, ходят по школам и рассказывают о своем успешном опыте. Наконец, в Англии есть программа Prevent («Предотвращение»), которая в университетах отслеживает переписку в социальных сетях, чтобы потом с группой риска проводить психологическую работу. Можно сказать, на наших глазах возникает отдельная экспертная отрасль, изучающая методы борьбы с радикализацией. И Европа уже поняла, что силовой подход сильно проигрывает в этой борьбе.

«Мультикультурализм, пущенный на самотек, превратился в размежевание»

Федор Лукьянов, политолог, главный редактор журнала «Россия в международной политике»:

Франция, в которой происходит больше всего терактов, — государство традиционно сильное. Но она проглядела системные проблемы так называемого мультикультурализма — мирного сосуществования разных общин. Мультикультурализм, пущенный на самотек, превратился в размежевание. Мусульманское сообщество во Франции стало стремительно увеличиваться, внутри него растет чувство ненависти и отчуждения. Это наложилось на дисфункцию служб безопасности.

Политика «открытых дверей» доживает последние месяцы во всех странах Европы. Речь не только о приеме граждан стран Ближнего Востока, но и вообще о возможности свободно перемещаться между странами ЕС: под сомнение даже ставится миграция жителей Восточной Европы в Великобританию — идея принятия новых граждан отторгается самим обществом, что ярко проявилось на референдуме о Брекзите. Читать дальше >>